Искатель 17 - Сергей Шиленко

Шах и мат!

Повисла гробовая тишина, которую нарушал лишь треск свечей. Осознание всей катастрофичности ситуации доходило до Совета медленно. Возможность торговать с другими регионами напрямую, минуя их пошлины, их контроль, их власть… Такого поворота они никак не ожидали, в глазах многих алчность сменилась паникой.

Теперь ход за ними, но я уже знал, каким он будет.

Мой ультиматум повис в воздухе, тяжёлый и неотвратимый, и тут Марона нанесла добивающий удар.

— Я приму те же самые меры, если мою провинцию подвергнут несправедливым налогам, — спокойно заявила она, и это прозвучало как приговор. — Сама идея об узаконенных грабежах настолько же позорна, насколько и глупа.

Две самые процветающие провинции региона угрожали полной экономической блокадой, что теперь дошло даже до самых тупых. Хорвальд устало потёр переносицу. Он-то, в отличие от остальных, считать умел прекрасно.

— На случай, если кто-то из вас не понял, милорды, — обратился он к залу с плохо скрываемым раздражением, — отказ лорда Артёма и леди Мароны от поддержки региона обойдётся нам всем гораздо дороже, чем любые налоговые поступления, которые мы могли бы с них содрать, не говоря уже об упущенной выгоде.

Последний гвоздь в крышку гроба этой идиотской затеи Экариота вбил самый неожиданный союзник. Колкар, могучий старый лорд, которого все уважали и откровенно побаивались, прорычал со своего места, даже не вставая.

— Хватит пустой болтовни! Любой, кто всерьёз намерен нарушить вековую фискальную политику Бастиона, поставить под угрозу собственные финансы и лично настроить меня против себя из-за мелочной зависти, пусть продолжает стоять. Так мы сможем посмеяться над вами, прежде чем отвергнем это идиотское предложение.

Стоявшие лорды, сторонники Экариота, обменялись неловкими взглядами и один за другим начали плюхаться в свои кресла, старательно избегая смотреть в мою сторону. Кинар рухнул на стул одним из первых с такой кислой миной, будто лимон съел.

Экариот выдержал дольше всех, но в конце концов сел и он, бросив на меня взгляд, полный неприкрытой ненависти. Я же продолжал стоять, глядя на него сверху вниз с холодным мрачным удовлетворением.

— Хорошо, — кивнул Хорвальд, явно довольный исходом. — Предложение о повышении налогов для провинций Кордери и Терана отклонено. Двигаемся дальше.

Только тогда я позволил себе сесть. Мышцы, окаменевшие от напряжения, наконец расслабились. Я наклонился к Ирен. Она выглядела немного ошеломлённой, но её рука ни на секунду не прекращала делать пометки.

— Ты всё записала? — тихо спросил её.

— Про лордов, с которыми мы прекращаем вести дела? — также тихо пробормотала она. — А Экариот?

— Его в отдельный список, — криво усмехнулся я, на что лорд, заметив мой взгляд, ответил гневным сверканием глаз. — Ты принесла то, что я просил?

— Конечно, — моя миниатюрная, но смертельно опасная жена порылась в своей сумке и похлопала по стопке аккуратно скреплённых папок. — Со временем могли бы найти и больше, но и этого достаточно. Думаю, на следующем заседании Совета мы наконец-то поставим точку в этом вопросе.

Иногда я удивлялся, когда Ирен или Мия использовали выражения с Земли. Прошло уже почти два года, как я попал в этот мир, и теперь они звучали для меня почти чуждо. Наконец я начал понимать, почему местные иногда смотрели на меня с недоумением.

— Всегда приятно, когда твои враги публично заявляют о своей поддержке идеи, которая никогда не осуществится, — прошептала Марона, наклонившись ко мне. — Ни один барон не упустит возможности прижать другого финансово, но только полные идиоты не сообразят, что это может обернуться против них, как только будет создан прецедент.

Я тихо усмехнулся.

— Никто из этих напыщенных индюков не смог бы так легко справиться с ситуацией, как ты. И мало кто настолько глуп, чтобы поддерживать таких, как Экариот и Кинар, прилюдно выступая против Хорвальда, Джинда Алора, Колкара и тебя, — добавила она. Её рука нашла мою под столом и сжала пальцы.

Мароне вовсе не обязательно было меня поддерживать, рискуя навлечь на себя гнев других лордов, о тот факт, что она это сделала, не колеблясь ни секунды, значил для очень много.

Коротко пожал её руку в ответ, а затем, когда Ирен пододвинула мне блокнот, начал делать собственные пометки.

Вечер тянулся бесконечно, но главную битву я сегодня уже выиграл.

Глава 11

Остаток дня утонул в рутине, от которой сводило скулы. После нашего с Мароной яркого выступления последующие речи казались серыми, а «большой совет» под председательством Хорвальда Валаринса вообще нагнал тоску. В душном зале, где пахло пылью и чем-то кислым, по очереди выступали бароны, графы и прочие важные лица Бастиона.

Я сидел с каменным лицом, слушая их доклады и борясь с желанием зевнуть во весь рот. Это напоминало совещание региональных менеджеров в какой-нибудь захудалой конторе на Земле, только вместо пиджаков бархатные дублеты, а вместо красочных презентаций пожелтевшие свитки.

Большинство этих аристократов, похоже, так и не поняли, что, чёрт возьми, произошло во время моей презентации. Они просто… проигнорировали, сделали вид, что её не было. В своих отчётах выступающие оперировали цифрами, взятыми с потолка. «Урожай, возможно, будет хорошим», «ополчение насчитывает примерно триста-четыреста бойцов», «планируем в будущем укрепить стену». Никакой конкретики, никаких расчётов, никакой стратегии, лишь набор благородных пожеланий.

Я чувствовал на себе косые взгляды, лорды не знали, как ко мне относиться. Выскочка, наглец, посмевший говорить на языке фактов и логики, а не намёков и полупоклонов. Мои графики и точные цифры они восприняли как дикари интегральное исчисление: непонятно, а потому нам такое и даром не нужно, предпочитая прятать головы в песок своих феодальных владений и сделать вид, что проблемы рассосутся сами собой.

Ну-ну, посмотрим, как они запоют, когда к их воротам подойдёт не «примерно триста-четыреста» орков, а вполне конкретная десятитысячная орда.

Я откинулся на спинку стула. Ну и пусть почувствуют на собственной шкуре естественный отбор в действии, главное — чтобы под раздачу не попали мои люди.

Но стоило официальной части закончиться, как унылая атмосфера сменилась гулом. В перерывах, когда лорды разбились на небольшие группы, наш уголок превратился в самый популярный павильон, но мы с Мароной стойко выдерживали осаду. Каждый второй аристократ, отмахиваясь от других, спешил к нам, чтобы обсудить торговые возможности с Кордери и Тераной.

И вот тут-то я почувствовал себя в своей стихии. Вся дипломатическая шелуха слетела, и начались нормальные, понятные разговоры, по сути обычный торг, как на рынке в Озёрном, только масштабы другие: вместо шкур и