Лунар. Книга 2 - Влада Ольховская

– Теперь поднеси лазерный резак прямо к стеклу и включи на минимум. Сначала выставь минимум, потом включи, – на всякий случай уточнил я. Было бы обидно, если бы он снес сестре половину головы по невнимательности.

На сей раз Тодорус подчиняться не спешил:

– Это повредит шлем…

– А подготовка, по-твоему, для чего была? Потому что меня цвет лазера не устраивал? Действуй – и действуй быстро. Не пытайся кольнуть его и посмотреть, что будет, потому что если ты его просто ранишь, оно может броситься на тебя – а может сильнее надавить на нее. Попытка у тебя будет только одна.

Мог ли я гарантировать, что это точно не навредит Бруции? Разумеется, нет, поэтому я и не сказал об этом ни слова. Зато я был честен кое в чем другом: он только это и мог для нее сделать.

Тодорус то ли поверил мне, то ли испугался необходимости принять иное решение. Он сделал то, что я сказал – причем как надо. Когда резак все-таки заработал, он не медлил, он следил за расстоянием, но при этом не замирал на месте, он провел полыхающей полосой по белесой спине твари… Или не спине, к анатомии этой штуки у меня по-прежнему много вопросов.

Но главное для нее оказалось таким же, как и для людей: она была подвластна боли. Сначала она задергалась, на секунду сдавила сильнее, потом отпустила, когда поняла, что последним рывком своего не добьется. Она попыталась перекинуться на Тодоруса, однако к этому он был готов, он не поддался страху – и вот уже существо разлетается пополам.

Я ожидал, что этим дело и кончится, потому что раз существо можно ранить, раз у него есть нечто вроде крови, сейчас заполняющее воду, разве оно не должно быть смертно? А если так, половины трупа пойдут ко дну… А они вместо этого метнулись в разные стороны, быстро, ловко, совсем как два независимых друг от друга организма, каждый из которых пытался спастись.

Мне это понравилось не больше, чем кочевникам, и я сразу приказал:

– Валите оттуда!

– Но как же… самописец? – решила погеройствовать Бруция.

– У тебя шлем поврежден. В твоих интересах, чтобы лопнул он на воздухе, а не в воде.

Это успешно завершило ее героические потуги, они с Тодорусом направились к выходу. Я бы не отказался получить самописец, в этом плане ничего не изменилось. Но слишком много факторов риска накопилось, оно того не стоит. Роботы притащат тела, подготовленные Тодорусом, этого, надеюсь, будет достаточно для того, чтобы разобраться в участи, постигшей экипаж.

Я ожидал, что миссия кочевников уже завершена. От них ведь только и требовалось, что вернуться! Но я решил на всякий случай понаблюдать за ними до тех пор, пока они не доберутся до пролома, и в этом неожиданно оказался прав.

Они встретились с нашим златоглазым другом. На этот раз он появился не внезапно, течение изменилось, усилилось, будто дрожь по воде пошла. Думаю, это была звуковая волна, но микрофоны, скрытые внутри шлемов, ее не уловили.

Ну а потом возник он. Снизу, конечно, откуда ж еще? Это существо обладало легкой способностью к биолюминесценции. Его здоровенная туша светилась не полностью, просто на ней то и дело вспыхивали золотые искры, много, и это делало гиганта похожим на осколок звездного неба, непонятно как оказавшийся в океане.

Он ведь и был гигантом – и так видно, и сканеры роботов услужливо подсказали. Двадцать метров в длину, пятнадцать в ширину на максимуме. Форма треугольная, не совсем правильная, потому что есть выступ на месте морды, но непонятно, зачем он вообще нужен. Полноценной головы явно не предусмотрено: существо плоское. Глаза у него на спине – длинный ряд вдоль всего тела, самый большой глаз, тот, что мы видели, возле морды, за ним тянутся глаза поменьше и какие-то мутные, не факт, что они нормально видят, и все равно впечатляют.

Спина у него абсолютно плоская, а вот нижняя часть пообъемней будет. Широкая пасть пока закрыта, так что непонятно, клыки там или какие-нибудь пластины… Но самой этой пасти хватит, чтобы заглотить двух кочевников целиком. Дальше – брюхо, кажется мягким… Может, такое и есть, а может, эту шкуру никак не пробить. Вдоль туловища располагаются три пары недоразвитых ног, больше подходящие насекомому, а не подводному существу, да еще череда неопрятных, похожих на плесень плавников.

Двигалось оно при этом вполне бодро, то и дело изгибаясь так, чтобы взглянуть на кочевников. Любопытно… Расположение его глаз не предполагает, что такие заплывы для него – норма. Похоже, значительную часть жизни оно проводит у дна либо закрепляется на скалах. Сюда-то оно зачем выперлось?

– Мы не успеем уплыть от него, – напомнил о себе Тодорус. Он даже сейчас умудрялся говорить по-военному четко, без эмоций. – Разница в скорости слишком велика. Что нам делать?

– Ничего, – ответил я.

– Ты с ума сошел? – поразился Сатурио. – Они не смогут драться с ним! Нужно подготовить роботов, атаковать, как было с той тварью…

Да и Бруции мой вариант не понравился:

– Ты там охренел?! Хватит кормить нами рыбу!

– Первую рыбу ты пыталась накормить собой сама, – напомнил я. – Еще раз: ничего не делайте. Не плывите. Замрите.

– Если понадобится атаковать роботами, мы не сможем сделать это быстро и с малого расстояния, – отметил Тодорус.

– Поэтому не трогайте роботов.

Они меня не поняли, но доверились мне. И это хорошо, потому что все должно было определиться очень быстро, и я все равно не успел бы объяснить, почему принял именно такое решение.

Не факт, что верное. Но и не основанное на одной лишь удаче.

Я знаю о местной фауне не больше, чем остальные, однако у меня есть все основания искать сходство с порождениями Земли. И вот там как раз животное либо атакует сразу, по прямой, либо застывает, выжидая, изучая. А этот гигант вертелся внизу, то ускорялся, то замедлялся. Да и потом, вся его анатомия говорит скорее о хищнике, который выжидает, чем о том, который активно преследует добычу.

Его поведение больше похоже на любопытство. Это развитое создание – и только ли физически? Возможно, хотя бы зачаточный интеллект там есть? Это объяснило бы, почему оно в свое время поднялось к поверхности, хотя, в отличие от уродца со щупальцами, вряд ли могло там охотиться. Да и сейчас оно приплыло посмотреть, оно держит пасть закрытой, оно не проявило признаков агрессии.

Все это не значит, что оно не опасно –