"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

— Отчего вы и его в деревню не вышлете?

— Слать покуда не за что. Мы, альвы, за умысел не караем, токмо за деяния. Вот как действовать Данилыч начнёт, так вы его за жабры и возьмёте. Граф Девиер вам в помощь. Шурина своего он сильно не любит. А пока… пока просто следите. Может, и нет в его мыслях ничего противозаконного.

За окнами королевского замка завывала припозднившаяся метель. Запертые в его стенах непогодой монархи и дипломаты сейчас творили политику — каждый свою. И их слова отзовутся делами уже по весне.

Как однажды выразился покойный курфюрст Саксонии и король Польши Август Сильный, у шведской королевы Елизаветы всего лишь женский ум, зато его много[1]. Дочь Петра Алексеевича знала о словах Августа и была вынуждена признать, что тот прав. Она всего лишь женщина, но горе тому, кто подумает, будто сие есть недостаток.

Окинув мысленным взором нынешнюю карту Европы, Лиза хитро прищуривалась. Три из четырех дочерей прежнего русского императора благодаря политическим бракам расселись вокруг Балтийского моря. Старшая, Аннушка, держит Голштинию и Киль. Сама Лизонька правит Швецией. Теперь Наташа в Кёнигсберге. Неудивительно, что посол Дании так нервничает и забрасывает шведскую королевскую канцелярию раздражёнными письмами от своего монарха.

Лиза помнит, какое недовольство царило в стране юго-западнее пролива Эресунн, когда батюшка намеренно «забыл» включить в Ништадтский мир пункт о возвращении южных земель Швеции под власть короля Фредерика Датского. «Ни единой виктории не одержали, а туда же, земли делить!» — возмущался тогда Пётр Алексеевич, и присовокуплял к сказанному несколько крепких словечек. Дочь, невзирая на малолетство, тогда полностью с батюшкой была согласна. Вот только подобное отношение подтолкнуло датчан в объятия Англии, с которой первый русский император побил все горшки.

Пока в Стокгольме распоряжается Елизавета Петровна, островитяне сюда не сунутся, по крайней мере, открыто. Но на их верфях уже ощущалась нехватка качественной русской сосны для мачт и пеньки для канатов. Использовали ломкое норвежское дерево, которое английские моряки не зря именовали «дьявольским». Такая мачта могла не выдержать крепкого ветра, а значит, британские корабли имели заведомо проигрышное положение перед теми же французскими, шведскими. И русскими.

Пока на военном флоте «вывозила» отличная выучка британских морских офицеров. Но торговый флот, получавший, по сути, объедки при строительстве новых кораблей и «донашивал» расшатанное старьё, уже изрядно страдал от океанских бурь. Если раньше английские купцы теряли из-за штормов каждое двадцатое судно, то сейчас — каждое десятое не являлось в пункт назначения. Вместе с оными шли на дно и товары, и прибыльность морских перевозок. То ли ещё будет, ведь корабли ремонтировать надобно, а чем?.. Тем желаннее становились для англичан сухопутные владения и пути. И тем отчётливее Лиза понимала, что рано или поздно они вернутся в Стокгольм, чтобы вышвырнуть отсюда её саму вместе с детьми.

Впрочем, дочь Петра Великого тоже не сидела сложа руки. Насмотревшись на отца, она тоже создала в Швеции тайную службу, для которой интересы отечества были превыше каких бы то ни было вопросов. Заведовал оной не какой-то вельможа, а выходец из самых что ни на есть низов: сын корабельного плотника по имени Густав Содерстрём. Это был битый жизнью северный волк, половину жизни отдавший служению на шведском флоте. Попал в плен при Гангутской морской баталии, сбежал, снова служил. После мирного договора старый моряк с его ранами и болячками оказался не нужен. Однако повезло: молодому королю Карлу Тринадцатому замолвили словечко за бывшего старшего матроса, который самостоятельно изучил грамоту, цифирь и навигацию. Содерстрём попал на службу к монаршему семейству. Так-то он теперь командовал личной яхтой короля и королевы «Тре крунур», причём исполнял обязанности капитана весьма успешно. А неявно — собирал сведения для их величеств. Ведь у бывшего матроса оказалась уйма знакомых и родственников среди прислуги в домах знатных и богатых шведских семейств. В своём высокомерии знать даже не подозревала, насколько информированными могут оказаться их кучеры и горничные.

Между прочим, Содерстрёма совершенно не беспокоило происхождение королевы. Напротив: старому волку льстило то, что нынче он служит дочери государя, сумевшего побить Карла Двенадцатого. Кроме того, он видел, что королева всегда действует в интересах Швеции, и когда по Стокгольму где-то с год назад поползли слухи, что, дескать, её величество собирается все гавани и корабли подарить русским, быстро вычислил их источник и принял меры. Слухи пропали, словно по волшебству, а в Копенгаген отправилось письмо с настоятельной рекомендацией сменить посла.

Иными словами, этот человек верой и правдой служил своему отечеству, как умел. И пока уверен, что королева Елизавета тоже оному служит, не предаст.

— Ваше величество, — статс-дама, тихо вошедшая в кабинет, присела в учтивом реверансе. — Прибыл капитан Содерстрём.

— Пусть войдёт, — Лиза отложила в сторону бумаги, над правками которых работала с полудня. — А вы останьтесь, графиня. Потребуется ваше присутствие.

Увы, это необходимость: королева не имела права принимать кого-либо с глазу на глаз, если не хотела испортить свою репутацию. Разумеется, при графине Спарре Лиза совершенно точно не будет вслух обсуждать с капитаном дела конфиденциальные. Моряк всегда приносил самый настоящий подробный отчёт о состоянии яхты, написанный собственноручно и вложенный в бархатную папку. Однако, помимо бумажек со скучными цифрами там всегда было кое-что иное, более интересное королеве. Содерстрём уйдёт, её величество отпустит статс-даму и, будучи в одиночестве, прочитает. А далее… Всё зависит от новых сведений. Скорее всего, говорить Густав будет лично с королём. А Карл — её милый Карлуша — затем уже с супругой всё обсудит. Уж при этих-то беседах присутствие статс-дам не предусмотрено.

Старый волк вошёл качающейся моряцкой походочкой. Доложился по форме, кратко, но чётко описал ситуацию с яхтой, размещением команды в городе и его снабжении. А затем, спокойно взглянув королеве прямо в глаза, добавил:

— Ваше величество, извольте ознакомиться с подробным отчётом о расходовании денег на содержание корабля.

Лиза привычно приняла от него папку, пошуршала бумагами… и с огромным трудом