Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Мои отношения с Ниной налажены? — Нет

Дурочку Зинаиду я уберёг от позора? — Нет. В процессе новой суеты с этим пальто она обязательно проявится не через прокуратуру, так через милицию. Но сначала перетрясут опять всех девчонок из числа проживающих с Ниной. Именно в них ведь по первейшей версии будут видеть укравших пальто, но потом подбросивших, или подшутивших таким образом. Не думаю, что это прибавит Нине теплоты во взаимоотношениях с подругами. И до Зины доберутся, а она, как оказалось, врать не умеет. А как только в поле зрения возникнет Зина, тут опять появляюсь и я, который, как окажется, вторично нарушает закон, укрывая теперь уже не преступление от учёта, а преступницу от наказания.

В шахматах это называется цугцванг. Это когда любой ход ведёт к ухудшению положения, и в данном случае не только для меня. Тут и Нине достанется, и Зине. А когда после «моих танцев с бубном», направленных на то, чтобы облегчить участь этой бестолковой Зины, её потащат в суд, я буду выглядеть в её глазах обманщиком или, как минимум болтуном. Как-то не хочется…

Значит, что остается? Остается единственный путь, он же правильный. Брать пальто, бумаги, подписанные Зинаидой и отправляться к Рябинину. Борис Михайлович — человек понимающий. Ну, кому надо, чтобы мать-одиночка садилась в тюрьму? У Бори у самого две девчонки, он их любит. Младшая, Наташка, историк по образованию. Я ее видел пару раз — славная девушка.

Тьфу ты, какие девчонки? Какие дочки? Боря женился совсем недавно. Две дочери, по которым Боря с ума сходил в моей реальности, родятся потом. Впрочем, девчонки здесь ни при чем. Это я так, мимоходом.

Если у Зинаиды будут положительные характеристики (а они будут!), факт возвращения украденной вещи окажется подтвержден, возникает вполне законный вариант обойтись без суда, если прокуратура не закозлится, конечно.

Следователь пишет, что «…исправление лица, совершившего хищение, возможно без привлечения его к уголовной ответственности с направлением материалов на товарищеский суд по месту работы…», и все будут довольны. Следствие получает свой бонус (дело завершено надлежащим образом), начальство избавляется от глухаря в статистике, прокуратура продемонстрирует, что в очередной раз постояла на страже социалистической законнности. А Нина получает обратно свое пальто. Таким образом, все довольны, все смеются. А я?

Я остаюсь «при своих интересах» в казённом доме, как нагадала мне когда-то цыганка. Ну что ж, ради общего блага я готов потерпеть неудобства. Как принято говорить в нашем многотерпеливом безбожном обществе, бог терпел, и нам велел. Только для того, чтобы это всё случилось, нужно ещё немножко похлопотать. И для этого мне потребуются Борис Михайлович, друг мой Санька, ещё один друг мой — пропащий Джексон и говорливый комендант общежития Сергей Петрович.

Рябинин мне нужен для того, чтобы следователь Балашов захотел прекратить дело именно так, как я придумал. Ничего противозаконного, как уже сказано, в этом нет, но уж очень наши гордые и процессуально независимые следователи не любят, когда им из других служб советовать начинают. А от указания Рябинина куда денешься? Саньку Барыкина я отправлю добывать характеристики Зинаиды Окуневой (тут без него никак). Джексон отнесёт пальто Нине, а заодно и поведает ей всю историю. Я пока ещё пребываю в гордыне и лелею нанесённую мне Ниной обиду, поэтому пальто сам не понесу, но втайне надеюсь при этом, что именно Джексону удастся помирить нас. Я-то уже готов мириться, но влюблённые и вправду большие чудаки, чтобы прожить без страданий, самими же и придуманных. Я не исключение, несмотря на свой возраст. Всё-таки химия молодого организма очень влияет на эмоции.

Да, а при чём тут Сергей Петрович? Не забыл ли я про его? — Не забыл. Сергея Петровича я оставлю себе.

Глава 18

Спасение утопающих…

Сергей Петрович обрадовался мне, как родному. Ну, не совсем мне, а моему звонку. Он долго пыхтел в трубку и благодарил счастливый случай, когда на ловца и зверь бежит. А я тихонько удивлялся, кто тут зверь, а кто ловец? Наконец, комендант перешёл к конкретике:

— Всё-таки бывает в жизни удача! А я тут всё утро ломаю голову, как мне вас найти. Вы ведь в прошлый-то раз не представились. Вчера тут такая загадка возникла, что никак без вас не разгадать.

И Сергей Петрович поведал мне, что вчера его нашла Зина и, ничего не говоря, бухнула на стол заявление об увольнении, да ещё и без отработки.

— Я у неё спрашиваю, ты что, белены объелась? Такую работу, чтобы и от дома недалеко, где ещё сыщешь? Сама меня благодарила, что помог. А она — ничего не знаю, дядя Серёжа. Спасибо вам за всё, но работать больше не могу. Я ей: да что хоть случилось? Не могу, говорит, сказать, секрет это. Но работать не буду.

Ну что ты тут поделаешь! Договаривались ведь, чтобы помалкивать в тряпочку и не предпринимать ничего. Эх, Зина — Зина…Чего ты там ещё натворила из того, что я пока не знаю? Можно ведь всё испортить, и мой гениальный план улетит в тартарары.

А комендант неожиданно прервал свои сумбурные речи. В трубке послышался его невнятный голос (не иначе, прикрыл трубку рукой), кого-то он там строго воспитывал, потом отчётливый дверной скрип.

— Вот ведь сороки! — Сергей Петрович вернулся к разговору со мной. — Никуда без дяди Серёжи. А у меня может сейчас секретный разговор…

«Дядя Серёжа» бурчал недовольно, но в бурчании его не чувствовалось ни капельки реальной злости на своих «сорок». Хороший дядька, по всей видимости. А мне такой сейчас и нужен.

— Так, о чём это я? — Сергей Петрович постарался поймать ускользнувшую нить нашего разговора. — Короче говоря, нам бы встретиться с вами, а? Прояснили бы, что тут за секреты секретные, о которых даже и говорить нельзя. Куда мне подойти? А то я мигом!

Да уж, на ловца и зверь бежит. Теперь и я готов это