Призраки Оникса - Эрик Ниланд

антипсихотические и биполярные интеграционные препараты, — сказал Суровая Зима. Он снова хлопнул руками, и появился третий молекулярный набор: скрученные шарики серебряного и золотого цвета.

— А вот это мутаген, видоизменяющий ключевые участки в лобной доле испытуемых.

Силуэт Суровой Зимы стал полупрозрачным.

— Он повышает агрессию, делая во время стрессов животную часть интеллекта более доступной. Любой, прошедший через такую мутацию, получает запасы силы и выносливости, какими не обладает ни один нормальный человек. Такой индивид также сможет сражаться под воздействием системного шока, способного убить любого другого.

— Однако с течением времени мутаген приводит к угнетению высших мозговых процессов, — продолжал ИИ. — Антипсихотические вещества и средства биполярной интеграции помогут противостоять этому эффекту. И до тех пор, пока в организмах Спартанцев-III имеются эти агенты, они будут компенсировать этот недостаток.

Курт прекрасно понимал всё это. В ситуациях с чрезмерным стрессом антитела препаратов станут очень быстро усваиваться, и верх возьмёт слабоумие. Его Спартанцы будут сражаться, и их будет сложнее убить. Эффект снимался только специальными антителами. И это было опасно. В бою его подопечные могут перестать трезво мыслить, что, впрочем, даст им лишний шанс на выживание.

Суровая Зима продолжал исчезать. Этот ИИ всегда ставил благополучие кандидатов в Спартанцы превыше их тренировок или любых мероприятий, которые уготовил им Третий отдел.

— Ты заботился о них по-своему, — произнёс Курт. — О Спартанцах.

— Разумеется. Они всего лишь дети, независимо от того, что с ними сделали. Вы должны остановить протокол. Мозговые мутации были запрещены Медицинским корпусом ККОН в 2513 году. Моральных аргументов для этого вполне достаточно.

Голограмма Зимы сузилась до одной крохотной снежинки над столом.

— Я «умный» искусственный интеллект пятого поколения, Курт, и достиг конца своей эффективной операционной жизни на Ониксе. К моменту твоего возвращения меня отключат и заменят. Я оставил кое-какие файлы.

Снежинка заблестела, её края начали таять.

— Действуй осторожно; мне неизвестно, кто в СВР был инициатором этой незаконной процедуры, но они наверняка постараются скрыть это, — голос ИИ перешёл на шёпот.

Снежинка растаяла, а вместе с ней исчезли все голографические следы Суровой Зимы. Поверхность зонда нагрелась, покрылась пузырями, а изнутри потянулась тонкая струйка дыма.

Да, они скроют это. Когда Курт вернётся на Оникс, он сообщит обо всём полковнику Акерсону… и потом они сделают всё, чтобы все файлы Зимы были стёрты.

Мутация была идеей Курта. Ему пришлось подтолкнуть полковника на этот шаг, и они скрыли это от остальных сотрудников ячейки Спартанцев-III, чтобы сохранить «способность отрицать». Курт повидал достаточно мёртвых Спартанцев, взрощенных им; он был готов нарушить сотню запретов, указов и норм морали, чтобы дать своим людям хоть малейшую возможность пережить ещё один бой. Если о чём-то он и сожалел, так это от том, что был бессилен сделать что-либо ещё.

«Инстинкт» Суровой Зимы защищать Спартанцев был неправильным. Никого из них нельзя было защитить вот так. Воины сражаются в битвах; они побеждают, но в конечном итоге всех их ждёт смерть. Даже его кандидаты понимали это. Но они ни за что не умрут так легко.

Курт отвернулся от зонда и вышел из кабинета адмирала. Ему ещё предстояло поздравить роту Гамма… и поприветствовать их в братстве Спартанцев.

Часть третья

Нарушители

Глава двенадцатая

31 октября 2552 года, 06:45 (по военному календарю) Система Дзета Золотой Рыбы, планета Оникс, неподалёку от Зоны 67.

Две светошумовые гранаты взорвались шарами из света, грома и разлетающихся листьев. Эш упал и инстинктивно свернулся клубком. Он слишком поздно увидел стальные шестигранные трубки, силуэты которых отпечатались у него на сетчатке.

Они были хорошо замаскированы в деревьях на уровне груди. Как глупо. Вместо трезвого мышления он дал пылу взять верх над собой. Он расправился и поднялся на ноги. Всё что сейчас слышал Эш, было биение его сердца; он оглох. Эш моргнул, стараясь прояснить затуманенное зрение.

Команда «Сабля» была нейтрализована. Марк, Оливия, Холли и Данте стояли на коленях. Камуфляжные буферы их ПСР-брони были уничтожены светошумовыми, и только блеклый бежевый камуфляж покрывал их словно синяки. Новое фотореактивное покрытие могло имитировать широкий спектр электромагнитного излучения, но по-прежнему было уязвимо к перегрузке.

Он поставил Марка на ноги, изрядно встряхнув его. Тот кивнул, а затем помог подняться остальным.

Эш жестом приказал им отступать, меняя направление, которое вывело их на эту ловушку. У них было не так много времени, прежде чем команда «Катана» придёт за добычей.

Это была его ошибка. Он слишком нетерпеливо и неосторожно ломился в бой, не обдумав всё наперёд. Марк засёк снайпера «Катаны», и Эш тут же решил обойти его с левого фланга… где и напоролся на настоящую ловушку в виде светошумовых гранат. Но не в том ли был смысл занятия? Столкнуть три отряда Спартанцев на площади в квадратный километр — тут либо соображай живо, либо умри. Или хуже, как в данном случае — соображай быстро или проиграй.

Эш вскинул руку вверх, приказывая остановиться. Им не стоило идти прямо назад: будь он командиром «Катаны», то точно устроил бы ловушку для отступающего противника. Жестом он увёл своих людей в правую сторону. Медленно и осторожно, члены «Сабли» пригнулись и пробрались через кусты, продолжая внимательно следить за обстановкой. Идущая первой Оливия скрылась в тенях зарослей.

В ушах Эша начало звенеть. Это был хороший знак. Будь граната на полметра ближе, взрыв лишил бы его барабанной перепонки. А клонирование представляло из себя мучительно скучную процедуру, и он был только счастлив избежать обязательной двухнедельной паузы. Сигнальный огонёк Оливии моргнул красным. Отряд замер.

В пяти метрах впереди папоротник наклонился и отскочил назад.

Эш быстро мигнул своим зелёным огоньком, давая сигнал открыть огонь. За всё утро это была их самая лучшая цель.

Его окружил подавляющий огонь. Папоротник разлетелся в кучку конфетти. Прячущийся за папоротником одинокий Спартанец повернулся к ним: его броня отливала серебряной краской от многочисленных оглушающих патронов, усеявших её поверхность. Его нога зацепилась за корень, и он упал.

Эш продублировал сигнал продолжать, и его отряд при помощи пары точно пущенных пуль позаботился о том, чтобы их цель осталась лежать. Внутренний слой баллистического геля в их броне мог принять на себя град пуль прежде чем отказать.

Выждав три секунды, он мигнул красным индикатором, и они прекратили огонь. Оливия подошла и шлепком прикрепила к спине всё ещё корчащегося Спартанца липкий светло-зелёный флажок. Теперь цель была официально «мертва». Эш активировал навигационный маячок и обозначил им «тело» для подбора.

И тут земля задрожала. Это длилось всего мгновенье, но все Спартанцы из «Сабли» замерли, после чего взволнованно