Шеф Хаоса. Книга 1 - Юрий Розин

Витька недоверчиво оглядывался, явно ожидая подвоха. Но я уже сполз по стволу на землю и принялся вытаскивать иголки из лица.

Они торчали везде — в щеках, в лбу, в губах, даже в бровях. Пальцы быстро стали липкими от крови. Я выдергивал их по одной, шипел от боли, но продолжал.

Витька смотрел на меня, потом чертыхнулся и сел рядом, опираясь спиной о соседнее дерево.

— Помоги, — сказал он, поворачиваясь спиной.

Я глянул — у него в куртке торчало не меньше сотни иголок, и еще штук двадцать в самом теле. Некоторые сидели очень глубоко, уйдя в кожу почти на половину длины.

Закочнив со своим лицом, начал вытаскивать иглы из его затылка и шеи. Витька шипел, дергался, но терпел.

— Какого хрена они такие острые? — прохрипел Витька. — Обычные еловые иголки так не колются.

— Магия, — ответил я, выдергивая очередную. — Я ведь тебе уже говорил.

— Сука… — выдохнул он.

Когда с затылком закончили, я перешел к шее. Там иглы сидели еще глубже, одну пришлось чуть ли не выковыривать — ногти соскальзывали.

— Повезло, что не сосновые, — хмыкнул я, когда, закончив, повернулся к Витьке уже сам и он начал дергать иглы уже из моей макушки. — У сосны иглы длиннее.

— Повезло, — хмыкнул он.

Полчаса мы возились. Сначала из лица, потом из рук, потом из тех мест, куда они умудрились забиться сквозь одежду. Благо, на спинах были спасшие нас рюкзаки.

Те иглы, что засели в куртках, вытаскивать было бессмысленно. В каждой их было не меньше пары сотен. Так что мы просто оставили эти куртки, чтобы использовать их на обратном пути и выкинуть, а сами надели сменные из рюкзаков.

Витька поднялся, покряхтывая.

— Идем, — сказал он. — Пока опять чего не началось.

— Слушай сюда, — сказал я, убирая руки от лица и вытирая кровь с подбородка. — Объясню еще раз на всякий случай. Кровавый Орб, который нам нужен, уничтожает любое железо рядом с собой. Чем ближе — тем быстрее. Железо, сталь, чугун — превращаются в труху за минуты. Эта труха нам как раз и нужна. — Я поднялся, достал из рюкзака половник на длинной ручке, который на этот раз будет выполнять роль лозы, надел рюкзак обратно, поправил лямки. — Дальше идем медленно. Очень медленно. Как только металл начнет быстро ржаветь — сразу останавливаемся. Я достаю все железное и пластиковые контейнеры. Задача — как можно больше трухи собрать для последующего использования.

— Понял, — кивнул он.

Мы двинулись вперед, мелкими шажками, почти шаркая ногами.

Первые метров двадцать — ничего. Только тишина, влажный воздух и хруст веток под ногами. Потом на половнике появились рыжие точки. Маленькие, едва заметные, будто брызги грязи. Я остановился, поднял руку, показал Витьке.

— Началось, — сказал я.

Прошли еще метров десять, после чего опустились на землю и сели на корточки, наблюдая. Ржавчина расползалась по металлу прямо на глазах — гораздо быстрее, чем в прошлой аномалии. Видимо, из-за малых размеров эффект был более концентрированным.

Я достал контейнеры, кастрюли и прочую утварь, мы распределили силы. Уже через минуту дно обеих кастрюль стало рыхлым, пористым. Я тронул пальцем — металл просел под нажатием, посыпалась труха. Мелкая, теплая, с легким металлическим запахом.

— Собираем, — скомандовал я.

Труха сыпалась сквозь пальцы, забивалась под ногти, пачкала руки рыжим, но я старался не терять ни грамма. Витька делал то же самое, сосредоточенно, даже язык высунул от усердия.

Через пять минут в нашем распоряжении снова оказались контейнеры, полные ржавого праха.

— Должно хватить, — сказал я, убирая контейнеры в рюкзак. — Наверное.

Орб мы увидели еще метров через тридцать. Он висел ровно посередине небольшой поляны, на уровне пояса. Такой же алый и необъяснимо манящий.

— Ни хрена себе, — выдохнул Витька. Глаза его расширились, рот приоткрылся. — Красивая хреновина. Прямо как живая.

— Только не трогай.

— Я тупой по-твоему?

— Перебдеть лишним не будет.

Персонаж, получивший этот Орб, вошел в аномалию с товарищем, а вышел уже один. И это было вполне наглядным объяснением того, что мог сделать с человеком Орб, если его предварительно не накормить кровью или ржавчиной.

Мы подошли ближе, я достал контейнеры из рюкзака. Витька смотрел на сферу, не отрываясь, и я видел, как в его глазах разгорается что-то — не жадность, а скорее восхищение.

— Слушай, — сказал он вдруг. — А почему ты сам его не заберешь? У тебя же одна магия уже есть. Может, две лучше?

Я усмехнулся.

— Передумал? — спросил я.

— Нет, — ответил он твердо. — Я же сказал — иду до конца. Но просто подумал… может, так эффективнее? Ты знаешь, что делать, я могу прикрывать, но если сила будет у одного…

Витька мыслил правильно. Для мира, где скоро начнется резня, концентрация силы в одном бойце выглядит логично. Один сильный боец лучше двух слабых. К сожалению, это так не работало.

— Эффективнее, но смертельно опасно, — объяснил я. — Мана в теле должна устояться, привыкнуть к первой магии. Пока я не освоюсь с магией огня, второй Орб при поглощении меня просто сожжет изнутри. Почти гарантированно.

Витька кивнул, принимая.

— Ладно. Тогда кормим этого монстра.

Я открыл контейнер и начал сыпать на Орб ржавчину.

— Готовься его поймать, — сказал я. — Не упусти момент.

Витька, кивнув, встал, подставив руки под Орб.

Ржавчина исчезала в Орбе, не оставляя следа. Я уже начал беспокоиться, хватит ли, когда очередная горсть ушла внутрь и…

Яркая алая вспышка ослепила на секунду, я зажмурился, отшатнулся. Сфера дрогнула, качнулась в воздухе, будто потеряла невидимую опору, и начала падать вниз.

— Лови! — крикнул я.

Витька сработал четко, хотя его тоже качнуло