Имя мне Месть - Евгений Фронтикович Гаглоев

невероятного могущества. С ее помощью я могу творить все, что пожелаю! Призывать мертвецов и принимать их облик, управлять призраками и низшими существами… Даже ходить сквозь стены!

– Я видел, на что ты теперь способна. Именно это и пугает остальных наших соратников. Но довольно болтовни, – жестко сказал я. – Неси сюда корону, я должен немедленно забрать ее из этого дома.

– Нет.

– Нет?! – вскричал я. – Ты перечишь мне, дерзкая девчонка?

– Нет… – торопливо пробормотала Марголеана, опустив голову. – Я не держу корону в доме, чтобы мать и сестра не отняли ее у меня. Прячу ее в одном укромном местечке… Но я принесу… принесу ее завтра, сир, раз уж такова ваша воля…

– Именно, – с некоторым облегчением кивнул я. – Такова моя воля. Воля твоего господина, которому ты должна беспрекословно повиноваться.

Я приподнял пальцем подбородок девушки и заглянул ей в глаза.

И снова что-то в ее взгляде заставило меня насторожиться. Марголеана была не так проста и совсем не пуглива. Слишком уж быстро она подчинилась. Но я уже неплохо ее изучил и отлично понимал, что она что-то задумала. Но что? Думаю, вскоре я это выясню.

На этом рассказ обрывался. Далее шла приписка, сделанная, похоже, рукой самой Вероники, в которой сообщалось, что на следующий день после описанных событий аббат Этьен Гибур был арестован по тайному доносу. Вместе с ним были арестованы и подвергнуты множеству допросов несколько десятков человек, в том числе мать Марголеаны, колдунья Монвуазен.

Кто-то доложил властям обо всех преступлениях, черных мессах, причастности к делу версальских отравителей. Аббат Гибур признался во всем, был приговорен к пожизненному заключению и умер в тюрьме в 1686 году. Мать Маргариты и Марголеаны, Катрин Монвуазен, была сожжена на костре 22 февраля 1680 года. За несколько недель до ее казни Марголеана была убита перепуганными крестьянами в деревне Йевр-ле-Шатель, и черную корону похоронили вместе с ней…

Но несколько лет спустя корону извлекли из склепа, и она начала менять владельцев, принося всем одни лишь несчастья. Вот уж действительно ящик Пандоры, который никогда и никому не следовало открывать.

А теперь про́клятый венец оказался здесь, в этом городе. И снова льется кровь и происходят жуткие и необъяснимые вещи. Это следовало остановить. Но как? Роман пока не знал.

Глава 14

Беглый садовник

Наталья возвращалась домой от Ярославы Вишняковой, когда позвонила дочь и попросила подобрать ее неподалеку от студенческого общежития. Пришлось сделать небольшой крюк.

Даша стояла возле автобусной остановки. Наталья притормозила, и дочь быстро села в машину. Вид у нее был расстроенный.

– Что случилось? – спросила Наталья, возобновляя движение. – На тебе лица нет.

– Ничего страшного, мам, – вздохнула Даша. – Переживем.

– Это как-то связано с Егором? Ты что тут делала, кстати?

– Степана сегодня выписали из больницы, мы помогли ему собраться, и… – Даша осеклась.

– Ага. Значит, все же встречалась с Егором, – с улыбкой подытожила мать, следя за дорогой. – Не боишься, что отец узнает?

– Боюсь, конечно. – Даша недовольно скрестила руки на груди. – Но мне уже так надоело вечно пытаться всем угодить. У меня от этого одни проблемы.

– Значит, дело не в Кукушкине. Так что произошло?

– Это все Вика… – расстроенно произнесла Даша. – Оказалось, никакая она мне не подруга. Сговорилась с отцом, чтобы тот свел меня с другим парнем, представляешь? Только для того, чтобы самой заполучить Егора.

– Ничего себе! – вскинула брови Наталья. – Вы же с ней были так близки!

– Она лжет всем о своем богатстве. Оказалось, что их семья давно разорена, они продали дом… Это никак не меняет моего отношения к Вике. Но она возненавидела меня за то, что мы по-прежнему богаты. Были еще и другие гадости, о которых я даже говорить не хочу. Сегодня мне открыли глаза на многие вещи.

– Это правда? Может, на Вику просто наговаривают?

– Я пыталась с ней поговорить. Она даже не стала ничего отрицать!

– Что ж, – вздохнула Наталья. – Иногда близкие люди оказываются злейшими врагами… Грустно это слышать, но все же хорошо, что все выяснилось.

– Хорошо… Только я не знаю, как вести себя с ней при встрече. Как смотреть ей в глаза после всего, что она натворила?

– Это пусть она переживает. Ты же не сделала ничего дурного.

– Верно, – согласилась Даша и надолго замолчала, глядя в окно.

– А я тоже хотела с тобой поговорить, – сдержанно произнесла Наталья. – Понимаю, может, момент не совсем подходящий… Но для этого невозможно подобрать подходящее время.

– О чем ты? – Даша взглянула на мать.

– Думаю, настало время мне покинуть особняк твоего отца. Я мечтала об этом много лет, но меня удерживала необходимость быть рядом с тобой. Владимир никогда не отпустил бы нас вдвоем, а я хотела сама растить тебя, воспитывать, поддерживать. Я и сейчас буду это делать, но жить мне теперь лучше отдельно от Решетниковых.

– О… – только и смогла произнести Даша.

– Только не думай, что я тебя бросаю, – торопливо заговорила Наталья. – Я люблю тебя больше всего на свете! Но Владимир сделал мою жизнь невыносимой, я больше не в силах терпеть его издевательства и оскорбления. Понимаешь?

– Конечно…

– Ярослава пригласила меня пока пожить у нее. Я найду работу… Уже есть кое-какие мысли на этот счет. И я с радостью забрала бы тебя с собой. Но что ты сама об этом думаешь?

– Отец не позволит.

– Да, тут нужна решимость. Но ты уже совсем взрослая и можешь сама принимать решения.

– Он оплачивает мою учебу, и я знаю, что сумма не маленькая. Без его помощи я не смогу закончить университет. К тому же, если я уеду с тобой, он постарается испортить жизнь нам обеим.

– Владимир на многое способен, – согласилась Наталья. – Ты и сама это знаешь…

– Я хорошо тебя понимаю, мам. Я же вижу, как он к тебе относится. И если отец разрешит тебе уехать, я буду только рада за тебя. Но самой мне лучше остаться. Да, возможно, будет трудно, но бабушка меня поддержит. Нужно дотерпеть хотя бы до окончания учебы. Ну а если он начнет целенаправленно портить мне жизнь, я в любой момент могу перебраться к тебе.

– Все так, дорогая. И я с радостью тебя приму. Хорошо, что ты меня понимаешь.

– Это как-то связано с Романом Кукушкиным? – спросила Даша.

– А при чем здесь он? – Наталья постаралась спросить это как можно более непринужденно, но ее щеки слегка порозовели.

– Мам, брось. Я же общаюсь с Егором, а его отец тоже делится с ним. К тому же я сама много раз видела вас