Обратный отсчет - Токацин

Три генератора защитного поля включились одновременно. Непрозрачный купол накрыл площадку. Он был тесным и почти лёг Гедимину на макушку. Айзек, пригнувшись, вышел к реактору, просканировал купол и довольно хмыкнул.

— На непрерывной генерации? — он повернулся к Гедимину. Тот тронул корпус сфалта. Малый реактор уже работал, и оба купола «висели» на нём. «Взрыв выдержат. Если только и малый не взорвётся…» — Гедимин невольно поёжился.

— Кто пойдёт вниз? — спросил Айзек. — Кто-то должен следить за монитором. А кто-то — за фоном снаружи. Зря не взяли дроны…

Гварза поморщился.

— Вниз? Смотреться в зеркало? Ладно, пойду я. Осторожнее тут… с Кетом, каменным реактором и всем прочим.

Айзек крепко сжал его руку, украдкой показывая Гедимину предостерегающий жест. Ремонтник покосился на Гварзу, но промолчал. Ему было не по себе.

— Запуск сложный? — негромко спросил Айзек, когда снизу донёсся сигнальный свист — Кенен занял место у монитора. Гедимин ещё раз напомнил себе, что при серьёзной аварии накроет всех — даже тех, кто снаружи, за куполом — и Гварза рискует не больше, чем все остальные. И всё-таки ему было неловко — будто он сам должен был сидеть там, вплотную к каменной трубе.

— Нет, — буркнул он, досадливо щурясь. — Ты сам видел. Убрать задвижку. Сердечник опустится в катушку. И реакция пойдёт.

Он налёг на крышку, сталкивая её в сторону, и склонился над боковой трубкой — частью вентиляционной системы. «Слабая тяга, примитивнейшие фильтры… Хорошо, что Конар этого не видит. Всего этого, от твэла до мониторов.»

Ветер засвистел в трубах — вентиляция запустилась, прокачивая внутри реактора подсушенный воздух. Гедимин сел на спрессованный гравий, глядя на серебристые штыри, подвешенные на тяжах. «Вот центральная заслонка,» — он тронул пальцем костяную рукоятку. «Ну что ж…»

— Tza tatzqa qena den una! — отрывисто скомандовал он, впиваясь взглядом в рукоятку, и услышал ровный голос Айзека, размеренно отсчитывающий по-сарматски:

— Qen. Qu. Ter…

«Attahanqa», — выдохнул Гедимин, дёргая рукоятку на себя. Серебристый штырь упал внутрь катушки, и сармат услышал тихий стук — хвостовик управляющего стержня состыковался с верхними фиксаторами.

— Hasulesh! — донеслось из смотровой шахты. Айзек, впившийся взглядом в дозиметр, дёрнулся всем телом. Гедимин, не мигая, смотрел на серебристые пластины-перекрытия. Ему казалось, что они светятся изнутри холодной зеленью.

— Сверху — норма, — выдохнул Айзек. — Что внизу?

— Выходит на критику! — отозвался Гварза; его голос звенел от волнения. — Вышел… рост… спад… Всё ровно! Он в критике!

— Рябь? — отрывисто спросил Айзек. Гедимин смотрел на экран. Что бы ни происходило внутри реактора, наружу не вышел ни один омикрон-квант. Установка излучала только в сигма-диапазоне — ровно и мощно, выжигая на защитных куполах волнистые узоры.

— Омикрон — ровно, — отозвался Гварза. — Что сигма?

— Сигма — ровно, — выдохнул Айзек, прижимая ладонь ко лбу. — Ядро Юпитера! Эта штука работает!

«Работает,» — повторил про себя Гедимин. Он сидел на земле и не мог встать — внезапно накатившая слабость превратила мышцы в вату. «Работает…»

…Яркий свет зеркала-монитора резал глаза; Гедимин прикрыл их тёмным щитком, и всё равно ему хотелось сощуриться — он смотрел внутрь работающего ирренциевого реактора. Нить-индикатор наименее чувствительного радиометра сократилась вдвое — твэл «горел» сильнее, чем Гедимин ожидал, но его состояние было стабильным. Перекрыв туннель защитным полем, сармат отодвинул заслонку и сунул ладонь в холодный зеленоватый свет. Дозиметр заверещал.

«Вот чего не хватает местным радиометрам. Звукового сигнала,» — криво ухмыльнулся Гедимин, проведя кончиками пальцев по ближайшим стержням. Кто-то за его спиной звонко хлопнул себя ладонью по шлему. Сармат не обернулся.

— Всё спокойно? — тихо спросил он. — Зови, если что. Я далеко не уйду.

Тёплые волокна скользнули вверх по руке, обвивая предплечье, дотянулись до плеча — и обхватили Гедимина со всех сторон, обмотав тело ажурным коконом. Сармат ошалело мигнул, подался назад, — хватка хранителя ослабла, и кто-то за спиной сдавленно вскрикнул.

— Fauw! — гаркнул Гварза, громыхнув кулаком о кулак. Гедимин вцепился в заслонку, задвигая её до упора. Зелёный свет потускнел.

— Мать моя пробирка, — услышал Гедимин потрясённое бормотание Айзека. — Атомщик! Сиди здесь, с ним, никуда не бегай! Слышишь?

Когда сармат, ошалело мигая, повернулся к нему, наверху уже поскрипывал спрессованный гравий — кто-то тащил на место массивную крышку люка. Гедимин шёпотом помянул спаривание «макак». «Можно подумать, это от чего-то спасёт…»

Он убрал защитное поле и встал у монитора. Длины руки как раз хватало, чтобы опереться на реактор. «Всегда хотелось так сделать,» — сармат криво ухмыльнулся. «Ирренций… Красиво он всё-таки светится.»

Через пять минут гравий под его ступнёй шевельнулся. Гедимин, вздрогнув, посмотрел на пол — из камня проступил изгиб блестящего панциря. Ещё секунда — и горб исчез, а из стены, чуть-чуть выдвинувшись из неровной поверхности, выглянул огромный серебристый глаз.

— Sata! — Гедимин надавил существу на панцирь, отталкивая его от реактора. Сарматского предостережения оно, скорее всего, не поняло, но отползло на метр назад. Ещё одна пара глаз зажглась на противоположной стене. Третий Текк’т свесился с потолка, распахнув пасть и высунув длинный язык. «Змеиный клубок какой-то…» — Гедимин потёр занывший бок и сдвинулся чуть в сторону — Текк’т как раз собрался «облизать» корпус реактора. Сармат прижал заслонку плотнее — она была тяжёлой, но не для Текк’та, «зверёк» таких размеров столкнул бы её одним касанием.

— Осторожнее, — буркнул он, надеясь, что существа поймут хотя бы интонации. — Сожжёт с костями!

Текк’т молча обнюхивал туннель. Зеркало его не заинтересовало — он тронул языком гладкую поверхность и снова потянулся к реактору. Несколько раз он коснулся заслонки. Гедимин удерживал её всем весом, хоть и понимал, что это бесполезно. Экран дозиметра то вспыхивал, то гас, но прибор молчал, а в зеркальном отражении ничего не дёрнулось — омикрон-излучение оставалось мощным, но ровным, «вспыхивала» только «сигма». «Реакция,» — думал Гедимин, чувствуя, как ноют давно сросшиеся переломы. «Реакция на окружающее… на всё это. Вроде он не напуган. Сможет, если что, защитить себя?»

Текк’ты беззвучно нырнули в скалу. Гедимин растерянно огляделся по сторонам, не веря, что опасность наконец миновала. Тёплые волокна легли ему на плечи, коснулись висков и лба. «Как будто сармат по плечу треплет,» — подумал Гедимин с кривой ухмылкой. «Правда, что ли, перенял успокаивающий жест? Да нет, навряд ли…»

Наверху заскрипел гравий, ещё несколько секунд — и