Отморозок 7 - Андрей Владимирович Поповский

в нынешнем физическом состоянии, не стоит даже пытаться вырваться отсюда силовым способом, это слишком рискованно. Но, с другой стороны, нет худа без добра. Был бы я сейчас силен и крепок, то меня явно держали бы не здесь в госпитале, а в гораздо более укрепленном и охраняемом месте, откуда выбраться было бы еще труднее. Так что слабость, это сейчас мой союзник. Если объективно оценивать ситуацию, нужна минимум пара недель, чтобы прийти в удовлетворительную форму. Только будет ли она у меня, эта пара недель? Как только Ричард увидит, что я прихожу в форму, меня заберут отсюда и переведут либо на какую-нибудь военную базу, либо вообще в тюрьму. И там уже займутся не спеша с толком и расстановкой. Хотя, они и здесь не сильно спешат.

Значит надо форсировать занятия, всячески скрывать успехи в восстановлении физической формы и продумывать план альтернативный силовому прорыву. Будь я даже в отличной физической форме, нет никаких гарантий, что он удастся. А в случае неудачи, повторной попытки у меня не будет.

Мне нужно как то выбить у моих тюремщиков право на прогулки по местному парку, который я вижу в окно. Пусть меня катает санитар и сопровождает морпех. Это ерунда, мне нужно, наконец, увидеть, что находится на выходе из больничного корпуса и осмотреться на улице, чтобы хоть приблизительно представлять себе план здания. В этом ни морпех, ни санитар помешать не смогут. Вертеть головой и рассматривать окрестности, это самое естественное, что может быть для человека провалявшегося несколько месяцев в коме.

Но чтобы Ричард и Майкл пошли навстречу, мне нужно что-то им скормить, хоть самую малость, не открываясь окончательно. Они по любому не отстанут, значит, нужно их обхитрить. Например, начать с того, что поинтересоваться, что они мне предложат, если, чисто гипотетически, я тот за кого они меня принимают. Если я вступлю на этап торга, то им, выросшим в американской торгашеской культуре, будет это близко и понятно. Надо быть максимально логичным для противника, а потом поступить вне всякой логики, ломая их игру. Я сегодня, худо-бедно, отбил все атаки, а завтра сам предложу сделку, но буду отчаянно торговаться, затягивая время. Даже если я изложу им какие-то факты, то проверить их они быстро не смогут, если вообще смогут.

Фергюссон сказал, что второй парень, тот что тоже попал сюда из будущего, умер в девяносто третьем. Если здраво поразмыслить, то типичный американец очень мало знает о том, что находится за пределами его городка, штата и тем более страны. Не услышать о том, что развалился главный враг Америки СССР, он не мог, об этом тогда трубили везде, а вот знать какие-то тонкости, это вряд ли. Но, если даже представить невозможное, и предположить, что парень был спецом по СССР и знал всю подноготную, то в промежутке времени от сегодняшнего момента до конца девяносто третьего нет ничего критически важного, что могло бы помешать России начать возрождение в двадцать первом веке после ужаса девяностых. Наоборот, здесь я могу рассказывать все точно, как оно и было в моей реальности, если вспомню, конечно. А вот начиная со знаменитого, «Я устал, я ухожу» надо быть очень аккуратным. Имени следующего за ЕБН-ом президента, матрасники точно узнать не должны.

Понятно, что американцы отнесутся настороженно к смене линии моего поведения и доверять не станут, но мне их доверие и не нужно. Мне пока нужно только время и разрешение на прогулки. А там, я долго в госпитале не задержусь.

Еще есть Линда. Мы в последнее время весьма неплохо общаемся. Нужно бы сделать особый упор на общение именно с ней. Если я смогу перетянуть Линду на свою сторону, то это будет просто невероятным успехом. А это, в принципе, возможно. Она не профессиональный разведчик как Ричард, и не спецагент как Майкл. Линда врач и красивая женщина, и в ее глазах, я не раз видел сочувствие к симпатичному молодому парню, который оказался в таком бедственном положении. Думаю, что у нее сейчас нет мужика. Это читается в женщине по ее поведению, взглядам и манерам. Организм такой женщины подает сигналы мужикам, что здесь есть самочка, которая еще ни занята, типа примите во внимание и постарайтесь ее заполучить. А значит, Линда поневоле будет реагировать, если ее немного подтолкнуть в нужном направлении. Но только нужно это делать очень осторожно, иначе, если спалюсь, будет только хуже. И опять же это не стопроцентный вариант, а лишь возможность, а реализуется она или нет — большой вопрос. Но попробовать в любом случае стоит. Тут надо делать упор не на обольщение, на которое у меня очень мало времени, а на то чтобы вызвать в ней сопереживание и даже жалость. Сопереживать и жалеть несчастного, но симпатичного молодого мальчика для женщины весьма естественно. Решено, буду бить именно в эту точку.

Ну и еще есть Самир. Классный парень двадцати восьми лет. Он действительно индус, занимается йогой и весьма неплохой врач реабилитолог. Мы с ним за четыре занятия нашли общий язык, разговаривая о различных методиках хатха йоги. Самир вроде мне тоже симпатизирует. Надо посмотреть, можно ли чего выкружить для себя и здесь. Я провожу в его зале по паре часов ежедневно, медленно выполняя разные упражнения, а потом отдыхая на кушетке. В моменты отдыха мы с ним болтаем о жизни. Морпех, стерегущий меня, иногда сидит в зале, но чаще находится снаружи. Так что, это тоже шанс.

Итого, у меня есть три линии, которые нужно тянуть одновременно и ждать какая из них выстрелит. Это как рыбак терпеливо сидит на берегу с тремя удочками и ждет поклевки. Может не клюнуть ни на одной, а может сразу и на трех сразу, и тогда только успевай вертеться. Главное теперь не торопиться, но и затягивать тут тоже нельзя.

Глава 6

Через пару дней после первой, у меня произошла еще одна, весьма занимательная беседа с Уотсоном и Фергюссоном. В тот день они, пришли ко мне в палату вместе, там и состоялся второй раунд схватки. Я заранее готовился, тщательно продумывая план предстоящего разговора. На этот раз, после ничего не значащих приветствий и трепотни о природе-погоде, я сам начал серьезный разговор, сразу беря инициативу в свои руки.

— Мистер Фергюссон, у меня к вам деловое предложение. Давайте на минуточку представим, что я именно тот парень, которым вы меня считаете. Обрисуйте мне, пожалуйста, перспективы нашего с вами сотрудничества.