Мир Дроу. Правящий Дом Миззрим - Денис Игоревич Камков

Анл’луриин снова склонила голову, пока не услышав для себя ничего нового или двусмысленного, в описании законов и традиций своего народа, прежде всего связанных с беспрекословным подчинением, согласно жесткой вертикали власти, выстроенной издревле у ее расы. Фаэрил’л, пригубила знакомое ей вино янтарного цвета, плескавшееся в ее бокале. Промочив горло, она приступила к более приземленным к текущей ситуации, описаниям роли Анл’луриин в храме:

– Ты, как жрица, стоишь на третьей ступени, согласно иерархии нашего храма, являвшегося одновременно проводником мудрости учения Л’лос, и законной властью Дома. Выше тебя – уже упомянутые мной старшие жрицы, попарно возглавляющие основные Пути, по которым могут идти к возвышению любые дроу, а так же верховная жрица, являющаяся глашатаем Воли нашей богини, и осуществляющая верховную власть в Миззрим. Ниже тебя – многочисленные помощницы жриц, а так же все аколиты, выполняющие в нашем храме самую простую, черную работу.

И снова склоненная голова молодой девушки, послужила сигналом для старшей жрицы о том, что слова и смысл произнесенных ею фраз, достигли ее сознания. Еще раз приложившись к своему бокалу, Фаэрил’л, наконец, закончила свою длинную мысль:

– Сегодня в храме пройдет служба и ты, как жрица, естественно, примешь участие в ее проведении. Сабал’л сегодня утром поручила почему-то мне провести ее, а потому я и Фел’линдирра – моя напарница, ведущая всех дроу Миззрим по Пути искусства войны, будем стоять возле алтаря Л’лос и зорко наблюдать за соблюдением всех канонов, а так же следить за ходом проведения службы. Постарайся, чтобы я не разочаровалась в твоих способностях быть истинной служительницей храма, неуклонно идущей по своему Пути к его вершинам, которые он перед тобой открывает. Твое стремление должно быть направленно исключительно вверх, чтобы взобраться на достойное место, среди всех проповедников учения и Воли, нашей грозной, могучей богини.

Анл’луриин с трудом сдержала себя, чтобы не вздрогнуть, когда было произнесено имя старшей жрицы, место которой ей рано или поздно напророчено занять. Она в последний раз склонила голову, в ответ на финальную часть пространной речи старшей жрицы и, вслед за ней, легко поднялась на ноги, так и не притронувшись к налитому ей, золотистому напитку. Она и без, так любимых ее матерью нравоучений, прекрасно чувствовала всю ответственность, которая начиная с сегодняшней службы, легла на ее плечи, а при ее продвижении на пост старшей жрицы, неминуемо нависшей над ней, как пудовая гиря. Она предельно ясно осознавала, что эта ноша, со временем, будет лишь возрастать.

Только Воля, озвученная ей самой богиней Л’лос, держала ее в тонусе, позволявшем удержать плечи на подобающей высоте и ни на дюйм не опустить свою прекрасную голову, перед слишком уж резко упавшей на молодую девушку ответственностью. Сила Л’лос, которую она ощущала, как некий резерв, всегда готовый прийти ей на помощь – придавала ей бодрости, даже в столь тяжелые дни, отягощенные плохим самочувствием и не прекращающимся раздраем в ее юной душе. А потому предстоящая первая служба, воспринималась ею, лишь как очередное, причем не самое сложное испытание, которое ей в очередной раз предстоит пережить. Но пройти его, тем не менее, она была готова максимально достойно, с высокого поднятой головой, как и подобает сильной и гордой, истинной дочери, великого народа илитиире.

Глава 10. Тренировки жрицы.

Несколько недель пролетели незаметно, хотя и были для Анл’луриин заполнены новой муштрой матери, лекциями и ее самостоятельным постижением различных нюансов и тонкостей на Пути служения Л’лос, в качестве жрицы. За это время прошла еще одна служба, уже не такая значимая, а потому гораздо менее посещаемая дроу Дома Миззрим. Ее уже, по традиции, провела, как и положено, сама Сабал’л, выглядевшая на ней вполне восстановившейся, после того случая, что произошел в день прохождения Анл’луриин Ритуала «Единение с Л’лос», не позволившего верховной жрице, принять участия в тот же день, в большой службе и тем более возглавить ее.

Фаэрил’л с блеском тогда заменила Сабал’л и даже не скрывала своего торжества, когда именно к ней подходили высокопоставленные дроу их Дома за благословением, или чтобы поздравить ее, с на редкость удачно прошедшим, праздничным Действом. Мать не высказала дочери тогда ничего: ни похвалы, ни упреков, а это значило, что ее напутствие было выполнено молодой жрицей в полной мере, и она делала в тот раз все правильно и согласно канонам.

Сама же Анл’луриин, уже спустя пару дней после Ритуала, почувствовала себя в норме и даже не столь зверски избивала на тренировках, подвернувшихся ей партнеров по спаррингу. Не желая себе признаваться даже в такой, казалось бы, маленькой слабости, она, тем не менее, ждала каждое утро Найл’лота, чтобы признаться ему в том, что ей не помешали бы уроки по шлифовке техники работы с холодным оружием.

Ей уже до смерти надоели все те дроу, которых она побеждала ни по одному десятку раз. Она откровенно скучала в подобных спаррингах, устав изобретать сама себе трудности, чтобы не завершить схватку на первых же минутах очередного тренировочного боя. Даже когда она действовала только левой рукой, отбросив на пол правую сику – это не слишком удлиняло очередной поединок.

Наконец, одним удачным утром, когда она вошла в залу, ее взору открылась долгожданная картина. Она увидела Найл’лота, бодро гоняющего по тренировочной арене сразу двух молодых дроу, вооруженных одинаково: классический узкий меч эльфов и прямой кинжал. Офицер же, в свою очередь вооружился двумя плоскими, гибкими саблями, которые мелькали в его сильных, татуированных на ловкость руках так быстро, что смазывались временами в своих стремительных движениях. Ей даже сначала показалось, что мастер боя вооружился двумя металлическими веерами, раскрытых сектором, градусов в шестьдесят.

Тихонько встав у входа, чтобы своими движениями не отвлекать бойцов от поединка, она наблюдала за тем, как сначала один, а затем и второй противник офицера, поднимают мечи вверх, показывая этим, что их ранения, хоть и условные, уже не позволяют им дальше вести бой. Улучив момент, пока Найл’лот все еще добивал последнего, она, стремительной тенью пробежав позади него, выскочила перед ним на то самое место, что только что покинул последний его противник, и тут же закрутила свои парные сики в атакующем вихре.

Если Найл’лота что-то и обескуражило, то он никак этого не показал. Его не успевшие потерять скорость сабли, со звоном столкнулись с