Вурдалак на полставки - Анна Рия

улицу и быстрым шагом направилась в сторону «Гробницы». Город жил своей ночной жизнью, но теперь я смотрела на него другими глазами. Каждая тень казалась укрытием для охотника, каждый прохожий — потенциальной угрозой или таким же, как я, замаскированным существом.

По пути я заметила знакомый силуэт. Высокий, поджарый, в тёмном плаще. Это был не Влад и не Орлов. Кто-то другой. Он шёл за мной на почтительной дистанции, но его присутствие ощущалось кожей — холодное, наблюдающее. Элита? Другой наёмник?

Я ускорила шаг, ныряя в знакомые подворотни, петляя между домами. Пора было учиться не только охотиться, но и прятаться. Через несколько минут чувство преследования исчезло. Слава богам.

У входа в «Гробницу» меня уже ждала Сильвия. Она прислонилась к стене, куря свою электронную сигарету. Фиолетовые волосы ярко выделялись в свете неона.

— Ну вот и наша маленькая мстительница! — прокричала она, увидя меня. — Решила посмотреть на моего должничка? Уже интересно!

— Я решила обсудить условия, — холодно ответила я, останавливаясь перед ней. — Я найду твоего должника. Но взамен ты расскажешь мне всё, что знаешь об охотниках. Все их касты, всех ключевых игроков в городе. И как от них прятаться.

Сильвия подняла бровь, на её губах играла довольная улыбка.

— О-о-о, торгуешься? Мне нравится! Начинаешь мыслить, как настоящая тварь нашего подполья. Ладно, договорились. Информация за поимку. — Она протянула руку. — Рукопожатие? Или испугаешься, что я через него твою душу вытяну?

Я игнорировала её протянутую руку.

— Просто выполняй свою часть сделки. Где информация о твоём должнике?

— Войдём, обсудим за столиком, — она широким жестом указала на дверь в бар. — И не бойся, я сегодня не голодна. Съела на завтрак одного наглого банкира. Осталось чувство лёгкой сытости и презрения к ипотечным кредитам.

Я глубоко вздохнула, собираясь с духом, и шагнула за ней в густой, сладкий мрак «Гробницы».

Дверь в «Гробницу» захлопнулась за нами, поглотив уличный шум и оставив меня в густом, сладковатом мраке, нарушаемом лишь мерцанием неоновых вывесок и низким гулом нечеловеческих голосов.

За стойкой, как и в прошлый раз, полировал бокал Степан. Его движения были такими же точными и выверенными, будто он готовил не просто посуду, а хирургический инструмент. Он поднял на меня взгляд, и его глаза — странного, слишком тёмного цвета — на мгновение будто вспыхнули алым в отблеске неона. На его губах играла лёгкая, заигрывающая улыбка.

— Лиза, — кивнул он, и его голос прозвучал низко и бархатисто, словно шорох старого бархата. — Рад тебя видеть. Выглядишь… живее, чем в прошлый раз.

— Степан, — кивнула я в ответ, стараясь не подавать вида, что его пронзительный взгляд заставляет меня ёжиться.

Он ловко поймал пролетавшую мимо муху одним резким, почти невидимым движением руки и, не глядя, швырнул её под стойку.

— Освежиться? Или сразу к делу? — его взгляд скользнул на Сильвию, стоящую рядом со мной. — Хотя, судя по компании, к делу.

Сильвия хихикнула и прильнула ко мне, её горячее дыхание обожгло ухо.

— Не бойся, он с рождения не пьёт… ну, почти не пьёт, — прошептала она с игривой интонацией. — Из красного. Только негазированную. И со соломинкой. Эстет.

Запах Степана ударил в нос — холодный, как сталь после мороза, с лёгким оттенком старого вина и чего-то неуловимого, древнего, что заставляло волосы на руках встать дыбом. Да, он определённо был вампиром. И, судя по всему, довольно старым.

— Я… я пока просто поговорю, — сказала я, отступая от стойки под предлогом, что оглядываю зал.

— Разумно, — Степан снова взялся за свой бокал. — В твоём состоянии лишние… примеси… ни к чему. Ты и так пылаешь довольно ярко. Привлекаешь внимание.

Его слова прозвучали не как угроза, а как констатация факта. Как если бы опытный механик сказал, что у машины перегревается двигатель.

Сильвия, тем временем, уже тащила меня к своему столику в углу, кивая и улыбаясь знакомым — девушке с кожей, переливающейся, как крылья жука, и парочке, от которой исходил лёгкий запах озона и свежести после грозы.

Я шла за ней, чувствуя на себе тяжёлый, изучающий взгляд Степана.

Сильвия устроилась напротив меня в полумраке VIP-зала, её фиолетовые глаза светились как у кошки. Я решила не тянуть и сразу перейти к делу. Доставая из кармана ту самую монету с шершавыми краями, я положила её на липкую поверхность стола между нами.

— Прежде чем говорить о твоём должнике, вот. Нашла после нашей первой встречи. Это твоих рук дело?

Сильвия наклонилась, и её лицо вдруг оживилось жадным интересом.

— О-о-о, вот она где! — воскликнула она, щёлкая пальцами. — А я уж думала, потерялась навсегда в этом унылом человеческом мире!

В этот момент к нашему столику бесшумно подошёл Степан. Он поставил перед нами два стакана с водой, лёд в них позванивал с почти неестественной чистотой.

— Соединяющая монета, — произнёс он своим низким, бархатным голосом, бросая на монету короткий, оценивающий взгляд. — Редкая вещица. Следит за энергетическим следом. Удобно для… отслеживания кого-либо..

Он удалился так же бесшумно, как и появился, оставив меня в состоянии лёгкого шока.

— Ты… ты подложила мне её? Чтобы следить за мной? — я почувствовала, как по щекам разливается краска гнева.

Сильвия лишь рассмеялась, её смех звучал как перезвон хрустальных колокольчиков.

— О, милая, не кипятись! Мне просто нужно было убедиться, что это не ты устроила всю эту кровавую банду в городе. Новенькие, знаешь ли, бывают такие непредсказуемые! А ты, прости, пахнешь… потенциалом. И щедро поливаешь всё это адреналинчиком.

Она ловко подцепила монету длинным ногтем и спрятала её куда-то в складках одежды.

— Так что спасибо, что вернула. Пригодится.

— Погоди, — я уставилась на неё. — Если ты знаешь, что это не я убиваю, зачем тогда обратилась именно ко мне? Просто чтобы найти какого-то должника?

Сильвия наклонилась через стол, её голос стал тише, но приобрел строгий оттенок.

— Потому что, моя дорогая, мне нужна твоя репутация. Она, знаешь ли, уже вовсю гуляет по нашему кругу. «Новенькая оборотняшка, которая мочит отбросы с особой жестокостью». Того, кого я хочу припугнуть, тебя очень даже остерегается.

— Почему?

— Потому что он сам ведёт очень, очень нехорошую жизнь, — её губы растянулись в хищной улыбке. — И чует себе подобных. А ты сейчас — самая громкая, самая опасная «подобная» в городе. Сама того не ведая, ты стала нашим местным… пугалом. И мне нужно, чтобы это пугало как следует прошлось под его окошкам. Понимаешь? Я не хочу, чтобы его нашли охотники. Я хочу, чтобы он мне вернул долг. А потом уже пусть его хоть на Луну сбежит.

Она отпила