Обратный отсчет - Токацин

Труба завыла снова. Гедимин завернул в ветошь последнюю деталь, накрыл разобранную установку защитным полем и выглянул из шатра. В просвет между палатками был виден плоский зверь, медленно поднимающийся по склону. На его спине, заняв каждый свободный сантиметр, сидели вооружённые Скогны. Шлемы из чьих-то костей, местами укреплённых синим металлом, были надеты поверх войлочных шапок — Гедимин даже разглядел край подшлемника, опускающийся на плечо, на причудливо изогнутый деревянный щиток.

Когда сармат вышел к лагерю аборигенов, Скогны уже поставили первый шатёр и сгребали гравий в кучу, делая насыпь для второго. Четверо возились с бочками и корзинами, разгружая повозки. На волокуше с полевой кухней, у бортика, были сложены копья; синих рэссеновых наконечников было немного — в основном чьи-то кости, камень, обколотый до острой кромки… Гедимин остановился поодаль, с любопытством разглядывая прибывших бойцов. Их было меньше, чем ему показалось сначала, — всего три десятка. Верхний слой стёганых «доспехов» показался ему знакомым — эту плотную желтоватую ткань сармат определённо где-то видел, но ни у кого в лагере аборигенов ничего похожего не было.

— Эй, — негромко окликнули его. Из-за палатки выбрался Вепуат. Остановившись, он встряхнулся, укладывая взъерошенные перья на броню, посмотрел на два новых шатра и удивлённо хмыкнул.

— Что это тут? И давно?

Гедимин пожал плечами.

— Какой-то отряд. Со своими припасами. Опять охрану усилили? — он криво ухмыльнулся — о местной охране и её полезности трудно было говорить без ухмылок. — Где-то рядом кочевники?

— Да тихо вокруг… — Вепуат быстро огляделся по сторонам. — Сокол который день молчит. И погода… нечего им тут делать. Не сезон.

Гедимин снова пожал плечами. Он уже увидел всё, что хотел, а ничего нового и интересного Скогны не привезли. «Дерево, кости, тряпки. В лучшем случае — гзеш. Припасы привезли свои, значит, еды хватит. Не до них. Пойду работать.»

Он двинулся было к шатрам, но остановился. Вепуат так и стоял на прежнем месте, пристально глядя на чужаков и недобро щурясь. Гедимин проследил за его взглядом, — рядом с копьями, сложенными на повозку, неярко светился белый посох. Страж с собачьей головой стоял, опираясь на палку, и наблюдал за стаскиванием вещей в новые шатры. Вскоре туда понесли и копья — в две палатки заселялась приехавшая «охрана».

— Я сделал систему зеркал, — сказал Гедимин, тронув Вепуата за плечо. — Иду ставить. Хочешь глянуть?

Разведчик дёрнул плечом.

— Погоди. Куда они собрались в огнестойких доспехах?

Гедимин мигнул. «Он про эти стёганки? Хм… а верно. Это же местный асбест — аса… как его там…»

— Так на кой доспехам быть горючими? — сказал он уже в спину Вепуату. Разведчик ничего не слышал — он, миновав суетящихся аборигенов, подошёл к стражу. Гедимин протиснулся следом.

— Они прришли защищать лагеррь, — услышал он ответ Ауны; человекопёс говорил ровным голосом, глядя сквозь навершие посоха на дальние холмы. — Когда откррывают доррогу огню, лучше поостерречься. Особенно теперрь, когда все рразговоры и ррассуждения — только о новом Пламени. Вы заняты им, и некому охрранять долину.

«Уран и торий! А она откуда зна… Верно. Вся долина знает. А может, уже и вся Равнина,» — подумал Гедимин. «Значит, усилили охрану. Проку не будет, ну да пусть их. Лишь бы к реактору не лезли.»

— Когда тут кружили Джагулы, а потом Кьюссы портили нам механизмы, никакие армии сюда не приходили, — сказал Вепуат, угрюмо щурясь. — Что и от кого они собрались охранять? Что за разговоры про огонь? Это из-за вчерашней ложной тревоги на весь лагерь?

Посох в руке Ауны качнулся, едва не коснувшись брони Вепуата.

— Все, кто здесь, видели чужаков из Сфена Огня. Все напуганы. Воины из Сэви и Синви прришли защищать сорродичей. И вас, если вдрруг вашей брони и орружия не хватит.

Вепуат фыркнул.

— Я же говорил — Сэта сидят в Сфене Огня, как сидели раньше. Я еле уговорил их на пятиминутную вылазку. Они как раньше сюда не собирались, так и теперь не соберутся. Им не нужны ни Скогны, ни Бронны, ни их повозки. Зачем было тащить сюда городское ополчение? В городе работы мало? Скажи им, что незачем тут стоять и зря проедать припасы. Пусть возвращаются, — он снова фыркнул. — И заберут с собой напуганных. Кто совсем боится — может переехать в барак филков. Там безопасно.

Гедимин слушал его, ошалело мигая. Вепуат сжимал кулаки, перья на его броне поднялись дыбом, — и причин для такого волнения как будто не было. «Что ему до дикарей и их припасов?» — сармат недоумённо хмыкнул. «Будут проедать их здесь. А так проедали бы в городе. Будут бегать всей толпой туда, где мелькнёт Сэта? Если стрельбы не будет, пусть бегают. Им же объяснили — первыми не нападать…»

— Ты слишком доверряешь поррождениям огня, — отозвалась Ауна, по-прежнему глядя на дальний холм; кольцо-навершие странно искрило — беззвучные красные молнии пересекались внутри него, гасли и вспыхивали снова. — Скогны прравильно делают, что опасаются. Это похвальная осторрожность. Вам с Дим-мином лучше бы взять с них примерр.

Она повернулась к охранникам. Они незаметно обступили сарматов и прислушивались к разговору на чужом языке — и Гедимин не был уверен, что они ничего не понимают.

Вепуат махнул рукой.

— Сэта, наверное, опасны. Я не прошу с ними дружить. Но можно не нагнетать панику? Ты — страж. Если бы ты немного успокоила их всех…

Ауна протяжно вздохнула.

— Я прредостеррегаю об опасности. Если она есть, я не буду говоррить, что её нет. Не бойся, Вепу-а. Ни Скогны, ни Брронны не будут бегать и крричать. Они умеют срражаться.

Гедимин взял Вепуата за плечо. Даже ему стало очевидно, что говорить с сарматами больше не хотят, и он только удивлялся, что разведчик до сих пор чего-то ждёт.

— Пойдёшь смотреть на реактор? Ты его ещё не видел, — сказал он. Вепуат резко развернулся, чуть не фыркнул ему в лицо, но кое-как удержался и только с присвистом выпустил из лёгких воздух.

— Ага, идём, — пробормотал он, разглядывая гравий под ногами. — Реактор, да. Вчера привезли. Ты там, говорят, и спал… Гребучие макаки!

Последнее он выдохнул, когда между ним и Ауной встали шатры, а все звуки заглушило верещание множества глоток. Гедимин недовольно