Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

– Солнышко моё, нахрен ты так вырядилась? Это платье тебя старит!

– А это и есть свадебное платье моей бабушки. Красиво, да?

Оно было тёмно-фиолетовым, с чёрным кантом и лифом. И удивительно не шло Руэри, действительно визуально прибавляя ей возраст. Принцесса покружилась.

– Ну как, я хороша?

– Отвратительна, Зайчоныш. Очень похожа на бабушку. У меня аж упало всё. А насчёт любовников: библиотека.

– Мало ли что кому снится. Мы – смертные люди и не управляем нашими снами. Но это не значит, что нам снится тоже, что было в жизни.

Руэри встала так, что полностью загородила Элиссара с Астрой.

– А насчёт бабушки… Ну, однажды я и правда ей стану: старенькой, дряхлой, морщинистой, с трясущимися синеватыми губами… Скажи, милый, ты будешь меня любить? Ты-то – вечный.

– Родинка, Ру. На левой груди, чуть ниже соска…

Тигр вновь прыгнул, и они закружились в смертельном танце.

– Что ты делаешь? – прошептал Лис, стараясь не смотреть на Астру.

Он покраснел и явно был смущён.

– Я послала за Дьярви и его лучниками. Почему вы его не предупредили?

– Потому что он видит сны.

Руэри сердито выдохнула. И в этот миг Риан, внезапно, уйдя из-под атаки, прыгнул к двери, выбил саблю из рук Лиса, отшвырнул его в сторону. Герцог упал и ударился головой о камин. Ветер схватил Астру. Прижал её к себе, ткнув кинжалом в шею.

– Уп-с, – рассмеялся весело. – Как подло и бесчестно-то! Но что сделаешь: такова жизнь. Руэри, ты поняла мой юмор? Итак, выбирайте, лемминги зелёные: либо вы, либо она. Я не стану обещать жизнь тем, кто пытался меня убить, но… Вы, например, можете пожертвовать собой ради спасения её жизни. Как вам такое предложение? Покажите мне героизм и самопожертвование. Обожаю их!

Глава 38. И снова замок Нандора

– Ты её не убьёшь, – прошептал Лис, поднимаясь.

– Она же тебе нравится? – Руэри недоверчиво прищурилась.

– Нравится, – кивнул Риан и слегка прикусил Астре мочку уха. Девушка отдёрнулась. – Очень. Люблю таких невинных прелестей. Честно: мне будет жаль.

Астра рванулась, и кинжал надавил ей на горло. На белой тонкой шее проступила красная капля. Ветер тяжело дышал, пот тёк по его лицу, волосы прилипли ко лбу чёрными кисточками.

– Не сопротивляйся, девочка. Иначе оставишь любимого безутешным. И меня. Я буду скорбеть целых полчаса. Обещаю.

– Риан… послушай…

– Лис, я не шучу. То есть шучу, но это не помешает девочке умереть всерьёз. Хватит игр, зайчатки. Вот что мы сделаем: вы дадите клятву не мешать мне. Я заберу этих двух барышень и уйду. Или… Ну или продолжим играться, но игроков станет на одного меньше.

Тигр подошёл и встал рядом с принцессой.

– Почему я должен жалеть девушку, которую не знаю? – спросил он.

Лис вздрогнул. Он тяжело опирался о камин и был бледен, словно мрамор.

– Потому, что ты такой же как твой отец, Тигрёнок. Железный снаружи, но пломбир внутри.

– Мой отец убивал женщин.

– Отчим, Котёнок, отчим. А отец – нет. Иначе князь Шэн, ценитель красоты, не смог бы с ним сдружиться. Тебе Тигр Дряхлый не рассказывал, что твой милый папочка должен был его убить? Но… слёзы прекрасной девы, соблазнённой лишь для того, чтобы проникнуть ближе к тигриному телу, но самой ставшей соблазнительницей, оказались сильнее. Железо проржавело насквозь. В итоге твой дядя всё взял в свои руки и уничтожил самого Фьерэя. Правда, лет десять или пятнадцать спустя, но... Это неважно, важен сам результат. Отсюда вывод: никогда не поддавайся жалости. А ты не знал, да? Иногда просто поражаешься, сколько можно увидеть в чужих снах! Кстати, а почему я ни разу не видел твоих? Не то, чтобы меня это волновало…

– У меня их нет.

– Досадно, да? Ты многое пропустил. А вот Тигр Старший – нет. Ну так что решили?

– Вы не должны жертвовать ради меня... – начала Астра срывающимся голосом, но закусила губу.

Руэри посмотрела на побледневшего Элиссара. Перевела взгляд на застывшего мужа. Чуть-чуть улыбнулась ему. Затем обернулась к замершей в смертельных объятиях паре.

– Риан, знаешь ли ты, что такое – любовь? Не похоть, нет. Не когда тело плавится, и мозги плавятся, чувства бушуют. А когда ты веришь безусловно. Когда ты полностью, всецело доверяешь человеку?

Она подошла к нему и, наклонив голову набок, внимательно посмотрела в его глаза.

– Ру, детка, что за чушь ты несёшь? Разве тебя папочка не учил, что верить нельзя никому?

– Учил. Но мой папочка – тот ещё лжец. Потому что сам он верил. И доверял. И любил. Ты не можешь этого не знать, верно?

– И получил удар в сердце. Или печень. Или во что там, я забыл. От сына той, которой так безусловно верил. Разве нет?

Руэри мягко рассмеялась. Прислонилась плечом к его плечу, словно они просто мило беседовали, посмотрела в потолок, улыбаясь.

– Представляешь, много лет назад моя бабушка вот тут, вот прямо здесь просила моего деда не жениться на ней. Это забавно, да? Мне всегда нравилась эта комната, и их романтичная история. Мой папа не одобрял выбор своего отца. Потому что во имя спасения королевства нужно и должно принести в жертву даже любимую женщину. Эйд не послушался тогда, кстати, и женился. Наверное, если я попрошу тебя не брать меня в жёны, ты тоже не исполнишь мою просьбу, да? Но, знаешь, она верила ему, даже когда он нёс её на место казни. Это сильно. И, думаю, в этом и есть любовь. В доверии.

– Ты бредишь, – заметил Риан.

Тигр перекинул саблю из правой руки в левую.

– Руэри, к чему ты… – начал было Лис, нагибаясь за своей саблей и кривясь от боли.

Он наступил на сломанную ногу, зарычал, но сейчас это было неважно. Риан взглянул на него. Усмехнулся. И, пользуясь тем, что её видит лишь Джарджат, Руэри шепнула одними губами, беззвучно:

– Убей.

В тот же миг Тигр прямым выпадом острия пробил Риану глаз. Сабля прошла череп насквозь. Убийца выдернул клинок. Риан выпустил жертву и кинжал из рук, сполз по стене и кулем свалился на пол.

– Нет! – закричал Лис.

Астра, захлёбываясь кровью, упала. Она была жива, хваталась за рану на горле и страшно