Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

Это прямой эфир! Меня смотрит треть всей Америки! А еще запись положат на стол всем отечественным чиновникам, включая Шелепина и всю верхушку Комитета. Ведь я первый сотрудник в истории ТВ, который попал в эфир NBC. Да и вообще любого американского телеканала.

– Ну, во второй раз уже полегче, – ответил я, снимая берет.

Карсон тут же мне подыграл, напомнил телезрителям о теракте на маяке.

– А у нас в студии есть бывшие заложники, которых ты помог освободить!

Камеры развернулись в зал, один из ассистентов подошел к женщине в первом ряду, протянул ей микрофон. А я помню эту дамочку. Она так рыдала от счастья, что у нее потекла вся тушь на глазах.

– Дженнифер, вы помните мистера Орлова?

Конечно, Дженнифер все помнила – провалами памяти не страдала. Рассказала дрожащим голосом, как на пляже их обстреливали террористы с маяка, как они сидели под дюнами и дрожали за свою жизнь. А бравый советский спецназ вместе с полицейскими и национальной гвардии спасал.

Джонни выжал из этой истории все, что мог. Задал мне кучу вопросов о ходе операции, о минах. Была врезка с фотографиями погибших полицейских. Нагнетал и нагнетал, а потом так исподволь задал вопросик каверзный:

– А почему ваш снайпер так долго ждал? Почему не застрелил Брауна-старшего, когда тот появился в окне дома с базукой?

– Потому что наш снайпер его не видел – с позиции просматривался не весь дом, – спокойно так ответил, даже лениво. И тут же сам пошел в атаку: – Мистер Карсон, если позволите, дам совет: лучше не обсуждать детали специальных операций публично. Ведь нас могут смотреть новые, так сказать, начинающие террористы. Зачем их учить?

Джонни тут же в меня вцепился как клещ: кто эти будущие террористы, как они могут навредить Америке?

– Религиозные фанатики, – пожал плечами я. – Какие-то ку-клукс-клановцы[8]. Швали в Штатах полно, а ведь еще есть травмированные войной ветераны. Вроде этих Браунов с Маяка.

Карсон поинтересовался мои отношением к вьетнамской войне, и я не был оригинален:

– Конечно, против. Надо ее скорее заканчивать. Надеюсь, новый президент – кто бы им ни стал – сможет начать мирные переговоры.

Мы ушли на рекламную паузу, к нам тут же подскочили ассистенты – принялись припудривать лица.

Как только мы вернулись в эфир, я рассказал подготовленный анекдот на тему «войны не навсегда».

– Приходит бизнесмен к психологу и говорит: «Ну как так? Верю в Бога, никого не обманываю, не ворую, жене не изменяю… Честно работаю… Но жена ушла к другому, бизнес разваливается, машину разбил, у дочери проблемы в университете, сын не может найти работу и так далее… Что делать?» – «Поблагодари Бога и повесь у себя на двери табличку „Так будет не всегда“, прости всех, отпусти обиды». – «И все?» – «И все». Через некоторое время встречаются снова. «Все замечательно! Бизнес пошел в гору, жена вернулась, у детей все лучше, чем ожидали. Слава Богу!» – «Я очень рад за тебя! Но табличку с двери не снимай…»

Аудитория засмеялась, ведущий – тоже. Впрочем, Карсон смеялся не долго – тут же задал очередной острый вопрос:

– Правильно ли я понял, что «так будет не всегда» – это еще и намек?

– На что?

– Вьетнамская война закончится, но начнется новая. И нам не стоит «снимать табличку».

– Это вопрос не ко мне, а к вашим политикам, – поднял руки я. – Вы знаете, у нас сейчас очень популярна в стране новая песня, называется она «Хотят ли русские войны?».

– И что же?

– Там есть отличные строчки:

Спросите вы у тех солдат,

Что под берёзами лежат,

И вам ответят их сыны,

Хотят ли русские войны…

Перевел как мог на английский. Домашняя заготовка сработала.

Карсон переключился на нового генсека, спросил будут ли со стороны «русских» какие-то новые инициативы по мирным переговорам, раз уж войны никто не хочет. С этой темы я красиво слился:

– Джонни, я в Штатах уже два месяца, знаю о происходящем в Москве не больше вашего. Давайте дождемся официальных заявлений.

На этом интервью закончилось, в заключение Карсон подарил мне необычный бинокль в форме толстых очков. После чего со своей фирменной ухмылочкой посоветовал тщательно выглядывать угрозы, которые светят стране. Спешу, аж падаю. Но смолчал и даже поблагодарил.

* * *

Из студии вышел на подрагивающих ногах. Лучше три штурма, чем одно интервью на всю Америку. Как по минному полю прошелся. Туда и обратно. А ведь у нас об этом даже и не узнают – вряд ли Шелепин одобрит запустить запись куда-нибудь на телевидение.

– Отлично отработал!

Забирал меня от Рокфеллер-центра сам полпред. В его лимузине стоял переносной телевизор, на котором был включен NBC. Правда, уже без звука.

– Претензий нет?

Я уселся рядом, закрыл глаза.

– У меня нет, а как в Москве посмотрят… Анекдот был так себе, перевод Евтушенко – тоже. Но лучше, чем могло бы быть. Честно сказать, ожидал какого-то скандала.

– Все скандалы впереди.

Малик внимательно на меня посмотрел, но промолчал.

Глава 12

– Вот черный хлебушек, ржаной. Почти не зачерствел. А это пара баночек черной икры, высший сорт. – Левин выкладывал и выкладывал на стол заначки, глядя на нас грустными еврейскими глазами.

В переговорной резидентуры мы сидели втроем – Авдонин, Боря-Беварасп и я. Все очень скептически смотрели на суету Луи, вяло перебирали подарки из центра. Дипломатические курьеры челночат в Нью-Йорк через день – у нас не было ни в чем дефицита или отказа. Вот вообще ни в чем. Похоже, у Авдонина пошли какие-то вербовки, вторую резидентуру (ей присвоили рабочее название «двойка») стали в Москве уважать и ценить. И смысла в визите Левина уже никто не видел. Ревизия? Ну так у нас свое начальство есть из ПГУ. А «земляне» так вообще не пришей кобыле хвосты – ооновские. Хотите проверять? Запросик Малику в полпредство будьте любезны.

Это в мутной воде перестановок в Кремле Левин мог ловить рыбку, делать гешефты, давать обещания и строить для начальства воздушные замки. А как Семичастный обратно плотно встал на Комитет, тут-то вся полезность Луи и сошла на нет. Даже о визите Шелепина в Штаты договаривался МИД, о чем нас официально уведомили: мол, не лезьте не в свое дело, работают профессионалы.

Работали они, конечно, так себе, спустя рукава. В Штатах выборы на носу, не с кем пока встречаться. Останется Линдон Джонсон в Белом доме или нет, на Смоленской, разумеется, не знали, поэтому предпочли занять выжидательную позицию. Что для меня