Король Чёрной звезды - Федор Дмитриевич Березин

– Если сильно волнуешься, то не ходи. Мы справимся, – успокоил Хватка и легко похлопал собеседницу по плечику нижней левой рукой – остальные руки были заняты работой.

– Да не! – даже возмутилась ученица 6-го «Б». – Я-то пойду. Куда ж я без вас? Но я на счёт этого Скульптора вспомнила. Его ведь Чёрный Король с собой на «Царьдельку» не взял, правильно? Вот я и думаю…

– В смысле? – глянул на Кассандру четверорук.

– Ну, он же там, во дворце у Короля, так?

– И?

– Ну, вот я и думаю… – Кассандра Дубровина опустила глаза долу.

– Не хочешь с ним встречаться? Побаиваешься его, да, Кася? – догадался четверорук.

– Угу… Чуть-чуть. Вдруг он снова возьмёт и скопирует, а? Что тогда делать? Куда этих Кассандр всех девать станем? И вообще, как-то мне…

Тут полог пещеры приподнялся и в помещение процокал четырьмя ногами Гова.

– Привет всей честной компании! – заявил он с порога, довольный тем, что освоил новое русское выражение. – Ты чего надутая, планетянка Дубровина?

– Боится… то есть, несколько опасается встретить в нашем походе королевского Скульптора, – пояснил товарищ Хватка. – Видно, здорово он её напугал там – на её планете.

– Я не то что уж совсем трушу, но… – Кассандра не знала, что сказать.

– Не бери в голову, Кася, – погладил девочку по этой самой голове с кучеринами четверорук Гова. Затем он опустился пониже, на все четыре колена, чтобы смотреть в лицо человеку. – Я тебе сейчас поясню. Этот самый Скульптор… Я сам его чуть побаиваюсь, вот честное пионерское (так у вас говорят?) А вот Хватка, он этому ужасному Скульптору просто-напросто завидует. Ты слышала?

– Ага, я знаю! Хватка у нас завистник, – сообщила Кассанда, прижимаясь к Гове. Он был тёплый как печь, и не мудрено, Золотое солнце за пещерными сводами палило не на шутку.

– Какой я такой завистник?! – возмущённо, сквозь зубы, пробурчал Хватка – теперь в регулировке механизма ему не хватало не только четырёх рук – он держал зубами какой-то цветастый проводок.

– Вот такой завистник! – хохотнула Кассандра. С такими большими многорукими друзьями ей уже было совершенно ничего не страшно.

– Так вот, Дубровина, слушай сюда, – продолжил Гова. – Скульптора бояться не надо. Он – этот Скульптор – ужасный соня. Он, как ваши русские млекопитающие четырёхногие медведи зимой – почти всё время спит. Уж не знаем мы почему, но правда это истинная. Если не забудем, когда будем во дворце, я тебя подведу к его лежбищу. Увидишь… то есть, услышишь, как он здорово храпит.

– Прям храпит? – удивилась Кассандра.

– А то как ещё назвать? – хохотнул четверорук Гова. – Толи он устаёт при своём этом копировании, толи просто любит поспать. Привык в дальних полётах. Это ж его Король завсегда отправляет на разведку и за трофеями, а лететь-то далеко. Ракета… ну, чайник его летающий штука не слишком-то большая, сильно там не развернёшься – вы ж летали, правильно? – вот он и наловчился там давить на массу. (Так у вас в школе выражаются, да?) А может, он устаёт со своим миллионом пальцев. Ведь представь только сосчитать их, а ещё и разминать надо, зарядочку делать по утрам.

– Правда миллион, что ли? – подняла голову на четверорука ученица 6-го «Б».

– Может даже и больше, кто ж считал? И даже вообще сможет сосчитать? – пожал всеми плечами Гова.

В общем, Кассандра окончательно решилась участвовать в набеге.

35. Малорукость и малопалечность

А ведь Мастер на Все Четыре Руки Хватка и в самом деле завидовал. Сам ведь когда-то признавался:

– Вот удивляюсь я, Кася, как вы людеобразные планетяне обходитесь всего-то двумя руками? Ущербно как-то. Прямо покалеченная какая-то раса. Мне вот моих четырёх порой не хватает, столько всего успеть доделать хочется, а у вас вообще две. Да и пальцев немного, если честно. Я вот, клянусь продлением жизни в Засферье, жутко завидую Скульптору королевскому, планетянка Кася. Вот у кого пальцы, так пальцы! И столько их, родимых! Миллион, наверное.

– И ладно там обычные большие. Такие и у меня есть, – вытягивал перед собой вначале открытую красную шестипалую ладонь, а затем, для контрастности, вторую озеленевшую и тоже шестипалую, товарищ Хватка. – Таким добром не удивишь. Больше всего я завидую его самым маленьким мизинчикам. Чудо-прелесть просто! Представляете, он может лепить даже нейронную сеть живого существа. То есть, попросту, мозги. Представляете, мозги!

– Я тут, с паяльником, креплю друг к дружке какие-то платы, а он может делать в миллион раз более мелкие вещи. Причём, какие сложные! Да ведь ещё как быстро! Слушайте! Миллион его пальцев работает одновременно. Малюпусенькие – тоньше паутинки – они лепят внутренности мозгов. Те, что побольше, мастерят всяческие канальчики для крови. В смысле, артерии и вены. Совсем большие и грубые строят черепную коробку. И все это сразу и с бешеной скоростью. Умру от зависти, – причитал в общем-то неразговорчивый Хватка.

– Вот, посмотрите на мои грубые пальцы, – снова растопыривал перед слушателями свои длиннющие пальцы товарищ Хватка, теперь уже на всех четырёх ладонях, то есть, все наличные сразу. – Видите, какие он толстенные. Посмотрите, как неловко сгибаются! В них, в каждом, все-то по две фаланги. Вот, раз, раз! А у Скульптора есть пальцы даже со ста фалангами. Причём, они ещё могут поворачиваться вкруговую. Представляете! Скульптор может скрутить каждый из своих пальцев в хороший морской узел.

Дети Земли плохо себе это представляли. Точнее, при разговорах о Скульпторе и его пальцах, Кассандре в голову лезли какие-то медузные щупальца, а не пальцы. Однако когда-то дети видели работу космического Скульптора с совсем близкой дистанции, и к тому же, можно сказать, ощутили его мастерство на себе.

Наверное, с точки зрения Мастера на Все Руки Хватки, тут было чему завидовать.

36. Королёва карта бита, бит и весь его отряд

До этих пор ученица 6-го «Б» школы № 22 вела весьма законопослушный образ жизни, то есть, в разбойных налётах никогда не участвовала. Но видимо, этот правильный период существования закончился там, под далёким жёлтым солнцем Земли. Здесь, под воистину золотым солнцем, всё оказалось несколько навыворот. Да и чего не сделаешь для верных друзей и в хорошей компании? Так что с этого момента жизнь землянки-планетянки Дубровиной пошла по касательной. Всё было просто-таки по древнейшей – тоталитарных времён – песенке. Там, где:

«Дайте что ли карты в руки,

погадать на короля!

Ой-ля-ля, Ой-ля-ля,

Погадать на короля…»

Ну и