Сага о кораблях - Энн Маккефри

Но Алекс говорил себе, что его чувства чисто братские, что он не собирается влюбляться в призрак и что все будет нормально. Более того, он сам в это верил.

Пока не встретился с Хрией Шанс и ее стрелком.

Едва увидев их на экране, Алекс тут же понял, что Хрия и Нил составляют единое целое. Любой, кто хоть чуть-чуть разбирается в языке человеческого тела, понял бы это сразу. А уж тем более человек, знающий Хрию настолько хорошо, как Алекс. И собственная первоначальная реакция на эти отношения застигла его врасплох.

Зависть. Самая что ни на есть черная зависть. Нет, не ревность: Хрия никогда не интересовала его как женщина. Более того, по-своему Алекс был рад за нее: несмотря на все ее богатство, жизнь у Хрии была непростая. Семья, четверо достойных братцев и сестриц, старательно приумножающих фамильное богатство и престиж, – и она, единственная паршивая овца в этом стаде, возжелавшая чего-то иного, чем высокое положение в обществе, место в совете директоров и брак по расчету, без любви и страсти. И только после того, как Хрия пригрозила опозорить семью, поклявшись, что вступит в жуткую рок-группу и станет выступать под своим настоящим именем, ей разрешили учиться в академии под псевдонимом.

Нет, Алекс был рад за Хрию: она обрела именно такую жизнь и именно таких товарищей, о каких мечтала всю жизнь.

Но и Алекс мечтал о том же – только он хотел, чтобы во втором кресле у него за спиной сидела Тия, и никто другой. Или пусть Тия сидит впереди, а он сзади – не важно, кто будет командиром, главное, чтобы она была рядом!

Внезапно нахлынувшие чувства оказались настолько мощными, что Алекс просто не знал, что с этим делать. Поэтому он попытался их скрыть, но вышло довольно неуклюже. По счастью, все, кого это касалось, приписали его мрачность боли от ушибов и действию обезболивающих пилюль, которых он наглотался.

Если бы только…

«Я влюбился в девушку, к которой невозможно прикоснуться, которую невозможно обнять, которой даже нельзя сказать, что я ее люблю! – в отчаянии думал Алекс, стискивая подлокотник своего кресла. – Я…»

– Алекс! – шепнула Тия.

Ее голос показался неестественно громким в безмолвии корабля: даже система вентиляции работала на минимуме.

– Алекс, я распознала систему кодировки. Это жестко прошитый двоичный код. Думаю, это навигационные указания, которые имеют отношение к звездной карте. Как только я обнаружу какую-нибудь зацепку, я почти наверняка смогу расшифровать и сам код. Однако у меня уже есть кое-какие идеи, потому что я опознала некоторые иероглифы, обозначающие названия мест, – и да, мы были правы: я уверена, что здесь указан путь ко всем базам эскайцев от их родной планеты! Так что если только мы сможем обнаружить какую-то конкретную базу…

– Мы сможем проследить обратный путь!

Родная планета эскайцев – то, что она мечтала найти с самого начала! Радость за Тию на время вытеснила все остальные чувства.

– Но почему они пользовались настолько примитивными картами? Нет, нам-то это только на руку, но, если уж они сумели выйти в космос, почему они не изобрели чего-то получше?

– Ну, зато этот носитель довольно сложно повредить: ты просто представить себе не можешь, насколько он надежен! Так что можно понять, почему они предпочли его дискам, которые всегда можно стереть с помощью мощного магнитного поля. А что до того, почему так примитивны сами карты, – насколько я понимаю, у них не было сингулярных двигателей, и они могли летать только от звезды к звезде, используя их как ориентир. Не знаю почему; возможно, тут есть ответ и на этот вопрос, но я пока не могу его найти.

Ее голос звучал как-то странно и подавленно…

– Что, они прыгали от системы к системе, как корабли дальней разведки? – удивился Алекс. – Но ведь на такие полеты могут уйти годы и годы!

– Может быть, это их не волновало. А может быть, они не переносили гиперпространства.

Теперь Алекс узнал тон, которым она говорила: Тия нашла то, что искала, но, похоже, это не привело ее в особый восторг.

– Послушай, нам ведь не обязательно это делать! – заметил Алекс. – Когда мы выберемся отсюда, нам достаточно будет найти путь к планете эскайцев, сделать пару прыжков – и мы станем всезвездными знаменитостями! Все, что нам нужно, – это…

– Это забыть о своих обязанностях! – резко сказала она. – Или «забыть» передать в институт маленькую книжечку вместе с прочей добычей и подождать, пока нам дадут достаточно длинный отпуск. Или отдать ее, рассчитывая на то, что никто, кроме нас, не догадается о смысле и значении находки…

Оставить книжечку себе было никак нельзя, и Алекс с ходу отмел эту идею.

– Конечно, они ни о чем не догадаются! – уверенно сказал он. – Что они понимают в звездных картах? Ты ведь сама не раз говорила, что институтские археологи слишком узко специализированы и им не хватает широты взгляда! Думаю, нет ни малейшего шанса, что в ближайшие четыре-пять лет кто-нибудь догадается, что это за книжечка. Но да, ты права: у нас есть обязанности; у нас действительно жесткий контракт с институтом. Нам придется подождать до тех пор, пока мы не сможем откупиться или не получим долгий отпуск…

– Меня не это тревожит, – сказала Тия очень тихо. – Вопрос этики. Если мы утаим эту информацию, чем же мы лучше тех пиратов?

– Что ты имеешь в виду? – изумился Алекс.

– Утаивать информацию – это же все равно что заниматься компьютерным пиратством! А мы застопорим таким образом не только данные, но и карьеру человека, который теперь занимается эскайцами. Кажется, доктор Лана Кортни-Рэй. На самом деле, если мы это утаим, получится, что мы украли ее карьеру. В смысле, мы с тобой ведь даже не настоящие археологи!

В ее голосе явно звучало отчаяние.

– Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду.

Да, Алекс все понимал, и даже слишком хорошо. Он не раз видел, как его родителей обходили люди, которые вовсе не заслужили повышения, зато оказались порасторопнее и имели «нужные связи». Видывал он такое и в академии. Это было несправедливо и нечестно.

– Но ведь мы не можем сделать все сразу, как в фильмах, где герои отражают нападение пиратов, одновременно проводя операцию на мозге? – медленно произнес он.

Тия грустно хихикнула.

– Я начинаю думать, что все, что мы можем, – это хорошо делать свою собственную работу.

Алекс откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

– Забавно. Когда мы планировали поиски, все было замечательно, но на самом деле мы не можем просто взять и улететь. У нас есть свой долг, люди на нас рассчитывают…

Не то чтобы Тия вздохнула, но ее голос был полон сожаления.

– Это вопрос не