Похоронное бюро «Сестры Роу» - Вэнди Эттвуд

Среди ночи что-то упало. Я подскочила и включила прикроватную лампу в форме гриба.

Энни, щурясь и спотыкаясь, добралась до своей кровати.

– Извини, солнышко, что разбудила. – Она икнула.

– Ничего, – отмахнулась я. – Все окей, не переживай.

– Отличненько. – Она снова икнула и завалилась на кровать прямо в одежде.

– Лучше ляг на бок, – посоветовала я и встала, чтобы помочь. – Ты не против, если я до тебя дотронусь?

– Даже если бы ты не спросила, я все равно была бы не против. – Она закусила губу.

– Мутит? – спросила я, помогая ей снять обувь.

– Как обычно, – махнула она, закрыв рот рукой из-за нового приступа икоты.

– Может быть, воды?

– У меня… эм… под кроватью таз, просто выдвини его немного. Я не думаю, что он мне понадобится, но… – Она снова громко икнула. – Все заканчивается… одинаково. Нет, ну типа… я знаю меру, только пить в меру та-а-а-ак скучно, – протянула она, икая через каждое слово.

– Мой бывший говорил, что последняя стадия опьянения – это икота.

– Не зря он бывший. – Она рассмеялась сквозь икоту и выругалась: – Конченный болван.

Энни усмехнулась, распуская волосы, которые остались в прежнем положении, даже после того, как ярко-красная резинка перестала стягивать их. И добавила:

– Все мужики одинаковые, да?

– Думаю, что да, – кивнула я.

– А? – сонно отозвалась она, словно забыв, о чем мы говорили.

– Все они одинаковые, – повторила я.

– Поэтому… я не хочу иметь с ними ничего общего. – Энни расхохоталась несколько безумно, а потом икнула и закрыла рот ладонью, жмурясь.

– Таз?

Она покачала головой.

– Попросить кого-то сделать похмельный эликсир?

– Они сейчас и штаны натянуть не смогут, я сама.

– Может, содовой?

– А вот это хорошая идея… – Она встала с кровати, шатаясь, и направилась к двери.

– Может, я сама?

– Не-не-не… девушки должны держаться… ик… вместе. Когда я уходила, там царило безумие. Одной тебе не понравится смотреть на сморщенные пенисы, они там все в беспорядке.

– Кто? Пенисы? – переспросила я.

– Хорошее название. – Ее смех пронесся по коридору и вернулся прямо в мое сердце. – Студенты.

– И Арчибальд с ними?

– Наверняка, этот сукин сын всегда во главе хаоса, ради этого он и затевает это все. Ему нравится внимание.

– Понятно, – тихо отозвалась я, взяв Энни под локоть, чтобы подстраховать ее на лестнице.

– Расстроилась? – спросила она, оборачиваясь.

– Нет, с чего бы?

Энни прищурилась. Ее рука слетела с перил, и только я осталась ее держать, с усилием потянув на себя, чтобы она не скатилась кубарем вниз, пересчитав позвоночником все двадцать четыре ступеньки.

– Осторожнее. – Я расслабила пальцы, когда она снова схватилась за лакированное дерево.

– Он тебе понравился? Не так ли?

– Нет, не то чтобы… – начала оправдываться я. Просто мы чуть не переспали. Втроем. Но вслух я этого не сказала.

– Он всем нравится, но ему никто. Он сердцеед, ветрогон и повеса. Будь осторожнее. Не только с ним, а со всеми мужчинами. Они не оставят от тебя ничего… только горечь.

Энни стала на мгновение такой серьезной, что у меня к горлу подкатил ком. Я решила, что совсем невежливо лезть в душу с расспросами, поэтому не стала интересоваться, что случилось в ее отношениях с мужчинами.

– Ты хорошо его знаешь?

– Лучше, чем ты можешь себе представить, – кивнула она, переступая последнюю ступеньку.

В гостиной царил полнейший хаос и беспорядок. Мне приходилось переступать через использованные презервативы, пустые стаканы и бутылки, спящих в обнимку прямо на полу людей. Кто-то укрылся уголком ковра, прикрывая совсем не то, что надо бы.

Какой мрак. Когда это все превратилось в оргию? Сразу после того, как я ушла, или уже многим позже?

Бросаю взгляд на часы. Скоро утро. Четыре до полудня.

Дверь в комнату Арчибальда была приоткрыта, и я, не удержавшись, заглянула мельком, когда помогала Энни пробраться через горы мусора.

Арчибальд лежал на широкой кровати, заведя руки за голову, часть кудрявых волос спадала ему на лицо. По обе стороны от него лежали такие же обнаженные люди.

Было темно, так что можно было рассмотреть только то, что попадало в полоску света от приоткрытой двери.

Наверное, мне показалось, что в груде тел, далеко от Арчибальда, на кровати лежал еще и Лукас. Но, возможно, что ранние утренние тени играли с моим зрением злую шутку.

Меня словно ударило током. От макушки до пяток пробило осознание, что Арчибальд такой со всеми, а я вовсе не особенная, и тревожное чувство разлилось внутри, скручивая внутренности.

Захотелось пить.

Я закрыла дверь и покачала головой.

Ни я, ни он ничего друг другу не обещали. Я могла бы быть сегодня там, среди них, если бы не ушла.

Стоит ли жалеть? Я не хотела привязаться, не хотела, чтобы кто-то привязался ко мне. Может, стоило попробовать отпустить себя и наслаждаться тем, что подкидывает судьба?

Больше никаких серьезных отношений, никаких Мэйсонов, моя бы воля, я бы полностью отказалась от мужчин в жизни. Но к сожалению, они все еще присутствовали в обществе и с ними нужно было общаться.

– Идешь? – Энни поманила меня рукой.

Я добралась до кухни, ни на кого не наступив. В небольшом холодильнике осталась уйма безалкогольных напитков. Я достала две баночки «Доктора Пеппера» и протянула одну из них Энни.

– Прости, я, кажется, не запомнила, как тебя зовут. – Она с сожалением заглянула мне в глаза.

– Ничего. – Я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее. – Я Роуз.

Я протянула руку.

– Тогда теперь совершенно точно будем знакомы. – Она протянула свою. – Энни, просто Энни для всех.

Рукопожатие оказалось крепким, но без лишнего давления.

Она трезвела удивительно быстро. Поэтому я поинтересовалась, как ей это удается.

– Так только кажется. – Она лукаво улыбнулась.

– Тогда пойдем спать?

– Надо прихватить с собой пару баночек. На утро все выжрут, – недовольно пробурчала Энни, распихивая по карманам банки с напитками. Получилось явно больше, чем просто «парочка».

– Тебе лучше?

– Определенно. И я перестала икать, хвала богам!

И после того как она закончила предложение, снова икнула. Я рассмеялась.

До комнаты добрались без приключений. Почти. Энни наступила на руку какого-то парня, который вскочил, зачем-то хватаясь за член, а после повалился обратно, так и сжимая свое сокровище.

Перед тем как уснуть, я отправила Грейс пару сообщений, извиняясь за вазу, пропажу которой она обнаружила. Но она больше переживала за меня. После того как я убедила ее в отсутствии угрозы для меня, бюро и человечества, я пообещала, что больше в нашем доме не будет несанкционированных вечеринок. Точнее, что их не будет вообще.

И когда долгожданная дрема накрывала мое сознание, сонно усмехнулась, вспомнив, как мы выпустили напуганного Мэйсона из хранилища.

Скрип карандашей, натруженные стоны студентов и постоянно меняющийся порядок заданий в бумажных тестах на пожелтевшей бумаге.

Мне оставалось совсем немного, чтобы сдать работу, но я никак не могла отыскать прячущийся двадцатый вопрос, поэтому уже несколько раз перечитывала с самого начала, чтобы найти паршивца.

Спустя еще пять попыток, я стала думать, что этого вопроса вообще не было, а я сама сходила с ума. Пока на седьмой странице не обнаружила