Ада - Гала Мрок

— Ты в порядке? — осторожно прощупываю настрой брата.

Он проводит холодной тканью по губам, в нос бьёт арбузный запах салфеток с примесью тухлого мяса. Желудок слегка подползает к горлу.

— Молчи, эта дрянь может попасть тебе в рот. А это чревато последствиями. Я не смогу выстрелить в твою дурную голову. Будешь бегать в этой дыре и жевать старческие обвисшие задницы.

— Фу, — в полуулыбке морщусь, стараясь разрядить напряжение. — Если я стану бешеной, отвези меня в мужской спортивный клуб. Считай, что это посмертное желание.

— Ага, размечталась, — Кайл бросает грязные салфетки в мусорку, и на долю секунды на его губах мелькает тень улыбки. Градус накала явно снижается.

Он захлопывает багажник — звук резкий, отрывистый, будто ставит точку в только что пережитом кошмаре. Поднимает взгляд на третий этаж. Смотрит долго, словно пытается прочесть в линиях фасада послание судьбы. Кадык двигается на сильной шее, будто глотает невидимый комок горечи.

— Чувствую себя паршиво. Будто я не я. Ощущение сюрреализма… Липкое, острое чувство неправильности происходящего прощупывает мои нервы, ища в них брешь, хочет дернуть там, где тонко, и выпустить панику из клетки, — Кайл обреченно выдыхает, отступая назад, и опускает на меня тёмный взгляд.

— Показывать эмоции — это нормально, — чуть веду плечом, стараясь говорить мягко, но уверенно. — А в стрессовых ситуациях даже полезно. Кайл, ты не железный, не робот. Учитывая, что только что произошло… Ты отлично держишься. Я… Я бы, наверно, истерила как умалишенная. Ты молодец. Мужчина, — беру его прохладные пальцы, ощутимо сжимаю, передавая через прикосновение всю свою поддержку.

Нельзя позволить ему раскиснуть, но в то же время постоянный жёсткий самоконтроль рано или поздно даст сбой, а это может губительно сказаться на всех нас.

— Минутная слабость. Я в норме, — отрывисто кивает Кайл.

Кайл сильный, достаточно дальновидный и расчетливый — я полностью доверяю ему, в отличие от наших спутников.

Смотрю, как Зак что-то тихо говорит Эве, отвернувшись от нас. Их позы кажутся слишком расслабленными для ситуации, в которой мы оказались, а переглядывания — слишком многозначительными.

— Они полетят с нами? — не сводя с парочки глаз, тихо уточняю у брата.

— Зак попросил взять их с собой. Вертолёт — это безопасно и быстро. А на машине до Монса почти семьсот километров… — Кайл отвечает спокойно.

Задумчиво облизываю губу — на языке остаётся горьковатый привкус арбузного антисептика, смешанный с острым послевкусием страха.

— Думаешь, им можно доверять?

— Ада, не начинай. Люди помогают нам.

— Ну не за просто так. Их с комфортом доставят в Монс, — приподнимаю одну бровь, смотря на недовольно нахмурившегося брата.

Кайл небрежно отмахивается от меня, как от назойливого комара — жест привычный, но сейчас он кажется чуть более резким, чем обычно.

— Изначально они согласились помочь нам абсолютно безвозмездно, — заключает он, открывая дверь «Импалы».

Его слова звучат обезоруживающе — у меня не остаётся аргументов парировать им. На секунду я чувствую себя глупо из-за своей подозрительности.

— Ты прав. Во мне взыграл несостоявшийся следак, — коротко киваю ему, обходя багажник.

Звон бьющегося стекла ножом режет по нервам — резкий, пронзительный звук, от которого зубы сводит, а по спине пробегает морозная дрожь.

— Назад! — оказавшийся рядом Закари резко дёргает меня к себе и закрывает своим телом. Чувствую, как его мышцы напрягаются, словно стальная стена между мной и опасностью. Его рука крепко сжимает мое плечо до боли.

В мозг ударяет жар, сменяющийся ледяным ужасом, когда на асфальт падает деревянная рама окна, разлетаясь на щепки и мелкие осколки стекла. Вместе с ней с глухим ударом приземляется тучный лысый мужчина в одних трусах. Он раскинулся в позе звезды, лежит лицом вниз.

— Пиздец, — прошелестел в повисшей тишине голос Кайла.

Он делает пару неуверенных шагов к лежащему мужчине. Замечаю, что тот начинает шевелиться: пальцы слегка подрагивают, плечо чуть приподнимается.

— Кайл, не трогай! — глотаю колючий ком страха, выходя из-за спины Зака. Горло пересохло, слова даются с трудом, будто я проталкиваю их сквозь колючую проволоку.

Эвелина, чуть пригнувшись, пытается что-то рассмотреть. Её нарисованные брови сморщились, образовав глубокую складку между ними. Она стоит на безопасном расстоянии, готовая в любой момент отпрыгнуть назад.

— Мужчина, вы живы? — обеспокоенно повышенным тоном выкрикивает она, но подходить не спешит.

Каждая мышца в моем теле готова сорваться с места в любую секунду — натянута, как струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Интуиция трясет меня за грудки, яростно приказывая бежать отсюда без оглядки. Я начинаю прислушиваться к ней и мелкими шагами подкрадываюсь к двери машины. Чувствую, как сердце трепыхается, словно пойманная птица, прося дозу кислорода; начинаю дышать глубже, но воздух будто застревает в горле.

— Кайл, давай без геройства, — умоляюще смотрю на брата. — Сам говорил включить мозги.

Он насупившись потирает подбородок, словно договаривается с самим собой. Наконец кивает мне на «Импалу». Долго