Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

На том и порешили. А дальше потянулись чередой обычные будни. Очень быстро стало не до кладов и сокровищ. Между делами я узнал, что сельский следователь, которому досталось дело о нападении на Валентину Епанчину, оказался парнем решительным и нашего псевдо-Роберта и по совместительству Алексея Леонова без лишних угрызений совести взял, да и арестовал. Ну и хорошо, подумал я и успокоился на этом.

Мы часто сетуем, читая какую-нибудь книгу, что автор оставил финал открытым, и даже в вину ему ставим, дескать, задрал напряжение до неба, да так и бросил всё. А в жизни? В жизни ежедневно случаются такие вот ситуации, обрываются только что возникшие цепочки, исчезают из поля зрения люди, общение с которыми предполагалось быть долгим и обоюдно-приятным, ты перескакиваешь с одного начавшегося события к другому, которое тоже не завершается и так далее. Разве не так? И что, мы делаем из этого какую-то трагедию? Вовсе нет. С сожалением или без такового перешагиваем через случившееся и живём дальше, только и всего. Вот и я — перешагнул через эту историю с кладом и погрузился в службу. Но история эта вернулась ко мне неожиданным образом.

Дня через три пригласил меня наш замполит.

— Алексей Николаевич, а вы оказывается, большой любитель старины.

С замполитом мы обычно разговаривали на другие темы. Я с недоумением уставился на него — что дальше? А Фёдор Павлович продолжил:

— Сегодня на меня вышли музейные работники, — он заглянул в бумажку, — Татьяна Ивановна, директор. Просит предоставить вам возможность участвовать в неких поисковых работах. Утверждает, что вы имеете к этому самое что ни на есть прямое отношение.

Ай да Татьяна Ивановна! Ай да умница! Ведь не работает в милиции, а как правильно всё расставила. Позвони она мне и предложи участвовать, так мне же пришлось бы самому кланяться начальству — отпустите, при этом долго объяснять, что да зачем. И ведь всё равно не отпустили бы. Кому нравятся работники, которые всё время слинять куда-то норовят?

Я быстренько объяснил Фёдору Павловичу суть вопроса и демонстративно огорчился, что работы много, никак не могу.

— А я уже и добро дал, — расстроился замполит. — Это же замечательно, когда наши сотрудники помогают в раскрытии тайн общественного значения. Обычно криминалисты здесь впереди всех, а теперь вот и у уголовного розыска появилась возможность отличиться. Я уже и статью в газету приготовился написать.

— Yes! — мысленно произвёл я рукой жест будущих восторженных мальчишек.

— А с Ивановым я договорюсь, — продолжил Фёдор Павлович. — Вы только неразрешённых материалов не оставляйте.

Ну, это само собой. Ты хоть в космос отправляйся, но материалы — всё равно с тебя.

Выйдя от замполита, сразу же позвонил Татьяне Ивановне. По счастью она была на месте. Вот что я узнал.

Её задумка оказалась верной. Поисковики (это я их так обозвал для краткости), которых она привлекла, прониклись этой историей, два дня покумекали, куда-то съездили и теперь готовы биться об заклад, что знают искомое место. Она уже договорилась с райисполкомом и даже с сельской администрацией о помощи в проведении работ, и завтра им будет выделена машина и пара человек с инструментом. Так что она ждет меня к девяти ноль-ноль, если я, конечно, не откажусь участвовать в этом мероприятии.

Откажусь ли я! Конечно, нет. Всё-таки логическая точка в конце гораздо лучше туманного многоточия, о чём бы я там не философствовал на эту тему. Только вот…

— Татьяна Ивановна, а вы не против, если я привлеку ещё одного человека — Аэлиту Епанчину? Как-никак, а она имеет непосредственное отношение ко всей этой истории. К тому же она библиотечный работник, а стало быть смело может считаться представителем от культуры.

Татьяна Ивановна была не против, тем более, что она знакома с заведующей библиотечными фондами. И Аэлита — тоже.

И вот на следующий день мы на месте, километрах в десяти от Яганова, только не в сторону Кукушкина, а наоборот, в противоположную. Краеведы — любители уверенно ведут нас в сторону небольшой церквушки, точнее, её несокрушимых останков, попутно объясняя свои расчёты.

— Мы исходили из того, что должен быть главный ориентир, очень заметный и надёжный. Что если это церковь? Уж что — что, а церковь точно никуда не денется. Поскольку икона-то у Епанчина появилась в этих краях (хорошо ребята события запомнили, подумал я, молодцы!), значит и искать здесь надо. А мы все церкви в округе наперечёт знаем, точнее то, что от них осталось. К одной съездили — не то, к другой — не то. А к этой подошли — всё сразу легло, как надо. И церковь, и речка, и кладбище.

Я осмотрел наше войско. Его можно было смело разделить на две части: рабочую и организующую. К рабочей я отнёс двух мужичков-поисковиков и ещё двоих — с лопатами. Организующая выглядела посерьёзней: два строгих дяди несомненно номенклатурного масштаба, наверное, из райкома или райисполкома, плюс председательша Ягановского сельсовета собственной персоной и мы с Татьяной Ивановной и Аэлитой Львовной. Итого шесть — четыре в нашу пользу. То — то работы будет!

Глава двадцать четвертая

Клад, как он есть!

К поисковой операции мы готовились всяк по-своему. Я захватил с собой недавно приобретённый «Зоркий-4», на который потратил все свободные деньги. Не «зеркалка», конечно, типа ФЭДа, но тоже аппарат ничего, и опыт пользования имеется. В первой жизни был у меня такой. В то время, когда я мечтал запечатлеть на фото обнаруженный клад, то есть посягал на шкуру неубитого медведя, директриса Татьяна Ивановна вполне меркантильно запаслась мотивирующими жидкостями, которые стеклянно позвякивали в её сумке. На мой недоумённый взгляд она шепнула:

— А без этого ни одна раскопка не состоится, Алексей Николаевич.

В тот момент я не понял сказанного и, грешен, даже подумал нехорошо о музейных работниках. Ладно хоть вслух ничего не сказал.