Ангелы не платят ипотеку - Вера Вонг

Внезапно лампочка под потолком лопнула. Осколки посыпались на пол. Тени в углах комнаты ожили, обретая объем. Это сила девушек начала искать выход, разрывая ткань реальности. — Зирар! Держи контур! — крикнула ведьма. — Закрывай щели, иначе сюда весь зоопарк из Ада прибежит на огонек!

Демон выскочил из угла. Забыв про вожделение, он встал в центре комнаты, расставив ноги. Его человеческая маска слетела. Шерсть почернела до состояния космической бездны, рога проросли сквозь кепку, расколов её пополам. Он хлопнул в ладони. Комната погрузилась в вакуум. Щели между мирами схлопнулись.

И в этой мертвой тишине раздался финальный аккорд ритуала. Раиса Викторовна вонзила последнюю иглу прямо в основание шеи Розы, в точку входа жизненной энергии. Обе девушки закричали одновременно. Звук был таким громким, что штукатурка осыпалась со стен. Золотой свет вырвался из-под кожи Розы, залив комнату слепящим сиянием. Черный туман поднялся от спины Эльзы, поглощая этот свет. Две противоположности столкнулись над столом, породив шаровую молнию размером с арбуз. Она зависла под потолком, тихо гудя.

А затем всё прекратилось. Свет погас. Туман рассеялся. Тишина.

Они лежали неподвижно. Обнаженные, покрытые свежей кровью и потеками краски. Дышали редко, тяжело. Ведьма отступила назад, тяжело опираясь на клюку. Даже её вечная энергия дала сбой. Лицо сморщилось сильнее обычного. — Всё, — прохрипела она. — Готово. Примите душ, мажьте кремом, три дня не заниматься сексом — каналы тонкие, порвете. Потом привыкнете.

Роза открыла глаза первой. Медленно села. Провела рукой по волосам, убирая их с лица. Посмотрела на свои ладони. — Тепло, — прошептала она. Затем посмотрела на стену. Там висели старые часы с кукушкой, которые стояли лет десять. — Тик-так.

Часы вздрогнули. Маятник качнулся. Кукушка вылетела, проорав «Ку-ку!» двадцать пять раз подряд, сломалась и повисла на пружинке. — Работает, — осклабилась Роза. Желтые крапинки в её глазах теперь занимали всю радужку, превращая белки в сплошное золото. Она посмотрела на меня. — Ну что, Ваше Ледяное Высочество, теперь я могу взорвать мозг любому налоговому инспектору одним подмигиванием?

Эльза перевернулась на спину. Резко села. Её движения стали пугающе точными, механическими. Она посмотрела на Зирара. Прямо в его демонические глаза. — У тебя чешется левый рог, — ровным голосом сообщила она. — Потому что вчера ты думал о том, как украл сосиску в тесте из офисной столовой, но боялся, что камера наблюдения зафиксировала твой хвост.

Зирар замер. Его челюсть отвисла. — Откуда… — Вижу, — перебила Эльза. Она подняла руку и провела пальцем по воздуху перед собой. Пространство пошло рябью. — Вот красная нить. Привязка Розы к Альфару. Крепкая, но узловатая. Много скандалов будет. Вот синяя нить… Ой.

Она запнулась. Посмотрела на свои руки. Потом на потолок. Потом на нас всех сразу. Огромным, всепоглощающим взглядом. — Я вижу… всё, — выдохнула она. Белки её глаз оставались красными, но зрачки расширились, заполнив почти всю радужку серебром. — Весь район. Каждая мысль. Каждый страх. Мужчина на третьем этаже думает о самоубийстве. Ребенок сверху хочет собаку. Сосед Василий варит самогон и планирует мировое господство. Господи… сколько мусора.

Она закрыла лицо руками. Её плечи затряслись. Но это не были рыдания. Это была перегрузка процессора. Женская интуиция Эльзы, усиленная магией хаоса, превратилась в квантовый компьютер, подключенный напрямую к городской электросети без предохранителей.

Роза соскочила со стола. Голая, перемазанная кровью, она подошла к Эльзе и крепко обняла её, прижимая к своей обнаженной груди. — Эй, сканер, — мягко сказала она. — Вырубай режим бога. Фильтруй. Представь, что это радио. Сделай потише.

Эльза вцепилась в Розу. Тепло живого человека помогло. Красные глаза медленно начали фокусироваться. Серебро в них чуть потускнело, возвращая человеческий вид. — Спасибо, — прошептала она в ключицу Розы. — Да не за что, сестренка, — фыркнула Роза, поглаживая её по волосам. — Добро пожаловать в клуб анонимных экстрасенсов. У нас по четвергам скидки на антидепрессанты.

Я подошел к столу. Раиса Викторовна смотрела на свой сундук. Камень содалит внутри него пульсировал мягким синим светом, принимая на себя излишки магического фона. — Сколько мы должны? — спросил я, зная, что цена старой ведьмы всегда выше, чем кажется.

Викторовна подняла на меня взгляд своего черного глаза. — Оставьте мне этот подвал, — сказала она. — И обещайте приходить по вторникам. Будете моим отделом доставки тяжелых грузов. У меня тут кладбище под окнами недоритуалено, земля тяжелая, самой не справиться. И научите девчонок закрывать мысли. А то они своим эфирным шумом мне все астральные антенны посшибают.

— Договорились, — кивнул я.

Зирар подошел к Эльзе. Осторожно, словно к бомбе, взял её холодную руку в свою когтистую лапу. — Ты как? — спросил он тихо. Без ерничества. Эльза посмотрела на него. Впервые за всё время в её взгляде не было страха или религиозного трепета. Было понимание. — Я чувствую, как растет трава, — ответила она. — И как умирают микробы в воздухе. И как сильно ты боишься, что я узнаю, кто съел последний йогурт в холодильнике.

Зирар покраснел. Буквально. Зеленоватая кожа приобрела кирпичный оттенок. — Это был научный эксперимент! — возмутился он. — Проверял срок годности органолептическим методом!

Эльза улыбнулась. Легкой, едва заметной улыбкой. — Йогурт просрочен на неделю, демон. Твое пищеварение бессмертно, но стул завтра утром будет эпическим.

Мы вышли из квартиры ведьмы ближе к рассвету. Небо над Москвой начало розоветь. Город просыпался, издавая привычный гул миллионов моторов и сердец. Наши девушки шли впереди. Роза куталась в мою куртку, которую я набросил ей на плечи. Она напевала что-то под нос, и цветы чертополоха, растущие вдоль дорожки, поворачивали вслед за ней головки. Эльза шла рядом с Зираром. Она больше не шарахалась от его запаха. Напротив, она принюхалась и попросила купить ей чеснок — говорит, помогает заземлять ментальные потоки.

У ворот парка мы остановились. — Что теперь? — спросила Роза, глядя на меня снизу вверх. Золотые глаза смотрели с вызовом и нежностью. — Какие инструкции, шеф? Кого спасаем первым делом?

Я посмотрел на небо. Где-то там, высоко, скучающий Архангел Михаил пил кофе, просматривая отчеты. Теперь ему придется учитывать новые переменные. Двух вооруженных женщин, которых защищает договор мелким шрифтом.

— Теперь, — сказал я, чувствуя, как мои собственные синие руны под кожей теплеют от близости Розы, — мы идем домой. Нам нужно заполнить сорок семь