Я один вижу подсказки 17 - Никита Красавин

— Стоять.

— Алек, ты что, обезумел⁈ БЕГИ, ГОВОРЮ!

— Мы не убежим. Лучше стойте и смотрите. Сейчас всё кончится.

Лунк явно хотел ещё поспорить, но волк пугал до жути. Он остановился, что удивило меня, так как должен был атаковать стремительно.

Осторожничает?

Он принюхивался, опуская голову ниже. Белые глаза смотрели то на меня, то на копьё. Инстинкты явно говорили ему, что если он нападёт сейчас, то просто умрёт.

Благо проклятие не давало выбора.

— ГРА! — призрачный крокодил ревел громче, буквально заставляя волка заглушить инстинкты и напасть.

Волк принял решение. Задние лапы чуть согнулись, вес сместился вперёд. Он смотрел левее, будто показывая, куда бросится. Однако обманул и рванул вправо.

Даже с раненой лапой бросок был стремительным. Если бы он был здоров, я бы даже не успел среагировать.

Так как он был ранен, я успевал за ним. И тоже ринулся вправо, закрывая глаза.

Безумие? Ещё какое. Важность глаз в бою сложно переоценить. Когда видишь противника, то реагируешь и отвечаешь. Если ты слеп, ты мёртв.

Просто другого способа не попасть под действие навыка у меня не было. Я поставил всё на этот миг: ткнул копьём, но почувствовал лишь воздух.

Что? Где он?

Чутьё подсказывало, что он ушёл от атаки. Благо я не активировал руны, так как хотел сделать это только в момент прикосновения к телу.

Я открыл глаза, но взгляд опустил вниз на белые лапы. Он отступил назад, всё ещё сопротивляясь.

Тогда произошло то, чего я точно не ожидал: снова ожила Книга Жизни и Смерти:

[Мы снова и снова кружили в этом смертельном танце. Волк под влиянием проклятия атаковал, я же пытался вовремя прикрыть глаза и поймать его на контратаке.

Боже… я так сильно хотел убить этого волка…

Вот только нужного момента всё не было. Я знал, что моё копьё не всесильно, я знал, что волк силён и что если я просто активирую копьё, то оно запутает волка, но не убьёт.

А в чём тогда смысл?

Ноги начали тяжелеть, мои движения стали медленными. Я буквально не поспевал за выносливостью зверя.

Я вошёл в этот бой уже уставшим, а бой забирал последние силы. Волк, видимо, предвидел это — он же в этом был специалист: измотать добычу, а потом съесть.

Я даже не успел понять, когда он приблизился так быстро. Его чёрная пасть была идеальным моментом, чтобы засунуть туда копьё и убить, однако я прикрыл глаза и ударил.

Хруст.

Боль пришла мгновенно — левая кисть была откушена. Вот только мне уже было плевать: я активировал копьё.

Руны вспыхнули, из древка копья повелись толстые, будто живые корни. Они всё росли и стремительно всё обволакивали.

Корни не разбирают, кто свой, а кто чужой. У них нет глаз, нет разума — только цель расти и захватывать.

Они облепили и волка, и меня. Зверь рычал, я же кричал:

— А меня зачем?

Нас буквально занесло в один кокон, но если волк мог выдержать давление, то мои хрупкие кости — нет. Особенно неприятно было, как небольшой корень обвился вокруг горла и сжал.

Я умирал и думал:

«Где же я ошибся?»

✤ Конец истории ✤]

Я быстро прочитал текст и сразу понял где — моё желание убить волка было слишком маниакальным.

Ситуацию нужно оценивать трезво, а не со стороны, как бы совершить великий подвиг.

Решение принял быстро: отступил на шаг, перехватил копьё для броска и выкрикнул слова на древнем языке:

— !

Копьё быстро полетело в сторону волка. Зверь быстро среагировал, поэтому копьё оказалось где-то в стороне от него.

Однако корни уже начали расти. Древко вспухло, тресну — сначала появился первый корень. Он как будто набирал силы: потолстел, стал темнее.

От него уже шли второй, третий и другие. Появлялись всё больше и расходились во все стороны, как живые щупальца.

Лунк, наблюдавший со стороны, выкрикнул:

— Мать честная… Что это такое?

Я же наблюдал за тем, как волка схватили за раненую лапу. Главный корень обвил лапу и пополз по телу — животу и спине. Второстепенные корни расползались во все стороны.

Морозный волк забыл обо всём: он грыз корни и резал их когтями. Следы оставлял глубокие, и в какой-то момент казалось, что у него действительно получится выбраться — пока он не упал.

ГРАРГХ!

Рёв ударил по ушам так, что мне захотелось закрыть их руками. Правда, всё длилось недолго: корни добрались до пасти, стянули челюсти, и рык превратился в придушенное, яростное рычание.

Огромный Морозный Волк лежал на снегу, опутанный не менее огромными корнями. С виду неподвижный и беспомощный, но при этом живой.

Белые глаза смотрели на меня с ненавистью, будто говоря: «Стоит мне вырваться — я разорву тебя…»

Я ему верил, так как у меня не было ни сил убить его, ни, в случае чего, остановить.

Я перевёл взгляд на отряд лесорубов, те общались между собой:

— Алекс сделал… пленил зверя!

— Победа?

— Кажется…

Пока они смотрели на Лунка, я сказал:

— У нас большие проблемы!

— Что?

— Я не знаю, сколько корни ещё смогут сдерживать эту тварь. Нам срочно нужно найти отца!

Глава 15

Безопасный

Корни держали Морозного Волка, но так не могло продолжаться долго. Руническое копьё было сделано из Железной Сосны, её игл и Сердечного Хлада Морозного Зайца. Все материалы первого ранга.

Вот только Морозный Волк — это второй ранг. Между первым и вторым — большая пропасть.

Корни сдавливали и удерживали, но порвать кожу и проникнуть внутрь, на это просто не хватало внутренней мощи.

Вот почему во время битвы мне так хотелось вогнать руническое копьё в пасть зверя. Тогда корни проникли бы внутрь. Слабость зверя наложилась бы на эффект рун, и результат был бы иным.

Потому было страшно наблюдать, как волк дёргался: в любой момент он всё же мог выбраться. Я же стоял и перебирал варианты.

Одна из идей — взять топоры, в одиннадцать рыл и попытаться расколоть волку голову. Как говорится: чего мелочиться? Чего бояться?

Однако я сразу же отбросил эту мысль в сторону. Мир суров: мы не Воины Тотема, мы Служители. Своими действиями мы только разозлили бы зверя.

Может, тогда бежать?

Добраться до племени или, ещё лучше, найти отца, вернуться с воинами и надеяться, что к тому моменту волк ещё не освободится.

Идея хорошая.

Но где искать отца?

Они вышли утром по следу зверя. Значит, рано или поздно они