Тот самый Константин. Книга 3 - Сергей Александрович Соколов

— Дед! В нём двенадцать тонн! — не унимался Артур, постучав себя по лбу.

— Ты, эта, — даже закряхтел Суета, — того, слушай… Отстань, в общем! Хоть двадцать! Чхать мне на него. Служивый, успокойся. Это мне тут вонять положено как портянке в марш-бросок, а не тебе.

Он повернулся ко всей группе.

— Я чего сказать-то хотел…

С этими словами Суматохин рванул ко мне, обхватил мощными руками и «приобнял» до лёгкого хруста, приподняв от земли. С трудом удалось удержаться от конфуза, ибо последствия тряски ещё давали о себе знать.

— Гордейка очнулся, Святой! — радостно прорычал старик, ставя меня на место. — Всё, как ты и говорил. Хмурной, неразговорчивый. Соизволил в постели остаться, велел еды принести — а это хорошо. Хорошо ведь?

— Д-да, — прокашлялся я, потирая отдавленные плечи. — Хороший знак. Пару недель будет молчаливым и задумчивым. Сейчас он чувствует внутреннюю пустоту, ему кажется, что, эм, от него оторвали часть, но в норму придёт.

— Вот тебе верю, — сказал как отрезал Суета, потирая ладони. — Как и обещался, всё организовал: дом убран и натоплен, стол в гостиной скоро ломиться будет, банька пыхтит, аппаратуру настроил. Всё равно работать не сможете, пока наблюдатель от князя Александра не приедет, чтобы учёт за вами вести. Так что, сегодня можно и гульнуть!

Сделав объявление, он придвинулся ко мне ближе и понизил голос:

— Твою зазнобу я тоже встретил, Святой.

Старик озорно подмигнул, кивнув в сторону дома с красной крышей, где из-за угла виднелась одна фара чёрного внедорожника.

— Эээ… Что? Зазнобу? — переспросил я, чувствуя, как реальность начинает уплывать.

— Ну да, — хрипло усмехнулся Суета, хлопая меня по плечу. — Деваха твоей «коллегой» представилась, но намекнула, что между вами нечто большее. С час назад приехала… Горячая штучка, очи — аки у демоницы. Эх, будь я на три десятка моложе… Костя?

Не отвечая, я медленно повернулся к своим спутникам, лица которых вытянулись от удивления.

— Сам в шоке.

Пересохшим горлом пробормотав это, я вспомнил утренние попытки Орзо связаться. По какой-то причине связь не удавалась — в разум пробивались лишь бульканье и обрывки слов. Утром это казалось ерундой, но теперь, на фоне новостей, обрывки начали складываться в картину, и писана она была явно не акварелью.

Неизвестно, куда бы меня занесли мысли, если бы не тычок кулаком в лопатку.

— Ты что, Наташку мою охмурил, а я ни сном, ни… — начала Злата, но я её бесцеремонно прервал.

— Если бы! — вырвалось у меня, и следом, не справившись с эмоциями, пошло само: — Рхх… Н’кхал! Ш’раат-закх, шрэш той инн кхан! Читать мне Афоновы письмена, стоя в куче Моракса! Вот же сумасшедшая!

— Это на каком сейчас было? — опасливо спросил Боровиков, но ответа не дождался.

Я прикрыл ладонями лицо, по-детски пытаясь спрятаться от накатывающих проблем, затем сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— Полегчало, — снова выдохнув, я привёл себя в порядок и принял обычный невозмутимый вид. — Вы разгружайтесь, а я пойду… поприветствую «мою зазнобу». Что бы ни было — не обращайте внимания и не удивляйтесь. Всё нормально… Да. Нормально.

Последние слова я уже говорил, отойдя приставными шагами в сторону и стоя в пятёрке метров от товарищей. Развернувшись, я зашагал к нашему дому частым, решительным шагом.

«Вот же угораздило! Это точно она! Узнаю́ эти выходки, тут и прорицательских ритуалов не нужно. И ведь даже присутствия её не чую!»

Бурча под нос, я взлетел на крыльцо и распахнул дверь, направившись прямиком в гостиную. Долго бродить не пришлось — с неожиданной гостьей мы столкнулись почти нос к носу.

— Ну, здравствуй, милый, — пропела миловидная брюнетка, и её алые губы растянулись в улыбке вида «Ага, попался!». — Сююююрприиииз!

Раздался выстрел, и я почувствовал ниже пояса лёгкий толчок, на что «моя зазноба» озорно хихикнула, дёрнув бровью.

— Я так рада тебя видеть, Костенька, — с придыханием произнесла она, и её рука с пистолетом, ствол которого смотрел мне в пах, дёрнулась ещё раз.

Гостиную вновь потряс грохот, заставив дребезжать стёкла в буфете, а привеска «отражения» и во второй раз отработала как положено.

— Да прекрати ты, полоумная! — Схватив брюнетку за запястье, вырвал из её руки пистолет и швырнул куда-то в сторону, глядя в блеснувший желтизной смеющийся взгляд.

— И это всё? Я ждала более бурной реакции, — надула губки она, разочарованно скрестив руки на груди.

— А я вот совсем не удивлён, представляешь? — мой голос капал сарказмом. — Кто ещё будет месяцами палить по мне из каждой подворотни?

— Да мало ли врагов у тебя, зайка? — упёрла кулаки в бока бестия. — Их и не счесть!

— Лапуля, — вкрадчиво обратился я к одной из опаснейших особ инфернального плана, махнув рукой в дверной проём, где вскинув оружие стояли Юрий и Артур, держа на мушке гостью. — Постоянно целить в одно стратегическое место мужской анатомии — слишком предсказуемо. Круг подозреваемых резко сужается, особенно зная твой нрав. Что скажешь?

— Я была расстроена, — по-королевски задрала подбородок брюнетка. — Сам виноват! Заморочил наивной девушке голову и исчез!

— Всегда подозревала, что он подлец, хоть и прикидывался порядочным, — донёсся «шёпот» Златы из-за спин Молотова и Панарина. — Все они такие, когда нужно в трусики залезть.

— Тссс! Тихо ты… — шикнула на Злату Мария.

— Заканчивай спектакль. — Я повернулся в сторону прихожей. — Юрий, Артур, да опустите уже оружие.

— Может, представишь меня друзьям? — томно взмахнула ресницами гостья, а моя рука уже сжимала её локоть.

— Нет. Ты немедленно уезжаешь.

— Вот так просто выгонишь под вечер хрупкую девушку⁈ — в её карих, с желтизной, глазах плескалась «искренняя» обида. — Ладно! Тогда я выйду за порог и буду орать на весь штаб, какая ты сволочь, и ты мне ничего не сделаешь!

— Тут ты права, — пришлось признать печальный факт. — В моём нынешнем состоянии, действительно, не смогу. Оставайся, но завтра уедешь.

Я уже собирался протянуть руку, чтобы предложить контракт, но она опередила, внезапно обвив мою шею руками и коснувшись губами уголка рта.

— Зачем условности между близкими? — опалило моё ухо жаркое дыхание принцессы.

Отстранившись, она окинула любопытным взглядом