Гром и молния. Том 1 - Amazerak

что он жил обычной, беззаботной жизнью богатого пацанчика, которому всё подносят на блюдце с голубой каёмкой. Он не испытывал нужды ни в чём! Тогда как я с детства работал в поте лица, ютился в трейлерах и палатках, воевал с враждебными племенами, терял друзей и близких.

Мой брат доучивался последний год в лицее, готовился к поступлению в институт, занимался рукопашным боем, стрельбой и магическими искусствами, состоял в мотоклубе. Как и отец, он владел чарами воздуха.

Последний факт представлял большую проблему. Ещё не было в истории случая, чтобы одарённый, посвятивший жизнь развитию одной стихии, внезапно овладел другой. Родственникам предстояло подумать, как объяснить данный феномен окружающим.

На следующий день тоже были поездки по магазинам, но на этот раз мы сразу отправились в торговый центр. В большом стеклянном здании находилось почти всё, что нужно, включая два ресторана на случай, если посетители проголодаются. Внутри было много зелени, а на крыше имелась терраса для прогулок с искусственным водоёмом.

В торговом центре мы проторчали до обеда, с нами таскался один из муравьёвских телохранителей — Федя, крупный короткостриженный малый. Была от него даже польза: он относил пакеты с покупками в машину. Тут Юлия уговорила меня взять дорогие часы знаменитой марки «Волга» стоимостью в четыре тысяч рублей и ещё кое-что из одежды.

Теперь я не узнавал себя в зеркале. Фирменная замшевая куртка, фирменные брюки, фирменное поло, дорогущие кожаные ботинки. Никто не догадался бы, что под этим нарядом скрывается выходец из пустыни. А крупный перстень с гербом рода подчёркивал мой статус. Что бы сказали мои приёмные родители, если бы увидели меня в таком обличье? Что бы сказала Света? С каким презрением смотрели бы на меня брат с сестрой? Я стал частью некогда чуждого мне мира, с которым до сих пор не мог примириться.

Разобравшись с моим внешним видом, тётя отправилась покупать личные вещи, а мне предложила погулять, а потом выбрать ресторан, чтобы пообедать. Со мной остался охранник Федя.

Мне было скучно среди этой роскоши, мы устроились на мягких диванах, что находились в центральном зале, усаженным по периметру пальмами, и я взялся расспрашивать парня о его жизни. Вдруг возникла какая-то суматоха. Два местных охранника спешно прошли к ресторану. Народу было мало, и мне стало любопытно, что вообще могло произойти в таком спокойном месте. Мы тоже пошли к заведению, и вскоре я услышал громкие голоса, доносящиеся из открытых стеклянных дверей.

— Ты что, вошь, себе позволяешь? Ты с кем разговариваешь, знаешь? Чего-чего? Что ты там бормочешь? Думаешь, можешь мне наболтать всякой ерунды и отделаться извинениям? — раздавался на весь ресторан оскорблённый голос какого-то парня.

Я прекрасно видел, что происходит внутри. За одним из столов на мягких диванах устроились два парня примерно моего возраста: один — в синей рубашке, второй — в белом пиджаке. Перед ним стояли официантка и немолодой мужчина в чёрном костюме и бабочке. Оба униженные, сгорбленные. Мужчина что-то бормотал.

— Я повторяю, ты знаешь, с кем разговариваешь? — парень в синей рубашке выглядел злым и ужасно оскорблённым. Он сидел, развалившись за столом и надменно смотрел на обслуживающий персонал. — Эта салфетка была с пятнами. Ты принимаешь меня за свинью, раз позволяешь приносить мне грязную салфетку?

— Ваше благородие, я прошу прощения, но… — бормотал мужчина.

— Я тебя спрашиваю, ты считаешь меня свиньёй?

— Никак нет, ваше благородие. Я глубоко извиняюсь…

— Твои извинения мне не нужны. Эта сука посмела со мной ещё спорить. Но у тебя же глаза не на заднице, ты же видишь, что на салфетке пятно? Думаешь, я потерплю такое неуважение со стороны вашего никчёмного ресторанчика?

— Что мы можем сделать, ваше благородие? Мы приносим извинения, мы вернём деньги, мы…

— Деньги? Думаешь, неуважение можно искупить деньгами? Ваше заведение оскорбило меня, а эта сука, — он кивнул на официантку, — оскорбила меня второй раз, посмев спорить! Как будто я слепой и сам ничего не вижу! Обмануть решили? Думаешь, я просто так это оставлю?

— Что там происходит? — я приблизился ко входу. Два местных охранника переминались с ноги на ногу возле двери, даже не собираясь вмешиваться. — А вы что тут встали? Может, выведете отсюда этого крикуна? Он всем мешает.

— Виноват, но мы не можем вмешаться, — проговорил один из здоровенных лбов, которым полагалось следить за порядком. — Там сам господин Щерабатов. Скоро должен подойти старший, он решит вопрос.

— Щербатов? Погоди… Знакомая фамилия.

— Это сын нашего губернатора.

— А, точно! Вот это кто! — я сразу вспомнил того мордоворота, который приехал в аэропорт якобы нам на помощь.

Скандал тем временем разгорался.

— Но что я могу для вас сделать, ваше благородие? — совсем отчаялся мужчина, который, видимо, являлся управляющим данного заведения.

— Что ты можешь сделать? Ну, например… — парень в синей рубашке опрокинул тарелку на пол. — можешь слизать всё это с пола. Отлично! Давай слизывай! И не забудь хрюкать. Чтобы знал другой раз, как держать благородных за свиней! И ты присоединяйся, — приказал он девушке. — Вы оба — давайте за дело.

— Но ваше сиятельство, это же… — мужчина попытался возразить, но существо в синей рубашке перебило его.

— Ты что, червь навозный, перечить мне будешь? Совсем обнаглел? Кого возомнил из себя? Ещё слово, и я заставлю тебя сожрать ботинок. А её… собственную блузку!

— Кстати, неплохая идея, — заметил второй парень за столиком, которому, видимо, нравилось всё происходящее. — Девка пускай разденется.

— На колени! Вы оба, на колени! — приказал парень в синей рубашке. — Ты — снимай ботинок, а ты — блузку! Живо!

Управляющий и официантка переглянулись и стали медленно опускаться на колени перед двумя «благородными» выродками. Я вскипел от негодования, глядя на эту картину. Выходит, не зря мы питали такое презрение к аристократии. Кто ещё может вести себя настолько по-свински?

— Ваше сиятельство, вам не стоит вмешиваться, — предупредил меня телохранитель Федя. — Нам лучше пойти.

— А ты что, нянькой мне будешь? Жди здесь! — холодно оборвал я его и направился к столику, за которым намечалось «представление».

Глава 8

Внимание двух молодых аристократов сразу же переключилось на меня, когда я подошёл к столику.

— Вы, парни, не охренели? — возмутился я. — Чего тут устроили? Людям мешаете отдыхать. А вы