Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

– О′кей, – вздохнула рыжая. – Почитаю, что там дальше. Очень тяжело идет. Да, тебе звонила какая-то Мэлоди. Ее телефон в Нью-Йорке на столе. И сегодня придут два врача на собеседование. Их Бакли прислал.

Я посмотрел на восходящее солнце. Ну вот, новый день начался.

Глава 13

Сразу звонить Мэлоди я не стал. Пусть помучается, подождет – быстрее согласится на мои условия. Поэтому, долго не раздумывая, отправился на тренировку к Незлобину. Надо, надо держать руку на пульсе. Некоторые занятия вести самому, после некоторых – давать свои замечания. Огонек, Пушкин, даже Ильясовы – они тоже учатся. Просто это учеба на инструктора.

Незлобин выстроил отделения в ряд, осматривал внешний вид. Камуфляжные штаны и куртка, бронежилеты, ремни разгрузок, шлемы, даже обувь – ничего не оставалось без внимания Вениамина.

План занятий был таков. В семь утра подъем. Все в спокойном ритме, инструкторы дают бойцам встать, умыться. Потом зарядка в гимнастическом городке. Подтягивания, пресс, растяжка. Нет никакого аврала в духе «накрутить портянки, пока горит спичка». Да и портянок нет.

Потом легкий завтрак, надели ранцы и побежали вокруг базы. Первый кросс. Лениво, главное не переходить на спортивный шаг. Лениво – не значит спокойно. Командир постоянно дает вводные задания. То у нас засады, то стрельба холостыми, то кто-то ранен, взяли и понесли. Иногда Ильясовы закладывают взрывпакеты. Поэтому бег всегда в рваном ритме, с кувырками, переползанием, ходьбой гусиным шагом.

– В штате Айова, – заорал по-русски Незлобин.

– Все хреново, – на ломаном русском ответил строй и развернулся в колонну.

– В штате Миссисипи…

– …Я присунул цыпе.

Колонна побежала к выходу с базы.

Придумать кричалки посоветовал Огоньку я. Так кроссы легче проходят, плюс народ хоть немного учит русский. Ильясовы и Пушкин пока все еще плохо говорили по-английски, на занятиях всегда присутствовал кто-то из пэгэушников в качестве переводчиков.

– Что значит «присунул цыпе»? – подошел ко мне Дэрил.

Мой заместитель участвовал почти во всех тренировках, проходил наравне со всеми препятствия, дрался в спаррингах.

– Ту фак э герл, – перевел я Гейтсу, открывая планшетку и доставая план занятий.

После кросса гигиенические процедуры – инструкторы строго следили, чтобы все бойцы отряда соблюдали чистоту. Затем – личное время и обед. После обеда – стрелковка. Тактические передвижения, использование светошумовых гранат. Потом тренировки по вскрытию дверей таранами, фомками и помповыми ружьями. Снайперы занимаются по своему графику.

Узким местом оставалась альпинистская подготовка. Здание-полигон Бакли нам согласовал. Правда, урезал метраж. А вот на специальную альпинистскую стенку бюджетов не дали. Байбал покряхтел, посчитал что-то на большом бухгалтерском калькуляторе, выдал заключение, что «кроилово» возможно. Тут урезать, здесь дерево классом пониже, и вот у нас есть стенка. Со всеми нужными приблудами: аппаратами самостраховки, тренировочными уступами и прочим.

От ворот раздалась новая кричалка:

– Все будет офигенно!..

– …Кому-то сразу, кому-то постепенно.

Последнее слово «земляне» не смогли выговорить, Незлобин дал команду идти гусиным шагом и кричать заново.

– Тяжело? – Я посмотрел на хмурого Гейтса. Видно, что устал, но крепится.

– Тяжело. Особенно круговые тренировки.

В них у нас входили отжимания на пальцах – 20 повторов; выпрыгивание из приседа – 15 повторов; пресс до отказа. И так по кругу, 5–6 раз. Разумеется, все в брониках, с боекомплектами в разгрузке, в шлеме. То есть еще примерно 10 килограммов утяжелений. Отдых между кругами – 5 минут.

– Я не понимаю, зачем мы тренируемся с кувалдой?

– Нокаутирующий удар хорошо ставится после работы с кувалдой по покрышкам, – пояснил я. – У нас есть несколько борцов в прошлом – ставить им технику с джебами я не буду. Это слишком долго и сложно. Боковые, плюс пинок в пах.

– Ясно. А зачем так много ползаем во время кросса?

– Тоже для развития. Ползание хорошо прорабатывает мелкие группы мышц и связки. Есть три способа: по-пластунски, на спине и прохождение минного поля: боец ложится, руками щупает неровности. Потом подтягивает вперед, снова прощупает неровности. Если что-то на поверхности вызывает подозрение, смещается в сторону.

– Последний способ нам вряд ли пригодится, – засомневался Гейтс. – Все-таки не в джунглях работать.

Спорить не стал – оставил свои соображения при себе. Жизнь – штука непредсказуемая. Вот думал я, бегая по вьетнамским джунглям, что буду учить городской спецназ? Совсем не думал. Да и отряд «Земля» не только для города предназначен.

Пробежав кросс с отрядом и поспарринговав вполсилы с Ильясовым-младшим, я уже было собрался позвонить Мэлоди и назначить встречу. Даже подумал насчет того, чтобы сделать это из какого-нибудь таксофона в Нью-Йорке. Думаю, телефоны в отряде уже стоят на прослушке ФБР, и афишировать знакомство с моделью мне совсем не нужно. Но тут меня охрана позвала к воротам базы. Приехал какой-то инспектор полиции Хуан Гонсалес и хочет меня видеть.

Я подошел к синему «Мустангу» – один в один, как у меня, кабриолет, только цвет другой. В нем сидел смуглый кучерявый мужчина лет сорока, в белой рубахе, расстегнутой до пуза. Золотая цепь на шее, черные очки… И это при том, что погода в Нью-Йорке уже не совсем летняя – осень брала бразды правления в городе.

– Я Ник Орлов. Вы хотели меня видеть?

– Привет. Я Хуан Гонсалес, полиция Нью-Йорка. – Инспектор махнул жетоном, открыл мне пассажирскую дверь. Ну что же… Если приглашают, не будем отказываться.

Я сел в машину и обратил внимание, что упакована она по самое не могу: стереосистема, кожа… Богато живут нью-йорские полицейские.

– Вы были у нашего комиссара неделю назад… Насчет Уолтона-младшего.

– Был.

– Мы нашли Джимми.

Отличная новость, я мысленно потер руки.

– И где он?

– В одном притоне в Колдуэлле. Информатор сообщил приметы. Совпадают.

– Поехали, заберем его. – Я поправил кобуру с пистолетом на ремне, поразмыслил, не надо ли сходить за шлемом. Бронежилет уже был на мне, снять его после тренировок я не успел.

Хуан молча вырулил с парковки, притопил газ. Мы понеслись по косе, обгоняя попутные машины. Только мигалки не хватает. Но, думаю, она у Гонсалеса есть. Где-нибудь в багажнике или бардачке.

– Не все так просто. – Полицейский проскочил на желтый, еще больше ускорился. – Притон на Маршал-стрит принадлежит Черным тунцам.

– Кто это?

– Одна банда из Майями. Начали расширяться на север, пришли в Нью-Йорк. С травкой. Но сейчас переключаются на кокаин. Таскают его из Южной Америки.

М-да… Наскоком тут не решишь.

– Нужна разведка. Разворачивайся обратно. Я переоденусь и захвачу с собой еще людей.

– Наслышан, – хохотнул Хуан. – Смотрел шоу с тобой. Спецназ, да?

– Да, вынесем там все на раз-два-три. Заодно потренируемся. Разворачивайся.

– Не надо. Разведка у нас там есть – специальный пункт для слежки. Заедем,