Великий Кузнец - 1 - Анри Олл

…

К концу месяца я уже просыпался уже раньше Ани. Спускался в гостиную первым и разжигал печь. А утренняя вода с тазика уже не казалась такой уж и холодной. Да и мышцы давно перестали деревенеть и так сильно ныть, усталость в них после трудового дня скорее была приятной. Молот стал лежать в руках уверенно, удары мои стали четче, ровнее и звонче. Григорий всё ещё поправлял меня в мелочах, но и кивал с каждым разом всё чаще.

Аня привыкла ко мне и улыбалась, как родному, когда я приносил хлеб с рынка. А вечерами я всё продолжал ставить метки на свои кривые гвозди, на скобы, которые мне разрешили выковать, на крюки да всякие петли. Дух окреп и восстанавливался быстрее: уже хватало на две метки подряд перед моим полным истощением.

Последняя метка того месяца легла на небольшой крюк:

«Выкован учеником Яром Громовым в кузне мастера Григория Железнова „Алая подкова“, квартал Старых Стен, Аргонис, год четыреста двадцать седьмой от основания Королевства Серебряных Шпилей»

Я отключился и проснулся через четыре часа. Прогресс.

Григорий внимательно посмотрел на крюк через свою лупу, прищурился и кивнул.

— Ты готов — сказал он коротко. — Послезавтра начинаем клинок.

Глава 15

Хороший день

Сегодня, ровно спустя месяц моего ученичества я впервые отпросился у мастера после завтрака по своим личным делам. Это был мой первый выходной. Помню, как накануне вечером Железнов посмотрел на меня из-под своих густых бровей и коротко кивнул:

— До вечера, чтоб был в кузне и не опаздывать. — строго и сурово подытожил он.

Утренний внешний рынок уже пыхтел своей насыщенной жизнью неся городу запах специй, вяленого и обычного мяса, да свежего хлеба. Но мне нужно было несколько иное, так что, я протиснулся сквозь густые ряды народу к искомой мной небольшой, даже крохотной лавке писаря, забитой всякими свитками и листами различного уровня качества от папирусов с пергаментов до настоящей почти белой (серовато-желтой) бумаги. Старик в очках спокойно продал мне самый дешевый лист пергамента и такой же конвертик за шестнадцать медяков. Продавец недоверчиво пересчитал монеты дважды и одну из них проверил на зуб, точно боялся, что его обсчитают или обманут. Если бы я опирался на цены моего прошлого мира, то посчитал бы это невероятно завышенной ценой, но тут с бумагой было на порядки беднее, да и чисто белой я нигде не видел пока.

Далее в планах была площадь Трёх Башен, что была названа в честь трёх древних каменных башен, что торчали из брусчатки по краям периметра: они были относительно приземистыми, без крыш и с узкими бойницами, однако стояли уже не один век. Никто уже точно не помнил кто из тут возвёл, кто предполагал, что сами древние, но что-то не складывалось, потому большинство склонялись, что это уже было после них. Между ними стоял небольшой фонтан с вяло текучей водой, детвора, что в нем плескалась, несколько торговцев с лотками и группки проходящих мимо людей.

Двухэтажное здание из серого кирпича с зелеными подтеками мха и какого-то лишайника или плюща, стояло на северной стороне этой улицы. Главный широкий и высокий вход украшала знакомая всем вывеска: выжженный скрещенный меч с щитом, что парили над раскрытой книгой.

Я смело толкнул дверь и вошел внутрь.

В нос ударил запах старого дерево, кожи и чернил, а передо мной распростерся просторный, высокий и широкий зал, украшенный мощными деревянными балками и стропильными конструкциями. Впереди виднелась широкая стойка, за которой сидел мужчина и что-то записывал в, наверное, гроссбух. Справа стояла доска большая доска объявлений, вся заклеенная желтыми и коричневыми листками с различными пометками, да и на самой доске были какие-то записи в свободных местах. Группки искателей приключений уже толпились у неё, что-то высматривая и обдумывая. Слева же было несколько круглых столиков с табуретками, за которыми сидели их коллеги и выпивали дешёвое пиво или эль с закусками.

Я успел сделать всего пару шагов внутрь и немного оглянутся, как тут:

— Яр? — раздался знакомый низкий, чуть хрипловатый голос.

Это была знакомая мне наёмница, Екатерина Быстрая: она быстро поднялась стола и слегка улыбнулась мне. А рядом сидела вся остальная тройка игроков: Борис Каменев с немного строгим взглядом, мускулистый рыжий коротышка, Игнат Рыжебород и худой, длинный и внимательный Лев Зоркий со своими стрелами и охотничьим луком за спиной.

Я не смог сдержать своей улыбки от приятной, неожиданной встречи и вместе с ней подошел к ребятам.

— Не ожидал вас здесь встретить.

— А мы тебя тоже, — Игнат по-дружески хлопнул меня по плечу, вновь чуть не свалив с ног. — Как ты тут, нашел своё место в какой-нибудь кузне? Молотом не по пальцам бьешь, надеюсь?

Я усмехнулся.

— Хах, да, всё хорошо, пока учусь бить правильно по пальцам.

Меня усадили за общий стол заказали мне кружку разбавленного эля, от которого мне было неловко отказываться, и начали подробно расспрашивать про мои приключения. Скрывать мне было нечего, потому я смело рассказывал про работу с мехами, про первые дни, что были для меня настоящим испытанием, про мозоли, про первый свой стальной гвоздь. Катерина слушала с насмешливыми глазами, подперев подбородок своей рукой, Игнат так вообще не стеснялся хохотать в некоторых местах, остальные были более сдержанными.

— Упорный ты, — сказала короткостриженая девушка. — Не каждый такой режим, да ещё и в твоём возрасте целый месяц выдержит.

Борис кивнул, соглашаясь:

— А мы тут на задание регистрируемся, Василий в этот раз попросил нас лично: его караван обратно в Зорень через три дня повезём.

— И правильно, так надёжнее, чем случайных нанимать. — добавил дварф, отпивая пиво со своей кружки.

— Через Глыбоград? — уточнил я.

— Через него, — подтвердил Лев. — Знакомый и самый короткий путь.

Игнат ухмыльнулся, потрепав бороду:

— Если хочешь письмо родителям передать — можем и взять: всё равно в Зорень все едем.

Я кивнул.

— Спасибо, но сначала к Василию Фёдоровичу зайду. А если что, то знаю, где вас искать.

Катерина подмигнула, наклонившись ближе.

— Да, трактир «Костяной Череп», Кривой переулок. Вечерами там бываем, заходи, если соскучишься по нам.

Мы поседели ещё где-то пол часика и поговорили о всяком: про задания, про монстров за стенами.