Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

Быстро доехать не получилось – в Нью-Арке встали в глухую пробку. Гонсалес включил полицейскую рацию, попытался понять, долго ли нам тут торчать. Полицейские диспетчеры ничего не знали, поэтому все, что нам оставалось, это торчать в потоке, то есть даже на встречку с мигалкой не выедешь – пробка была в обе стороны.

Инспектор рассказал мне немного о Черных тунцах. Банда опасная, почти все члены – выходцы с дореволюционной Кубы. Название прижилось в полиции на основе медальона из чистого золота с эмблемой черного тунца, который участники носили, чтобы идентифицировать себя. Банда также использовала слова «Черный тунец» в качестве кодового слова при обсуждении поставок наркотиков по радио.

– Очень хитрые. Используют полицейские сканеры, чтобы прослушивать радиопереговоры. Наркотики таскают на лодках, на которых специально нарисованы искусственные ватерлинии.

– Зачем?

– Чтобы перевозить большие объемы наркотиков, не создавая впечатления, что они находятся низко в воде и перегружены.

Это было продвинуто. Какие затейники…

Я же рассказал Хуану, как мы тренируемся выпиливать таких затейников с их хаз и малин, что делаем во время штурма. Гонсалес впечатлился, даже пообещал кинуть клич в управлении насчет желающих к нам поступить на службу.

– Очень полезное дело. Оружия у банд стало много, мы уже не справляемся.

– Да и про психов не забывай.

– Маяк?

– Маяк, – покивал я. – Первая ласточка. Прилетела и крыльями вам машет.

Полицейский покивал, побибикал наглецам, что пытались вклиниться в наш ряд.

– Как Джимми попал к этим «тунцам»? – поинтересовался я, когда пробка наконец сдвинулась с места.

– Я так понял, что он просто ходил из притона в притон и в итоге оказался на Маршалл-стрит. С деньгами у него проблем нет, таких клиентов «тунцы» любят. Сейчас наколят его как следует, потом опустошат банковский счет. Подпишет им много чеков в ломке, и все.

– Убьют?

– Эти могут. Ничего не боятся.

Пункт наблюдения за малиной «тунцов» находился в многоквартирном доме на первом этаже. Гонсалес сразу наехал на полицейских, что стояли в засаде – от одного из них пахло пивом. Несколько банок обнаружилось вдоль стены в комнате, где через небольшую дырочку в шторах через стереотрубу велось наблюдение за соседним зданием. Тоже многоквартирным домом. Рядом с трубой на подоконнике лежали журнал, куда полицейские записывали все важные события, и фотоаппарат.

Сняв с дежурства провинившегося дежурного, Хуан открыл папку, достал оттуда фотографии. Начал мне показывать всю головку банды. В основном крупных смуглых мужчин с короткой стрижкой, в солнцезащитных очках. На всякий случай я занес в записную книжку несколько имен, попросил инспектора поделиться со мной фотографиями. Благо их всегда можно напечатать сколько угодно.

– Теперь посмотри в трубу, – предложил мне Гонсалес.

Я подошел к окну, заглянул в окуляр. Ну, длинное семиподъездное здание. Пять этажей. У дома припарковано много автомобилей, стоят группки подростков, курят, размахивают руками. Почти все цветные, хотя есть и вкрапления белых лиц. Вдоль всего здания идет полуподвал с небольшими окнами, которые забраны в решетки.

– В подвале они и базируются. Он идет через все здание, два входа слева и справа.

– Двери железные, – заметил я. – Да еще с маленькими окошками, чтобы разглядывать посетителей.

– И там тамбур со вторыми дверями, – вздохнул Гонсалес. – Очень хорошо подготовились, прямо натуральная крепость.

– По оружию что?

– Пистолеты, револьверы. Ножи… – Хуан задумался. – Нет, ничего тяжелого. Очень аккуратные. На оружие есть разрешения, свой прикормленный адвокат в пределах часа езды.

– Что в подвале кроме притона?

– По нашим данным, нарколаборатория, склад с оружием. Сейчас там около тридцати «тунцов». И с полста нариков.

– Как они пускают наркоманов в подвал?

– В основном тех, кого уже знают. Или вместе со знакомыми. Обязательно обыскивают.

Ну что сказать? Жопа. Через двери быстро не войдешь. Пока их вскроешь… Взрывать в жилом доме никто не даст, фомками и таранами тут можно до заговенья долбиться. Окна слишком маленькие, чтобы через них штурмовать.

– Мой информатор говорит, что в подвале есть выход в канализацию. Но только по слухам, сам он его не видел.

– Если есть выход, значит, для нас это вход.

– Не уверен, – покачал головой полицейский. – Я посмотрел схему канализации у этого дома. Там вообще нет проходов, через которые взрослый человек может передвигаться.

Я вспомнил нашу операцию в Ленинграде.

– Может, туннель прорыли?

– Не исключаю. Но как его найти?

– М-да… Задачка.

– Стоит только попытаться провести обыск, оружие, деньги, наркотики мигом унесут в канализацию. Поди их возьми и арестуй.

База была крепким орешком. С наскока ее не взять.

– Имей в виду, – решил добить меня Гонсалес. – В некоторых квартирах тоже «тунцы». Мы подозреваем, что там и контрнаблюдение организовано.

Я резко порадовался, что мы заходили в дом с обратной стороны. А вообще нью-йоркские полицейские на расслабоне пока. Любой другой на месте Гонсалеса сам бы отправил меня переодеваться, чтобы не засветить. Но нет, мы же на «Мустанге», мы крутые. Хотел сказать Хуану пару ласковых. Но, во-первых, не при подчиненных. Во-вторых, у самого красный «Мустанг». Надо сначала бревно вынуть из своего глаза.

Взяв у полицейских план базы «тунцов», я сел его изучать. Сложная система коридоров, дверей, шлюзов.

Гонсалес тем временем распекал подчиненных.

– …пить на дежурстве?

Полицейские начали сразу жаловаться на то, что сверхурочные правильно не учитываются, обещанную еду так и не привезли – заказывали пиццу за свой счет…

Все это напоминало анекдот про командира части, который приходит на службу. К нему подбегает дежурный и докладывает: «Товарищ командир, за время вашего отсутствия никаких происшествий не было, только две лопаты сломали». – «Какие лопаты? Как?» – «Да собак закапывали». – «Почему закапывали?» – «Да конины нажрались и сдохли все». – «Какой конины?» – «Да конюшня наша загорелась, все кони выбежали, вот их собаки и погрызли». – «Какой пожар? Почему?» – «Да пьяный майор Петров окурок бросил». – «Так ведь Петров не пьет?» – «Да как тут не запьешь, когда знамя полка сперли».

Пока подчиненные Гонсалеса не дошли в своих оправданиях до знамени, громко попросил отвезти меня обратно на базу.

Дневные пробки уже рассосались, по дороге поддался давлению инспектора – пообещал решение проблемы. Которого у меня не было и в помине. Можно, конечно, получить ордер на Джимми и легально войти в притон. Без штурма и стрельбы. Думаю, что «тунцы» не потащат Уолтона в канализацию – будут в первую очередь эвакуировать наркоту и оружие. Наверное, еще и всякий черный кэш унесут, которого у наркоторговцев всегда полно. Но нарика нести? Нет, не будет этого. Но это все сорвет операцию Гонсалесу и Ко. А этого не хотелось бы.

Чтобы скрыть свои затруднения (а Хуан как раз решил поболтать о штурмах), начал расспрашивать о ситуации в управлении,