Обратный отсчет - Токацин

— Говорят много странного о делах, творящихся здесь, — отозвался «богомол». — И я сам хочу это увидеть. Как твари огня стоят рядом с рождёнными водой, и как Равные Куэннам разделяют стихии.

Гедимин смерил его недоверчивым взглядом. «Вот за ним точно нужен присмотр,» — он вспомнил, как грохотала каменная дверь под ударами посоха. «И за этой его палкой. Тут защитным полем не обойдёшься.»

— А, Гор, заходи, — Вепуат, разглядывающий синевато-серый порошок в костяной чашечке, повернулся к двери. — Встанешь тут, с нами вместе. Немного тесно, но как-нибудь уместишься. На той стороне будут Сэта и Гедимин с ними. Гедимин, ты с костром справишься?

Ремонтник мигнул.

— На мне — Скогны и страж, — виновато пояснил Вепуат. — Разорваться не могу. Вон, я тебе шихту приготовил, конусы, ульсеновый пруток… и формы там твои, с гранями. Покажешь, как ими пользоваться. А я тут поучу Скогнов делать цветные накладки. Ещё бы понять, что с этим пигментом… Почти же получился нужный цвет, — то ли недотянул, то ли передержал…

Он снова уставился на костяную чашечку. Гедимин, угрюмо щурясь, выглянул в «шлюз». За дверью перепискивались и повизгивали — и, судя по усилению шума с каждой секундой, к цеху приближалась толпа. «Да чтоб им всем,» — обречённо выдохнул Гедимин, отодвигая к стене поддон с остатками костра. «Мало мне было „макак“!»

Вереница из полутора десятка Скогнов пробежала мимо. На ходу каждый, у кого не были заняты обе руки, изобразил приветственный жест. По одной руке было занято почти у всех — кто-то нёс кривой стеклянный кувшин или чашку-шар, кто-то — глиняный сосуд, четверо, ухватившись за края, волокли деревянный столик. Гедимин машинально придержал его за ногу на повороте и только после этого изумлённо мигнул.

— Стол им на кой⁈

Вепуат, выглянув в коридор, с ухмылкой развёл руками.

— Подойди — увидишь. Как по-твоему, куда его лучше поставить?

В проходе между двумя печами вокруг стола столпились Скогны. В его отверстия вставили сосуды-конусы, расставили круглые чашки и теперь пререкались, меняя их местами. Гедимин про себя отметил, что ёмкости в основном из стекла — кажется, Скогны собрали все свои изделия и теперь выясняли, как они лучше смотрятся.

— Где его поставить, чтобы просматривался с двух сторон и никому не мешал? — спросил Вепуат, нетерпеливо глядя на Гедимина. — Половину Скогнов я выгоню, но восьмеро тут останутся. И ещё страж. И Сэта — вдвоём или втроём, не знаю. Может, стол вот сюда вытащить? Видно его из того угла?

— Видно, — буркнул Гедимин, резким жестом отгоняя карликов от стола. Перенести конструкцию на середину коридора удалось, ничего не уронив; в углублениях и отверстиях предметы держались не очень крепко, но от лёгкого толчка не выпадали. Скогны заверещали громче прежнего, вся толпа растянулась вдоль «шлюза», кто-то за дверь вышел сам, кого-то вытолкнули силой.

— Ага, и правда, видно, — Вепуат с довольной ухмылкой отошёл от печи. — Защитное поле, значит, пройдёт немного наискось. Вот по этой линии, мимо стола к печи. А тут расширится, чтобы они прошли. Ну, мы в целом готовы. Сейчас они немного уймутся, и мы загрузим шихту. Разжигай костёр, не то вы сильно отстанете!

Гедимин, помянув про себя спаривание «макак», поднял руку с генератором защитного поля. Прозрачная стена растянулась вдоль коридора, не зацепив тёмную блестящую столешницу и всё, что в неё воткнули. «Как будто напоказ принесли,» — мелькнуло в голове. «Стол этот, штуки разной формы под разные отверстия…»

Мусор, пропитанный жиром, вспыхнул неожиданно ярко, но тут же зачадил, и пламя потонуло в дыму. Гедимин, прикрывшись защитным полем, наблюдал, как горящий жир медленно гаснет, клочья листьев рвутся, подлетая кверху, а шкурки тлеют, сворачиваясь и темнея. Когда от костра остался столб дыма и несколько искр, из поддона к потолку рвануло красное пламя.

Сэта пришли втроём — только жрецы, ни одного знакомого ремесленника. Пару секунд они под озадаченным взглядом Гедимина рассматривали одежду Скогнов, повешенную в «шлюзовой камере», и негромко шелестели, показывая на что-то когтями. Когда «изучение» закончилось, главный жрец повернулся к Гедимину, притрагиваясь поджатыми пальцами к груди, и что-то прошелестел. Сармат махнул рукой в сторону печи.

— Не знаю, что вы все умеете, но работа есть, — пробормотал он, пропуская существ в изолированный угол. С той стороны защитного поля на них уже глазели. Четверых Скогнов Вепуат занял делом, остальные перебрались к прозрачной «стене». Сэта приостановились было, но Гедимин двинулся вбок, перегораживая коридор.

— Шихта, — он кивнул на пустые плавильные конусы, и существа с громким шорохом обступили их. — Сначала надо печь загрузить. Пока плавится, будет время на гляделки.

«А они умеют кое-что,» — с удивлением понял Гедимин, когда главный жрец поднял мешок с шихтой. Не прошло и минуты, как оба конуса отправились в печь, и сармат задвинул заслонку, на ходу прикинув, сколько сырья ещё осталось. «Надо им сказать, чтобы ещё принесли. Быстро расходуется.»

Ульсеновый пруток он сунул в карман, каменные формы выставил на видное место, но Сэта, кажется, не поняли, что это — или их слишком отвлекали карлики за стеной. Вторая печь тоже была загружена, работа временно прекратилась, и вся восьмёрка Скогнов перебралась к защитному полю и сгрудилась у стола. Сэта, негромко шелестя, встали напротив. Гедимин, настороженно щурясь, следил за каждым движением. «Чем они тут вообще заняты?»

Одни Скогны водили руками у стола, тыкая когтем то в ножки, то в поднятые края столешницы, то в отверстия и углубления. Другие, вынув ёмкости, показывали на их донца, вытянутые в конусы или оставленные шарообразными. Несколько раз все вещи были поставлены на стол и снова с него подняты. Ничего опасного Гедимин в этих манипуляциях не видел, но их смысл оставался ему непонятен. Сэта следили за ними, негромко шелестя; красные пятна вдоль шеи не проступали, грива дыбом не становилась, да и Скогны за «стеной» выглядели взволнованными, но не агрессивными. «Они как будто… демонстрируют что-то,» — думал Гедимин, растерянно глядя на существ. «Или даже… хвалятся? Ещё бы я понимал хоть слово…»

Он покосился на Гора, на секунду подумав, что можно было бы привлечь его к переводу, но тут же эту мысль отбросил. Страж застыл в углу цеха, держась двумя руками за посох. Высоко поднятые лезвия дрожали в воздухе. Он, не обращая внимания ни на Скогнов, ни на их стол, смотрел