Убить злодейку. Том 1 - Савольсэн

Пока я ошеломленно смотрела на это зрелище, он отбросил обломки и, окинув взглядом помещение, шагнул внутрь первым.

– Безопасно.

– Ты с ума сошел? Зачем крушить дверь?

– …Она была закрыта.

Он посмотрел на меня так, словно его поступок был очевиден. На его лице не промелькнуло ни тени сожаления за содеянное, лишь уверенность в логичности своих действий.

– Я решил, что, кто бы вас здесь ни ждал, госпоже нужно войти и отдохнуть. Я ошибся?

С этими словами он спокойно предложил мне сесть в кресло. Да, логика железная: если дверь не открывается, ее надо сломать. Если нет хлеба, пусть едят пирожные, верно?[6] Глядя на невозмутимое лицо Энакина, я вдруг ощутила всю нелепость своих страданий. Беспомощно рассмеявшись, я вошла и села в кресло.

Вскоре вернулась хозяйка и, увидев разгром, закричала:

– Вы совсем сбрендили?! Я же дала вам зеркало для связи! Почему не воспользовались им, а вместо этого снесли ни в чем не повинную дверь?

– Это не я. Это он, – я указала пальцем на Энакина.

– Дверь была заперта, поэтому я ее немного сломал, – невозмутимо признался он.

Ситуация превращалась в фарс.

– Вы вообще себя слышите, а?! – кричала Медея. Она без колебаний принялась колотить Энакина по спине своими кулачками с длинными, ухоженными ногтями. Он, не возражая, молча принимал наказание. Это выглядело настолько нелепо, что мое настроение немного улучшилось.

– Я оплачу ремонт двери. Успокойся, – сказала я.

– Так по какой причине вы ко мне пожаловали? – недовольно спросила ведьма.

– Просто мне тоскливо. Скажи что-нибудь, чтобы мне стало легче.

– Произвол!

– Выгонишь меня?

Медея слегка улыбнулась и взмахом руки вернула двери первозданный вид.

– Не слишком ли рискованно демонстрировать такие вещи в присутствии посторонних? – спросила я.

– О, если бы я считала его таковым, то давно бы избавилась, – ведьма хитро усмехнулась.

Это была правда: Энакин не из тех, кто побежит в храм с доносом. Ему было проще забыть об этом, чтобы избежать лишних хлопот.

Оставив рыцаря в некотором замешательстве, хозяйка лавки повела нас на нижний этаж. Там по-прежнему кипели котлы, наполняя воздух травяным ароматом. Все вокруг создавало атмосферу творческого хаоса. Едва заметным жестом она заставила чашки с чаем взлететь в воздух и плавно опуститься в наши руки. Я с подозрением посмотрела на свой напиток, гадая, что она могла туда подсыпать. В итоге я приказала сперва попробовать Энакину и лишь затем сама сделала глоток. Это был простой ароматный травяной чай.

– Итак, о чем же вам рассказать… Ах да. Знаете ли вы разницу между магической инженерией и магией?

– А она вообще существует?

– Магическая инженерия по своей сути близка к теологии. Вернее, берет начало именно оттуда, – ответила ведьма, на мгновение задумавшись.

Затем она начала объяснять, словно разыгрывая представление в театре теней:

– Принято считать, что теология – это наука о жизни, а магия – о смерти. Но это неверная параллель. И жизнь, и смерть подвластны теологии. Это не просто вера в творца или противопоставление добра и зла, а сама основа мироздания, фундаментальная истина. К примеру, человек, получивший слишком тяжелую рану, умирает. Это аксиома. Магическая инженерия действует в рамках этой истины. Она создает новые законы, основываясь на этой неизменной базе. В этом и заключается ее суть. Что ж, возможно, вам сложно это понять?

Она усмехнулась и продолжила:

– Если молния попадет в дерево, оно загорится. Это природное явление, иначе говоря, истина. Но однажды люди задумались: «Что, если мы сможем создавать молнии искусственно? Тогда мы сможем разжигать огонь где угодно и когда угодно!» Первые магические инженеры были, скорее, изобретателями. Именно поэтому их называют «инженерами». Когда они выводили формулу, соответствующую закону природы, это становилось огромным прорывом. Они научились собирать влагу из воздуха, чтобы вызывать дождь, преломлять свет для создания иллюзий или изменять температуру воздуха, чтобы вызвать ветер. Может показаться, что они создают нечто из ничего. Но это невозможно, ведь нарушение истины запрещено. Многие магические инженеры пытались приблизиться к божественному, но все они потерпели неудачу, были прокляты и встретили ужасный конец. Именно поэтому со временем они перестали переходить границы дозволенного.

Если теология – это истина, на которой держится мир, а магическая инженерия создает законы на ее основе, то магия – это нечто иное. Она разрушает, искажает или преступает через все ограничения. Именно поэтому я могу вернуть вас в ваш мир. Магия позволяет нарушить правило, которое обязывает вас переродиться здесь, и соединить вас с вашим изначальным домом. Конечно, за это придется заплатить, хотя цена непостижима для человеческого разума.

Ведьма замолчала, и я, поразмыслив над ее словами, спросила:

– Мужчина не может обладать силами ведьмы? Как… волшебник, например?

– Волшебник? Забавно.

Медея расхохоталась и произнесла:

– Я должна вас развлекать, а выходит наоборот. Недавно вы спрашивали, передаются ли наши силы потомкам. Магия не наследуема. Это… нечто, не связанное с врожденными «талантами», как магическая инженерия или теология.

Ведьма ненадолго умолкла и зажгла в руке пламя. Сквозь колеблющиеся красные языки ее лицо стало угрожающим, а взгляд приобрел острый, пугающий блеск.

– Ведьмы – это раса, которая «эволюционирует», испытывая крайнее отчаяние. Но требуется настолько сильное чувство безысходности, что оно сможет разрушить все истины, связывающие мироздание. Тогда ведьма перестает быть творением бога, становясь совершенно отдельным от него существом. Это позволяет ей быть свободной от причинно-следственных связей и закона прописанной жизни, которые регулируют этот мир.

Ведьма холодно посмотрела на Энакина, единственного мужчину в комнате.

– Мужчины слишком слабы, чтобы испытать подобные чувства. Они эмоциональны, легко поддаются убеждениям, быстро сдаются. Да что там… Им не хватает глубины страданий, чтобы достичь такого отчаяния. В большинстве цивилизаций мужчины – «создатели правил». Даже угнетенные ими, они мечтают скорее о сотворении новых правил, чем о разрушении старых.

– Если вы такие могущественные, почему люди ничего не знают о существовании ведьм?

– Многим это было бы неудобно. В основном власть имущим. Ведь ведьмы не потомки знатных людей. Признание их существования поколеблет основы власти, легитимность которой часто оправдывается божественным правом.

Ведьма игриво осенила себя крестным знамением. Этот жест выглядел настолько привычным, что создавалось впечатление, будто до того, как стать ведьмой, Медея была жрицей.

– К тому же, если люди перестанут верить в ведьм и начнут нас бояться, ситуация станет еще сложнее. Поэтому нас тщательно скрывают. А нашу историю полностью переписывают, желая стереть наше существование с лица земли. Даже намеренное избегание слова «магия» в магической инженерии – часть этой стратегии. Они заявляют: «Магии не существует. То, что