Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

щитом» ни та, ни другая комбинации сверхэнергетических воздействий с полным на то правом именоваться не могли, но лично меня неточность названия нисколько не волновала. Пусть такой экран и не служил защитой от пуль, зато он неплохо гасил взрывные волны и разрушал попадающие в него энергетические конструкции.

Интересно? Ну ещё бы!

И всё же, прочитав конспект, я разбираться с этой техникой не стал, занялся штудированием законов. Самосовершенствование — это здорово, но для начала хорошо бы не завалить зачёты.

В библиотеке в итоге проторчал до самого отбоя — едва голова квадратной не стала. Но зато, когда вернулся в комнату, Василь с чувством пожал мне руку, даже потряс её от избытка чувств.

— Спасибо! Выручил!

— Да брось! — отмахнулся я и не стал интересоваться, чем таким они тут занимались, отправился чистить зубы. Потом сразу завалился спать. Денёк завтра намечался не из лёгких: зачёт на знание законов и сдача нормативов по физподготовке — то ещё сочетание.

Утром даже позавтракать не дали, всех выпускников курсов построили в спортивной форме перед медсанчастью. Дыба прошёлся перед строем, улыбаясь чему-то своему, затем по-отечески ласково произнёс:

— Ну что, задохлики, поджилки уже трясутся? Сегодня никакие хитрости не помогут, сегодня все увидят, чего вы стоите на самом деле! А всё почему? — Он обвёл курсантов тяжёлым взглядом. — А всё потому, что боец корпуса обязан быть сильным вне зависимости от того, умеет он оперировать сверхэнергией или нет.

Вступительная речь старшины лично меня нисколько не воодушевила, а уж когда в приёмном покое медсанчасти доктор, предварительно сверившись с моей учётной книжкой, накапал в стакан с водой непонятный препарат, и вовсе стало не по себе.

— А это что такое? — поинтересовался я, не спеша делать глоток, перехватил недобрый взгляд командира отделения и поспешил добавить: — Почему интересуюсь — у меня противопоказания имеются. Как бы плохо не стало.

Доктор полистал учётную книжку и озадаченно запустил пятерню в шевелюру, но тут же покачал головой.

— Нет, порядок. Более того — при таком анамнезе имеет смысл для снятия спазмов энергетических каналов раз в полгода пропивать курс этого препарата. «Нейтрал-С» при дозировке в одну каплю на пуд живого веса, насколько мне известно, вообще противопоказаний не имеет.

— О, как! — озадачился я, глянул на Дыбу, вздохнул и влил содержимое стаканчика в рот.

Лимонно-медикаментозный вкус, противный и пронзительный, показался знакомым, я судорожно сглотнул и уставился на доктора во все глаза.

— Так это для блокировки сверхспособностей?!

— Именно, — спокойно прозвучало в ответ. — Не переживай, завтра будешь как огурчик.

— Бегом марш на завтрак, курсант! — шикнул на меня старшина и макнул в чернильницу ручку. — Давай я сразу и за расход препарата, и за утилизацию остатков распишусь, чтобы уже не возвращаться…

Я вышел за дверь, поднял руку и посмотрел на заметно подрагивавшие пальцы.

Вот это новости! Вот это поворот! Что же получается: на ближайшие двадцать четыре часа я вновь в обычного человека превратился?

От этой мысли внутри всё так и скрутило, но кое-как взял себя в руки, поспешил в столовую. Чай, не в первый раз. Чай, в распределительном центре этой гадости уже отведать успел и ничего — отпустило. Может, даже польза какая выйдет. Так себе утешение, ну а вдруг?

Завтракали молча, настроение было подавленное. Разве что Боря Остроух так и сыпал остротами в адрес Миши Поповича, да покатывался над этими шуточками-прибауточками со смеху Митя Жёлудь. Остальным было не до веселья. Мне — в особенности. Просто перехватил взгляд Барчука, нехорошо тот смотрел, холодно и оценивающе. Точно какую-то пакость задумал.

А я — сверхэнергию не чувствую. Вообще. И внутренний потенциал то ли есть, то ли нет. Не понять.

Из столовой отправились в библиотеку, где полностью оккупировали читальный зал. Библиотекарь выдал писчую бумагу и билеты двум сержантам, те разнесли их по столам и остались приглядывать за нами, пресекая любые попытки общения.

Тут-то я и порадовался, что вчера провёл время с пользой. Тут-то и позабыл о своих переживаниях. Чувствую сверхэнергию или нет — неважно. Есть задание, нужно выполнять, а не ерундой страдать и самокопанием заниматься. Писал же как-то контрольные в гимназии, хотя хотелось просто сидеть и на Ингу пялиться, справлюсь и тут. К слову — чем не проверка на психическую стабильность?

Вон, как Мишу Поповича потряхивает! Да и не его одного. Почти все себя не в своей тарелке ощущают, а остальным почти так же тошно, просто вида не показывают.

Всё! Работать!

Когда минута в минуту по истечении срока сержанты начали собирать листы, я строчил ответ на последний вопрос. Дописать не дали, но нисколько по этому поводу не расстроился. Неспроста его отложил — не было у меня уверенности в собственных знаниях. В общем, плюнуть и растереть.

Вышли, построились, побежали на спортивную площадку. По ощущениям на улице было градусов пять выше нуля, пусть изо рта и вырывался пар, но замёрзнуть — не замёрзли. Я — так уж точно.

— Эй, задохлик, покажешь класс? — подначил меня Боря Остроух, но я, памятуя о данном старшине обещании не раскачивать лодку, пропустил эту едкую реплику мимо ушей. Собака лает — караван идёт, всё так.

Дальше нам дали десять минут на разминку и разогрев, а потом барышни под предводительством Маши Медник отправились сдавать нормативы на другой край площадки, а нас взяли в оборот сразу несколько инструкторов. Отжимания, приседания, подтягивания, выход силой и подъём переворотом, упражнения на пресс, прыжки в длину и высоту, канат, брусья, конь, бег на тридцать, шестьдесят и сто метров. Всё это — без перерывов, от одного спортивного снаряда сразу на другой.

Только и слышно:

— Пошёл! Пошёл! Пошёл!

Ну и пошёл. Запыхался, конечно, и вспотел, но после занятий с авиадесантниками сдал все нормативы без особого напряга, жилы рвать не пришлось. Получше многих смотрелся, так уж точно. Если разобраться — больше разговоров было, даже на полосу препятствий не погнали, изрядно меня тем самым разочаровав. С превеликим удовольствием понаблюдал бы, как толстозадый Боренька через траншеи сигает.

Впрочем, пятикилометровый кросс — тоже неплохо. И я не удержался, предложил Остроуху.

— Ну, что махнём наперегонки?

Тот, весь взмыленный, нервно оглянулся и скривил в ухмылке толстые губы.

— Ты своё скоро получишь!

Угроза оставила равнодушным — если уж на то пошло, Борю я нисколько не боялся и был уверен, что совладаю с ним хоть с использованием сверхсил, хоть в рукопашной. Как в прошлый раз не получится, мигом укорочу.

Пока подводились предварительные итоги, нам дали перевести дух, а затем прозвучало: