Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

Где-то наверху, за кромкой обрыва, хлопнул пистолетный выстрел, второй, потом всё заглушил пронзительный визг, вырвавшийся из нескольких нечеловеческих глоток, но не боли – в нем слышалось торжество. Сквозь него пробился другой крик, вроде бы женский, но тут же угас.

4.

Они сели на пол платформы, прижались друг к другу и какое-то время молчали, оглушенные случившимся. Лэйми уже доводилось терять друзей – за Зеркалом, в Хониаре, – но ещё никогда ему не было так страшно. К тому же, он не мог решить, реальность ли это. Вдруг ему показалось, что сейчас он проснется дома, под Зеркалом Мира, и окажется, что ничего этого не было, не было...

– Линалит упала, – сказал вдруг Яваун, глядя в сторону. – Чвэй и Виалана остановились, чтобы помочь ей.

– А почему же не ты? – спросил Охэйо.

– Когда я обернулся, метрах в тридцати за ними были ОНИ.

– Кто?

– Четвероруки. Эти... мешки. Они покрывали в прыжке шагов по десять.

– Много?

– Пять или шесть. Столько я успел заметить. Их наверняка было больше.

– Здорово иметь длинные ноги, правда?

Наури повернулся к нему.

– А ты бы не побежал?

– Если бы там была Лэйит – нет. А ты?

Наури молча отвернулся. Лэйми вдруг с ужасом понял, что ему не жалко погибших – друзья были с ним и ничего больше не имело значения. Никакого. Ему не нравилось чувствовать себя виноватым за то, что умер не он, но радость из-за того, что погиб кто-то другой казалась ему ещё более мерзкой. Оставалось лишь жалеть, что он не познакомился с другими обитателями дома – может быть, тогда...

– Лэйми, ты когда-нибудь думал о том, что наш мир устроен фрактально, самоподобно? – спросил вдруг Охэйо, так спокойно, словно они всё ещё были под Зеркалом Мира.

– А?

– Большие структуры похожи на меньшие, законы их развития также схожи. Энергия, например, не делится меньше элементарной порции, кванта. Любовь тоже не делится – кусочек Лэйит, а кусочек кому-то. Для энергии, это, безусловно, хорошо – иначе наш мир давно сожрала бы энтропия. А вот насчет любви я не уверен. Любить без ума одну девушку здорово, но тогда другим я не в силах даже сочувствовать, а это стыдно.

– Заткнись, – не оборачиваясь сказал Наури.

– Размышлять следут обо всём или это занятие напрасно. Так мне говорили. К тому же, мы думаем об одном, разве нет?

Наури вновь замолчал. Лэйми немного сочувствовал ему – ум у Охэйо был острый, как кинжал, но такой же безжалостный – однако мысли о том, что они очень скоро могут стать следующими, занимали его гораздо больше.

Впереди показался высокий железный ангар, втиснутый между крутыми склонами. Поезд врезался в его закрытые ворота и с раздирающим уши скрежетом снес их. Перед глазами Лэйми проплыло что-то вроде небольшой пустой станции. Дальше овраг был засыпан, бетонный портал в склоне вел в широкий, просторный туннель. Вдоль путей в нем громоздилось какое-то тяжелое оборудование, в стороны отходили узкие, высокие коридоры с множеством дверей. Всё это заливал яркий зеленоватый свет длинных ламп.

Откуда-то спереди донесся металлический грохот. Поезд остановился так резко, что их швырнуло на пол. Едва стихли последние отзвуки удара, в подземелье воцарилась абсолютная тишина.

– Тут что-то не так, – тихо сказал Охэйо.

Они бесшумно спустились с платформы. Туннель был совершенно пуст. Наури хотел пройти вдоль состава вперед, но Охэйо увлек его в боковой коридор и наудачу открыл одну из дверей в нем.

Лэйми увидел просторную комнату, выдержанную в зеленовато-коричневых тонах. В ней ничего не было – кроме восьми или девяти Переродившихся, сбившихся в тесный кружок в её центре. Сначала он принял их за какие-то статуи, но они тут же повернулись к нему.

5.

Охэйо опомнился первым – он повернулся и кинулся бежать, за ним, всего через миг, остальные. Вслед им полетело ритмичное ухание. Ноги у Переродившихся были кривые и короткие, но при беге они попеременно опирались то на них, то на свои длинные, до земли, руки, пальцы на которых были вдвое длиннее и толще человеческих. Двигались они неуклюже, но пугающе быстро. К счастью, Охэйо побежал не назад, а вперед – коридор кончался длинной крутой лестницей, на которой эти руканоги отстали.

Миновав её, они попали в какие-то бесконечные лаборатории или мастерские – столы с приборами, застекленные до половины высоты перегородки – всё ярко освещённое, но пустое и безлюдное.

Лэйми понимал, что теперь самое главное – не попасть в тупик. Охэйо каким-то чудом угадывал нужные двери. Возможно, ему везло, возможно, его вел богатый опыт исследования зданий Хониара в их далеком детстве.

Миновав очередную дверь, они вдруг вылетели наружу, в узкую щель между двумя глухими стенами, очень высокими – между ними тлела узкая полоска неба. Прямо от двери вверх вела бетонная лестница, упираясь в дощатый забор с калиткой, запертой на висячий замок. Рядом с ней, справа, в стене была ещё одна дверь.

Поднимаясь по лестнице, Лэйми услышал яростный гул толпы. Его волосы едва не встали дыбом – это были глухие, какие-то глубоководные звуки. За забором шуршало, колыхалось живое море, закрывая падающий сквозь щели свет. Кто-то монотонно бил ногой в дверцу – она подпрыгивала на петлях, но пока держалась.

Боковая дверь, к счастью, оказалась незапертой. Короткая лестница за ней вела в ярко освещенную швейную мастерскую с настежь распахнутой дверью, из-за которой тоже доносился дикий шум. Выглянув в неё, Лэйми удивленно замер.

В длинной комнате-прихожей царил хаос. Здесь было, как ему показалось, несколько десятков человек. Большинство извивалось у гардеробных шкафчиков, натягивая верхнюю одежду – вместе с ревом толпы с улицы втекал холод. Все окна в комнате были разбиты, возле каждого стояло двое или трое парней, стульями отбиваясь от лезущих внутрь огромных рук. Во входную дверь с грохотом били чем-то очень тяжелым – Лэйми подошвами чувствовал, как вздрагивает пол. Удивленно приоткрыв рот, он видел, как из рук оборонявшихся вырывают стулья. Трещали выдираемые из проемов рамы, ясно было, что держаться так долго нельзя.

У нескольких парней были дубинки – трубы с железными шарами, и страшненькие кастеты с лезвиями, как у небольшого топора, у двух – даже небольшие огнеметы, соединенные бронированными шлангами с металлическими заспинными ранцами. Они дали из них залп в окна,