Песнь Ариадны - Guiltythree

Но теперь правило было нарушено. Речной Народ был потомками тех из смертных царств, кто выжил в Погибельной Войне, и поэтому их существование делало возможным, что спасение всё же достижимо. Что надежда есть.

Даже если сивилл больше не было, даже если Даэрона и Кроноса больше не было… они выполнили то, что задумали. Они обеспечили выживание своего народа, так кто сказал, что Санни и Нефис не смогут того же?

Он не мог сдержать улыбку.

«Ты… ты отлично справилась, Ананке».

Она улыбнулась.

«Что ж, благодарю вас, лорд Санлесс. Думаю, я справилась достойно, учитывая все обстоятельства».

Оглядевшись, она усмехнулась.

Затем улыбка медленно сошла с её лица.

«Вы прибыли в Гробницу Ариэля в странное время, милорд и миледи. Когда мы вышли из Ковчега, всё было иначе… на самом деле, всё было совсем по-другому».

Она встала и занялась тем, что вскипятила воду над огнём, чтобы заварить чай.

«Хотя бы не было так темно. Река кишмя кишела бесчисленными ужасами и таила опасности всех видов — бурные штормы, свирепые водовороты, коварные течения, от которых люди обращались в прах от старости… на самом деле, даже несмотря на то, что её воды стояли на месте, эти бедствия лишь становились всё более частыми и разрушительными какое-то время. Потому что длина Реки уменьшалась, и она мелела. Временами казалось, что миру приходит конец».

Она налила кипяток в чайник и покачала головой.

«Многие из Испорченных были уничтожены этими бедствиями. Я путешествовала от убежища к убежищу, выжидая. Иногда я сражалась; иногда я убегала. А затем, пробыв в одиночестве долгое время, я каким-то образом стала Верховной. Это… случилось, когда я была в худшем своём состоянии, полная отчаяния и готовая сдаться. Но я не сдалась. Жизнь стала немного легче после этого, даже если мой Домен был довольно слабым — в конце концов, у меня нет ни одного последователя. Моё королевство простирается лишь от одного края Убийцы Времени до другого, и единственный человек, которым я правлю, — это я сама».

Ананке улыбнулась.

«Из всех великих Верховных в истории я, должно быть, самая жалкая. Но меня это устраивает — на самом деле я никогда не хотела никем править. Честно говоря, я была довольно известной смутьянкой в Плетении… вряд ли когда-либо существовал человек, менее подходящий для того, чтобы быть Верховным. По крайней мере, так сказали бы мои учителя, если бы были здесь сегодня. Боги! Они были бы в ужасе».

Санни и Нефис переглянулись. Несколько мгновений спустя Нефис сказала нейтральным тоном:

«Мне кажется, всё наоборот. Ты заботилась о своих людях и защищала их, выдерживая ужасные бури — это то, что должен делать правитель. Именно таким и должен быть правитель».

Санни кивнул с немного мрачным выражением лица.

«Ага. Думаешь, ты не подходишь на роль Верховной? Тогда тебе точно никогда не следует встречаться с Верховными Царства Войны. Честно говоря, большинство проблем Царства Войны вызвано его Верховными. Мы с Нефис — среди лучших, но и тогда никто никогда не называл нас здравомыслящими. Ну… по крайней мере, ни один здравомыслящий не называл нас здравомыслящими».

Ананке улыбнулась.

«Вы кажетесь мне очень здравомыслящими, милорд!»

Санни уставился на неё на мгновение, а затем кашлянул и отвёл взгляд.

«Над твоей способностью к суждению мы ещё поработаем».

Она тихо рассмеялась, затем разлила чай по глиняным чашкам и поставила их перед Санни и Нефис.

Он потянулся за чашкой, хотя его рука на мгновение замерла.

Такое обыденное дело — предложить гостям чай. Но где Ананке могла взять чайные листья в мёртвой тьме Гробницы Ариэля? Эти листья, казавшиеся Санни незначительными, скорее всего, были для неё драгоценны… должно быть, она берегла их для особого случая, терпеливо ожидая дня, когда сможет разделить чай с кем-то. Он постарался насладиться ароматным напитком и улыбнулся.

«Хороший чай».

Ананке просияла.

«Я рада, что он вам нравится, лорд Санлесс».

Нефис отпила из своей чашки и затем ровно сказала:

«Мне тоже. Мне он тоже нравится».

Ананке посмотрела на неё с лёгким оттенком недоумения в глазах, а затем улыбнулась Нефис.

«Благодарю и вас, миледи».

Нефис кивнула и сделала ещё глоток, уголки её губ слегка приподнялись. Ананке тоже попробовала чай.

Усевшись, она ненадолго замолчала, а затем сказала:

«Всё оставалось неизменным очень, очень долгое время. Штормы, Испорченные… попытки выжить и едва удававшееся выживание. Думаю, я довольно хорошо научилась этому — по крайней мере, ничто не смогло меня убить».

Она сделала паузу на мгновение.

«Но затем, недавно, всё начало меняться. Сначала я не заметила этого, но однажды проснулась и обнаружила, что в небе осталось только шесть солнц. Одно из них исчезло бесследно, и ночи стали длиннее. Великая Река умирала уже долгое время, так что я просто решила, что солнца тоже умирают. Однако я ошиблась. Причина была в чём-то другом… в чём-то новом».

Выражение лица Ананке стало жёстким, и она сказала мрачным тоном:

«В этой отвратительной птице… в этой отвратительной птице и её мерзком отродье».

Глава 2938

Санни и Нефис переглянулись. Значит, Ананке столкнулась с Птицей-Воровкой. Эта мерзкое существо действительно было здесь, в Гробнице Ариэля. Птица не ушла после побега из Кошмара, решив вместо этого свить гнездо.

Гнездо, чтобы выхаживать своего птенца, возможно.

«Эта тварь жива, да?»

На самом деле он не был уверен, уместно ли называть Порождение Мерзкой Птицы-Воровки «живым». На Забытом Берегу это был Великий Дьявол, ещё не вылупившийся из яйца. Санни уничтожил то яйцо, и фантом Мерзкого Порождения провёл множество лет в тёмном пламени его души.

В конце концов, Птица-Воровка украла его обратно в тот же миг, когда украла его судьбу.

И теперь Мерзкое Порождение каким-то образом оказалось здесь, в Гробнице Ариэля, вылупившееся и как новенькое.

«Эта проклятая штука… Теневое Существо?»

Вероятность была довольно высока. В конце концов, оно было фантомом.

Внезапно Санни замер и с ошарашенным выражением уставился вдаль.

«Погодите. Если фантом существа из яйца был в моей душе, согреваемый её тёмным пламенем, а затем вылупился после того, как покинул её…»

Значило ли это, что он невольно… высиживал Мерзкое Порождение, словно наседка? Или же его душа на самом деле была тем самым яйцом, которое питало Мерзкое Порождение, пока оно не было готово вылупиться?

«Чёрт возьми, я схожу с ума…»

Санни слышал о паразитической птице — давно вымершей, слава