Вурдалак на полставки - Анна Рия

* * *

Ночь тянулась бесконечно. Казалось, даже время разлагалось здесь вместе со всем остальным. После шокирующей находки каждая тень казалась зловещей, каждый скрип холодильника — шагом незваного гостя. Чтобы не сойти с ума, я с головой ушла в работу.

«Клиенты» сегодня были особенно требовательными. Один упрямо не хотел расставаться с признаками давно минувшей трапезы, и мне пришлось провести с ним почти час, ведя одностороннюю, но очень настойчивую беседу о пользе диеты.

— Ну что же ты как маленький, — ворчала я, вооружившись пинцетом и дистиллированной водой. — Дай хоть посмотреть. Не бойся, не укушу. Хотя, с моими-то новыми данными... — я осеклась и оглянулась, но меня окружала лишь благоговейная тишина.

В перерыве заглянул Аркадий, неся два стакана чая, мутного, как будущее нашего бюджета.

— Держись, доктор, — сказал он, ставя один стакан передо мной. — Ночью они все капризные. То ли дело днём — солнышко светит, и настроение у них соответствующее.

— Аркадий, они всегда в одном настроении, — заметила я, с благодарностью принимая горячую кружку.

— Ну, я так, для поддержания боевого духа, — он подмигнул. — А то ты тут одна, смотри, не заскучай. Можешь с ними в шахматы сыграть. Правда, они всегда проигрывают. И фигуры роняют.

После его ухода я действительно почувствовала себя немного бодрее. Даже самый мрачный морг скрашивался таким вот простым человеческим участием. Пусть и с профессиональным юмором.

Но стоило мне снова остаться одной, как мысли вернулись к злополучной зажигалке. Кто? Зачем? Словно назойливая муха, эта загадка жужжала в голове, не давая сосредоточиться.

— Ладно, — громко сказала я, обращаясь к своему немому «пациенту» на столе. — Раз уж мы тут вдвоём, давай работать. Только без сюрпризов, договорились? А то я сегодня не в духе. Меня тут уже один «художник» до ручки довёл.

Труп, разумеется, благоразумно промолчал.

Работа заспорилась. Я составляла отчёты, проверяла архивы, даже помыла пол в приёмной — всё лишь бы занять себя и не думать о том, что ждёт меня дома. О том, что кто-то знает, где я живу.

Под утро, когда за окном посветлело, я закончила. Всё блестело и пахло хлоркой, а не селёдкой. Борис Игнатьевич будет доволен. Я погасила свет в основном зале и, потягиваясь, направилась к выходу.

И тут мой взгляд упал на дверь архива. На ту самую папку с делом «художника».

Рука сама потянулась к ручке. Нужно было проверить. Перечитать всё ещё раз. Может, я что-то упустила? Какую-нибудь деталь, которая всё объяснит...

Но я с силой отвела руку. Нет. Не сейчас. Сейчас мне нужно было не копаться в старых бумагах, а ехать домой. К бабушке. И проверить, всё ли в порядке.

Я вышла на улицу, где уже светало. Воздух был холодным и чистым, смывая с лёгких запах смерти и страха. Предстоящий разговор с бабушкой о возможной опасности не сулил ничего хорошего. Но это было необходимо.

«Ночная смена окончена, — подумала я, закутываясь в куртку. — Но самая сложная часть дня только начинается».

Конечно, продолжаем. Вот как могло бы развиваться это неожиданное утреннее свидание.

Я уже потянулась к кнопке домофона, чтобы вызвать такси, как вдруг мои звериные инстинкты, притупившиеся за ночь уставшей рутиной, взвыли тревогой. Запах. Не формалин, не городская грязь. Что-то сладковатое, пудровое, с нотками дорогих духов и... чего-то электрического, озонового.

Я медленно обернулась.

На лавочке прямо напротив выхода из морга сидела она. Девушка с фиолетовыми волосами из того самого бара. Сильвия. Суккуб. На ней было лёгкое пальто, совершенно не подходящее для утреннего холода, и она с видимым удовольствием потягивала дым из электронной сигареты, выпуская колечки, которые на мгновение принимали причудливые формы, прежде чем раствориться.

— О, а вот и наша восходящая звездочка! — прокричала она мне через дорогу, весело помахивая сигареткой. — Как ночка? Продуктивно поработала? Порезала, пошила, пообщалась с немыми собеседниками?

Я замерла на месте, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Что, чёрт возьми, ей нужно в семь утра у морга? И откуда она знает где я работаю?

— Я... на работе, — глупо брякнула я, озираясь по сторонам. Улица была пустынна.

— Как раз по делу! — она легко поднялась и, не глядя по сторонам, перебежала дорогу, словно машин тут никогда и не было. Остановилась передо мной, окутав облаком сладкого дыма. — Слушай, у меня к тебе деловое предложение.

— Мне кажется, мы в разных весовых категориях, — осторожно сказала я, вспоминая её «напитки» и компанию.

— Ой, да брось! — она махнула рукой, и браслеты на её запястье мелодично звякнули. — Это всё предрассудки. Я не предлагаю тебе присоединиться к нашему книжному клубу. Хотя... — она прищурилась, — тебе бы не помешало что-то почитать помимо отчётов о вскрытии. Но это позже.

Она сделала шаг ближе, и её фиалковые глаза заблестели.

— У тебя тут, я слышала, некий... талант проявился. К находить тех, кто плохо себя ведёт. И наводить... э-э-э... шороху.

Я промолчала, чувствуя, как внутри всё сжимается. Откуда она знает?

— Не смотри на меня так, как будто я собираюсь тебя съесть. Хотя идея... — она облизнула губы, и я невольно отступила. — Но нет, дело не в этом. У меня есть один... должник. Очень неприятный тип. Надоел уже всем. Но он хитрющий, прячется, бумажки какие-то ненужные коллекционирует. Охотники — те вообще на него забили, им бы чего посерьёзнее. А мне он мозги компостирует.

Она посмотрела на меня с наигранной надеждой.

— А ты, я смотрю, энергичная. Ищешь применение своей... силе. Вот я и подумала — а почему бы не помочь друг другу? Ты его найдёшь — я тебе... ну, я уж придумаю, как отблагодарить. У меня связи.

— Я не наёмный убийца, — холодно сказала я.

— Ой, какое громкое слово! — она фыркнула. — Кто говорит об убийствах? Я хочу просто... поговорить с ним. Серьёзно. А ты просто помоги мне его найти. Твоё нюх должен с этим справиться. Справился ведь с другими?

Её слова повисли в воздухе. Она знала. Значит, слухи действительно поползли.

— Я подумаю, — буркнула я, стараясь казаться равнодушной.

— Отлично! — она хлопнула в ладоши. — Думай быстрее. А то мой должник может куда-нибудь сбежать. Ищи меня в «Гробнице». Спросишь Сильвию — все знают.

Она повернулась, чтобы уйти, но на прощание обернулась.

— И, Лиза? — её голос внезапно потерял всю игривость и стал холодным, как сталь. — Будь осторожна с теми, кто снуёт вокруг тебя. Охотники... они не любят, когда на их