Исповедь смертного греха 4 - Макс Вальтер

class="p1">В салон ворвался ледяной ветер. Воздух, смешанный с пылью ударил по глазам, выбивая слёзы. Я высунулся вместе со стволом наружу, упёр его в плечо, поймал в прицел белую голову, которая уже почти добралась до лобового стекла, и нажал на спуск.

Выстрел ударил по ушам, несмотря на то, что наниты в последний момент приглушили звук. В глазах на миг вспыхнули белые пятна. Картечь ушла плотным зарядом и влепилась в череп твари. Башку разворотило, будто по ней ударили кувалдой. Осколки кости брызнули в стороны, кусок черепной коробки просто исчез, открыв серую, изуродованную массу. Ни крови ни брызг, только сухая, мертвенная рана.

Тварь слегка дёрнулась, будто удивилась. А потом повернула голову на звук, зафиксировала открытое окно и поползла к нему. Медленно, неотвратимо, как паук. Её изуродованная голова качалась, и в единственном уцелевшем глазу не было ничего, кроме белой пустоты.

Я передёрнул затвор, выбрасывая пустую гильзу, и снова нажал на спуск. Но теперь целился в руку, которой она держалась за капот. Заряд картечи разнёс конечность в клочья, отделив её выше локтя. Тварь потеряла точку опоры, заскользила по наклонному капоту, но уцепилась второй рукой за край.

Мишка мгновенно сориентировался.

— Внутрь! Быстро! — рявкнул он, сосредоточенно глядя на «дорогу».

Я нырнул в салон, втянул дробовик, закрыл стекло. Мишка начал раскачивать машину из стороны в сторону. Вездеход вилял, забираясь на левый берег и, поднимая тучи пыли. Пару раз мы опасно накренились, и я чувствовал, как колёса на мгновение теряют сцепление. Но Мишка держал машину как влитую, выравнивая её в последний момент. Тварь металась по капоту, словно ссаная тряпка, но всё ещё держалась.

— Командир, не высовывайся! — рявкнул Мишка, заметив моё движение. — Заденешь генератор, сам понимаешь, что будет. Водород такие шутки не любит.

И вдруг приятель хищно оскалился.

— Держитесь крепче, ща всё будет.

Мы вцепились кто во что. Я упёрся ногами в пол, вжался в кресло. Дашка обняла подголовник, Санёк схватился за дверную ручку. Мишка направил вездеход на крупный валун, торчащий из грунта.

Удар…

Машина подпрыгнула, как зверь, перелетела через камень и грохнулась на все шесть колёс. Тварь не удержалась. Её сорвало с капота, подбросило в воздух и отшвырнуло назад, в русло. Она закувыркалась по земле, переворачиваясь через изувеченную голову.

Мы все обернулись. Мишка смотрел в зеркало, не сбавляя хода.

Человек после такого не поднялся бы никогда. Сломанная шея, размозжённый череп, разорванные от удара о камни внутренности. А этот встал. Медленно, пошатываясь, но встал как ни в чём не бывало. Выпрямился во весь рост и повернул к нам то, что осталось от лица. Один уцелевший глаз смотрел прямо на удаляющийся вездеход. Без злости, без боли и сожаления.

Белый человек без руки, с огромной рваной раной в черепе, стоял посреди высохшего русла и провожал нас взглядом. И от этого зрелища у меня сжалось всё внутри. Он не гнался, не кричал, а просто стоял и смотрел.

Спустя час машина выскочила из-за очередного холма, и впереди показался лагерь. Серебристый купол на фоне серой равнины выглядел чужим и беззащитным. Мы не приближались, пока Дашка не проверила систему безопасности.

— Периметр чист, — произнесла она через несколько секунд, — Я подняла хронику за последние сутки. Те девять, что проникли в лагерь, покинули его сразу после нас, ещё вчера вечером. Больше периметр никто не нарушал.

— Уверена? — спросил я.

— Данные точные. Все датчики в норме, следов повторного проникновения нет.

— И всё же расслабляться не будем, — сказал я. — Разделимся. Санёк, ты со мной. Выходим здесь, идём пешком через рощу. Мишка, бери Дашку, заезжаете с другой стороны, проверяете подходы от хребта. Встречаемся у купола. Если всё нормально, подгоним вездеход.

Мишка кивнул.

— Сделаем. Только если что, не геройствуйте там без нас.

— Взаимно, — усмехнулся Санёк.

Мы вышли из машины. Дверь за нами мягко закрылась, и Мишка катил в сторону хребта. Я поправил «Шквал» на ремне, передёрнул затвор, убедился, что патрон в стволе. Санёк сделал то же самое.

— Двинули, — скомандовал я.

Пошли неспешно, держа дистанцию. Я впереди, Санёк за мной, контролировал фланг и тыл. Местность просматривалась неплохо, но я всё равно держал палец на спусковом крючке. Постепенно мы забрали левее, к озеру, возле которого стоял купол. Воздух дрожал от жары, пот катился по вискам, но я не обращал на него внимания.

Вскоре началась роща. Невысокие кривые деревья росли густо, видимость упала до пары десятков метров. Под ногами хрустела сухая трава, перемешанная с каменной крошкой. Мы сбавили шаг. Каин включил сканирование и периодически подсвечивал на земле то следы, то обломанные ветки.

— След от лапы. Свежий, не старше суток, — комментировал он.

— Краб?

— Вероятно. Прошёл на север.

Мы продолжали идти. Следы животных попадались регулярно, но ничто не указывало на то, что здесь проходили белые. Ни отпечатков босых ног, ни сломанных веток на уровне человеческого роста. Роща жила своей жизнью, и твари, похоже, обходили её стороной.

Через двадцать минут мы вышли к лагерю. Одновременно с нами из-за хребта показались Мишка и Дашка. Мишка приветливо махнул рукой.

— Мы вас минут тридцать уже ждём! — крикнул он, снимая рюкзак. — Чё так долго?

— Просто кому-то участок достался сложнее, — отозвался Санёк, — Не то что некоторым. Проехались вдоль гор и довольны.

— Ага, вдоль гор, — усмехнулся Косой. — У нас там тоже тот ещё маршрут выдался. Я чуть с обрыва не навернулся.

— Ну да, ну да, — хмыкнул Санёк. — Не пробовал под ноги смотреть? Говорят, помогает…

Я улыбнулся, слушая их перепалку, но быстро вернул всех к делу.

— Хорош зубы сушить. Мих, бери Саню и канистры — и дуйте к озеру. Заправляете вездеход и наполняете запас. Даш, ты со мной. Собираем оборудование. Только самое необходимое: инструменты, гранаты из шаттла, патроны, еду.

Мишка кивнул, схватил Санька за локоть, и они потопали к озеру, захватив четыре канистры. Дашка скинула рюкзак и вопросительно посмотрела на меня.

— С чего начнём?

— С шаттла. Там арсенал и жрачка.

Мы зашли внутрь. После уличной жары, которая уже начала наваливаться на эту проклятую планету, здесь царил полумрак и прохлада. Я принялся выносить ящики с патронами и про гранаты не забыл. Дашка сортировала, что войдёт в вездеход, а что оставим. Мишкины инструменты отложили отдельно, чтобы он сам проверил, что