КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11) - Ольга Войлошникова

тонко улыбнулся Фридрих, незаметно появившийся из толпы егерей. — Это есть первый экземпляр. Пока! Также есть ещё два лесной корова… Э-э-э самка лось?.. Лосина, да?

— Лосиха, — подсказали Петя с Соколом хором.

— О, я! Лосиха! Тоже есть весьма крупный. Но тот, который мы иметь на вас выгоняйт — он есть самый-самый…

— От ты размахнулся! — попытался урезонить Фридриха Иван. — А жрать твои лоси что будут? Этот сарай самоходный, небось, одной травкой-то не наестся.

— Всё есть абсолютно учитывайт! Все три экземпляр подкармливайт специально обученный люди в место, где доставляйтся соль.

— На солончаках, — уточнил я.

— Я! Солончакай. Там же ставить на зима кормушка. Заготовляйт сено, много стога. Даже закупайт клевер.

— Клевер? — тут я слегка обалдел. — Да на такие туши? Это ж золотые лоси будут!

— Не имейт беспокойства, Илья Алексеевич! Конкретно этот самец, который вы наблюдайт, уже приносийт прибыль в размере…

— Стоп. Какая прибыль? Он же просто лось! — попытался остановить я разошедшегося немца. Но он уже крепко вцепился в меня и не собирался останавливаться.

— Илья Алексеевич, вы поставийт мне задача выводийт рудник и вообще весь ваш владений на максимальный размер прибыль. Я старайтся. Не складывать много яйца в один ёмкость. Разные направления. Рудник. Завод делать сталь. Самоцвет. Озеро. Оборотни. Охота. Герр Кнопфель рассматривайт новый возможность увеличений сельскохозяйственный животный. Разрабатывайт новый формула пищевой назначений. Но пока не еть понимание последствие. Эксперимент продолжайтся! — торжественно воздел палец Фридрих. — Что касайтся данный лось. Он уже есть продан. Я иметь смелость предлагайт его мой кайзер-родитель. Оплата приходийт в чистый золотой германский марка! Если мы подготовляйт правильный подача информация, сделайт фотографический снимки или ещё лучше — синема, то множество охотник-аристократ из весь мир захотят иметь честь…

Ой, Фридрих-Фридрих… Хитрюга ты дойчская! Папаня-кайзер приедет, поохотится, на внуков глянет, и дары твои увидит… Ага…

СОКОЛ НАХОДИТ ПРИКЛЮЧЕНИЙ НА ВСЕХ!

Егеря остались суетиться вокруг кабана, обещав доставить в усадьбу Фридриха лучшие куски, а мы, не дожидаясь провожатых, развернули к зимовью.

— Да чего тут идти, э? — заявил Серго, пребывающий, как и Петя, в приподнятом настроении. — Я даже покороче вас проведу!

— Покороче он проведёт… — ворчал Сокол, которого постигло очередное разочарование. — Сусанин-герой!.. Хорошо ему, кабана завалил… А… — Тут он остановился, как вкопанный: — А чего это?

Открывшаяся нам средних размеров поляна была по окружности обставлена огромными прямоугольными камнями. Некоторые лежали в два ряда или образовывали своеобразные воротца.

— А-а! Я в докладах видел, — сразу сказал Петя. — Здесь по северам несколько таких найдено. Есть совсем маленькие, из пары блоков, а этот, ты смотри, крупный какой!

— Крупный что? — сварливо спросил Иван. — Что это за конструкции.

— Никто не знает в точности, кем и для чего они оставлены. Но, предположительно, очень древние. Даже, может быть, старше пирамид. Говорят, близко к ним ни один зверь не подходит. Чувствуют что-то.

И что мы чувствуем? — спросил я внутреннего Зверя.

Да ничего такого особенного. Похоже, что-то вроде отпугивателя, на простых зверей поставлено.

Да ну? Столько тысяч лет прошло, а пугалка не разрядилась? Или подпитывает её что-то? Только вот не чувствую я артефакта. Неужели природная энергетическая жила?

— Да ты что-о-о… — протянул тем временем Иван и пошёл к ряду камней, как завороженный. И что-то такое было в его движениях (и главное — во взгляде), что внутри меня разом созрело предчувствие.

— Уши береги! — рявкнул я, словно в замедленной синема глядя, как Сокол чиркает себя по ладони ножичком и прижимает окровавленную руку к светло-серому шершавому боку камня.

Но пронизывающего пространство визга не воспоследовало. Напротив. Кажется, в глубине земли родился звук такой низкий, что услышали его разве что мы с Серго. Одновременно люто заныли зубы, как будто зачесались все кости и болью скрутило потроха. Я от неожиданности рявкнул. Упал на колени и завыл Серго. А Сокола словно примагнитило к камню и колотило крупной дрожью. Земля колыхалась под ногами. В глазах у меня потемнело, и я кулём повалился в траву.

Рано или поздно всё заканчивается. Спустя время меня перестало выворачивать мехом внутрь, и земля успокоилась.

— Честно говоря, — медленно проговорил я, с трудом ворочая языком, — я думал, что будет нечто вроде выплеска в Бидарской аномалии.

— Так даже лучше! — отвратительно-бодро заявил Сокол. Хрен вы теперь меня отодвинете! Я теперь даже против вас с Серго разом выйти смогу! — и торжествующе оглядел нас светящимся взглядом. Не красным даже — багровым.

— Но страшо́н ты, братец, откровенно говоря, — высказался Петя, вытирая с подбородка набежавшую носом кровь.

— Сволочь, — прохрипел Серго. — Я думал, у меня мозг через уши вытечет…

— Так. Лису чёрную напугали. Поохотились. Ваня очередное место силы сожрал, чего теперь? — я тяжело поднялся.

— По планам Кнопфель, вроде, — ответил Витгенштейн.

— Только, пожалуйста! Пожалуйста, давайте без приключений! Я вас умоляю! Хватило по-за глаза уже! — высказался Серго.

— Поддерживаю, — меня качнуло.

— Илюха, а у тебя глазки-то тоже… того, голубым отсвечивают. — Сокол приподнял мне лицо за подбородок и вгляделся в мои зрачки. При его багровых буркалах это выглядело зловеще, прямо скажем.

— А у меня? У меня? — к нам, покачиваясь, заковылял Пётр.

— А у тебя, мил друг, зеленью отдаёт, — «утешил» его Сокол.

— Зашибись, сходили на охоту! Соня меня убьёт!

— Это если Ванины царственные родственники раньше не успеют, — ткнул вверх Серго. — Наверное, получили сигнал уже. Или всё-таки нет?

— Даже не надейтесь, господа. — разочаровал нас Петя. — Вы, кажется, всерьёз думаете, что мы тут одни на охоте… в лесу… без охраны. С нашей-то удачей? Ага, щас!

— Так, стоп! — прервал его нотацию Серго. — А у меня что? У меня с глазами что? Чего вы на меня уставились? Говорите уже!

— А у тебя… — Сокол откашлялся, — у тебя — жёлтые.

— Так они у меня и так в стрессовых ситуациях жёлтые, — расстроился Серго. — Частичная трансформация, реакция на опасность.

— Ну не-е-ет, — протянул Петя, — сейчас не такие. Они сейчас… Как бы сказать…

— Как на той картинке из сказочной книжки, что Маша недавно купила, — помог Пете я. — Помните, мы решили малышне пока не показывать? Где ещё Василиса с черепушкой, а у черепушки глаза жёлтым горят. Вот…

— Вот у тебя примерно так, — закончил Сокол.

Я посмотрел на них по очереди и хрюкнул.

— Что⁈ — спросили князюшки хором.

Смех уже рвался из меня наружу, и я, давясь, выдал:

— Мы с вами, братцы, теперь можем квартетом выступать. Петь будем и в разном порядке глазами моргать. Незабываемый эффект!

Пару секунд они молчали, а потом как начали ржать! Так что, когда испуганный Фридрих во главе толпы егерей выскочил на поляну, мы