За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— С пулями проще, — пожал плечами Менски. — У пули очень маленькая масса и очень высокая скорость, её легко определить как опасное воздействие. Скоро будем проходить стандартную защиту от пуль, в зоне боевых действий вы её будете держать постоянно. А вот с камнями и прочими предметами сложнее — нет стандартного щита от камней, потому что они все разные и могут прилететь откуда угодно, и с любой скоростью.

— Ну хорошо, наставник, — сказал я, — я сделал это. Что из этого следует?

— Из этого следует много боли, Арди, — ухмыльнулся Генрих. — Теперь камни в тебя всегда будут лететь издалека, и ты должен будешь чувствовать их, а не колебания Силы. Ну и волевое усилие будешь тренировать. Так, студенты, почему встали? У нас тут, кажется, бои происходят, а разговоры у вас будут на теории.

И от всей души пнул меня в живот.

— А всё-таки хорошо здесь, — с удовлетворением сказал я, усевшись на удивительно удобную лавку. — Даже не сознавал, насколько я соскучился по этому месту.

Сейчас в «Цыплёнке» было пустовато, и наш любимый столик в углу оказался свободен. Сессия с каждым днём становилась всё ближе, времени на подработки оставалось всё меньше, так что большинству студентов пришлось переместиться в более демократичные заведения. В «Цыплёнка» в это время ходили в основном мажорики вроде нас с Ленкой, да ещё ремесленники с алхимиками — у этих проблемы с подработками не существовало, и деньги у них водились всегда. Подобной стабильностью отличались только боевики, правда, немного с другого ракурса — боевики были вечно без денег. Проблемы с подработками у боевиков тоже не существовало за их полным отсутствием.

— Ну как вы тут жили без нас? — спросил я, когда мы, наконец, отправили прочь полового, отягощённого добром, то есть нашим заказом.

— Преподы лютуют, — с печалью ответила Дара. — Особенно Генрих, этот вообще как с цепи сорвался.

Они со Смелой красовались практически одинаковыми синяками, только что под разными глазами. Генрих своего добился, и договорного матча у них не вышло. Иван тоже был с синяком в качестве презента от Ленки, так что семья Сельковых выглядела удивительно гармонично, как и положено дружной семье, которая делит на всех и радости, и фингалы. Я машинально потрогал уже подсохшее, но всё ещё болезненное рассечение у себя над ухом и поморщился.

— А кстати, что он так окрысился на вас со Смелой? — полюбопытствовал я.

— Да мы просто на прошлом занятии не захотели друг с другом драться, ну и так, слегка поимитировали. А он заметил и взбеленился.

— Не очень умная идея, — хмыкнул я. — Не с нашими навыками Генриха дурить.

Дара тоже потрогала свой синяк и печально вздохнула. Оживились мы только когда половой начал выставлять на стол заказанные закуски.

— А вы-то как съездили? — спросил Иван, наваливаясь на мясную нарезку.

— Да так, — пожал плечами я. — Четверых человек зарезали, двоих повесили, я стал ливонским бароном. В целом скучновато съездили.

— Везёт же тебе, Кеннер! — поражённо сказал Иван, почти забыв о нарезке.

— Это ты называешь везением? — усмехнулся я. — Иван, по сравнению с тобой я жалкий неудачник.

Сельков от удивления подавился куском ветчины, который он как раз сунул в рот, и мучительно закашлялся.

— Это как? — наконец откашлявшись, с изумлением вопросил он.

— Ну давай посмотрим. Я родился в семье аристократки, и с самого начала предполагалось, что я стану главой аристократического семейства. Что изменилось? Да ничего — кем я был, тем я и остался. Стал порядком богаче, но это тоже нельзя целиком отнести на везение. Я просто сумел воспользоваться парой появившихся возможностей. Везения там было не так уж много, в основном я добился всего своим трудом, временами изрядно рискуя. Вот скажи, Лена — так это?

— Знаешь, я как-то не рассматривала это с такой стороны, — озадаченно сказала Ленка. — Но и отрицать не могу, хотя меня не оставляет чувство, будто что-то здесь не то. Но вообще-то всё так, как ты говоришь.

— Давай сейчас поговорим о тебе, Иван, — продолжал я. — Ты родился младшим сыном кузнеца, который вряд ли мог рассчитывать на наследство.

— Ну, батя меня совсем голым на улицу бы не отправил, — неуверенно возразил Иван.

— У тебя два старших брата, не думаю, что тебе много бы досталось.

— Вряд ли много, — со вздохом согласился Иван.

— Теперь посмотри на себя — ты одарённый, по окончании Академиума для тебя реально получить пятый ранг. У тебя две красавицы-жены, и обе одарены не меньше тебя. Вы все через три года станете дворянами, а годам к сорока у вас есть хорошие шансы подняться до Старших и основать свой дворянский род. Я как был, так и остался главой дворянского семейства, а вот ты почти к такому же положению скоро поднимешься от младшего сына деревенского кузнеца. И кто тут может говорить о везении?

Иван в некотором ошеломлении завис, а девчонки с удивлением друг на друга уставились.

— Но ведь баронство-то ты получил? — наконец вспомнил он.

— Я бы не назвал таким уж везением нищее баронство, которое на меня повесил папа римский, — возразил я. — В котором к тому же пришлось воевать, потому что половина его была захвачена соседями. А ещё туда придётся вложить минимум триста тысяч гривен, при этом есть довольно высокая вероятность, что у меня через некоторое время это баронство отберут, и все вложенные деньги пропадут. В принципе вполне возможно, что его удастся сохранить и превратить в процветающее, но это будет совсем непросто. Если бы была возможность отказаться от этого баронства без последствий, то я бы, наверное, так и сделал.

— Знаешь, Кеннер, это какой-то очень неожиданный взгляд на вещи, — сказала Смела. — И кстати насчёт дворянства — нам всем нужно стать Старшими, чтобы основать свой дворянский род?

— Достаточно одного Ивана, — ответил я. — Если же Старшим станет не он, а кто-то из вас, то будет немного сложнее. Например, если Старшей станешь только ты, то ты будешь основательницей рода Беркиных-Сельковых, а вот дети Дары дворянами не будут.

— А если мы с Иваном оба станем Старшими — это будет род Сельковых или Беркиных-Сельковых?

— По умолчанию считается, что главой семейства является мужчина, так что это будет род Сельковых. Но если вы при регистрации в дворянском реестре впишете главой семейства тебя, то это будет род Беркиных-Сельковых.

Будущая дворянская семья в полном составе погрузилась в размышления. Тут нам как раз принесли горячее, и мы в тишине принялись за еду.

— А скажи, пожалуйста, Кеннер, — наконец, заговорил Иван, отодвигая от себя пустую