Вторая жизнь графини, или снова свекровь - Анастасия Александровна Гудкова

— Спокойной ночи, графиня.

И ушла.

А я так и осталась сидеть в кресле, глядя в затухающие угли. И впервые за долгое время почувствовала, что не хочу больше быть сильной. Что, может быть, не поздно сказать: «Я тоже всё ещё смотрю тебе вслед».

* * *

— Что это?! — мой крик прокатился по поместью, заставив вздрогнуть даже кур в загоне.

На моих новых изумрудных шторах, которые я лично выбирала на городском рынке и за которые заплатила, между прочим, золотом, теперь красовались… шевелящиеся котики. Розовые. И сверкающие. С бабочками. И с надписью по верху каждой: «Мур-мур, моя графиня!»

— А-ле-ста!

Сноха выглянула из-за колонны с самым невинным лицом во вселенной.

— О, вы уже заметили? Это — гобелиновый иллюзорный узорный налёт. Временный. И милый. Очень популярно в столице.

— Популярно?! Я похожа на даму, у которой в спальне могут быть розовые котики, Алеста?!

— Ну, один из ухажёров же вам подарил кота...

— Алеста, я тебя… Я…!

Я взмахнула рукой, и в комнате вспыхнула волна моей магии. Шторы исчезли, но с потолка начал капать дождь из розовых лепестков. Магия — странная штука. Особенно если её хозяин… чуть не вышел из себя.

— Мама, спокойно, — вбежал сын. — Дыши. Считай до десяти.

— Один, два, три… ААААА!

— Капитан! — крикнул он, почуяв неладное.

И в коридоре тут же раздались шаги — тяжёлые, стремительные. Джереми ворвался, как всегда без стука, и сразу оказался рядом, хватая меня за плечи.

— Сосредоточьтесь, графиня. Вдох. Выдох. Вы…

Но его присутствие всё только усложнило.

— Не учите меня дышать, вы, упрямый баран в латах!

Моя магия затрепетала, вихрем подняв всё в комнате — от подушек до статуэток. В воздухе завизжала сила, точно надвигающийся шторм. И тут…

Воздух в комнате замерцал, и я ощутила, как моя магия разрывает реальность, открывая… портал. Он появился у нас под ногами, безо всякого предупреждения. Сверкающий, ослепительно-синий, словно вход в бездну.

— ОХ НЕТ!

— Вот черт! — воскликнула Алеста из соседней комнаты. — Прости, Габриэлла, я не хотела!

— Что?! — начал капитан, но договорить не успел.

Нас засосало, завертело, и выплюнуло. Мы приземлились куда-то, больно ударившись, и я ойкнула, ощутив под собой горячее мужское тело.

— Ммф... — завозился капитан, которому я отдавила, наверное, все что можно.

— Уберите локоть! — возмутилась я, когда нечто твердое уткнулось мне в бедро.

— Это не локоть, — сдавленно хмыкнул вояка.

— Ох. Простите…

Залившись краской, будто девчонка, я быстро сползла с мужчины, с трудом поднялась и огляделась. Вокруг — дикий, совершенно незнакомый лес. Тёмные деревья с фиолетовой листвой, жужжащие светляки размером с ладонь и небо, переливающееся зелёным.

— Где мы? — прошептала я.

— Судя по всему… далеко. Очень.

— Алеста! — рявкнула я в небо. — Я тебя прокляну до седьмого колена!

— Графиня, — капитан поднялся, встряхнулся и вдруг… усмехнулся. — Зато теперь мы вдвоём. Без магистра. Без конкуренции. И, кажется, без котиков.

— Ах, вы… — я замерла.

Потому что в эту секунду в зарослях что-то зашуршало.

— Кто бы это ни был… — прошептал капитан, отводя полы плаща и доставая клинок. — …выглядит мило. Но может быть опасным, поэтому спрячьтесь за мной.

— Тоже мне рыцарь в доспехах, — буркнула я. — Ну, вперёд, капитан. Покажите, на что вы способны. Верните нас домой.

Он посмотрел на меня с неожиданным огоньком в глазах.

— С удовольствием, графиня.

Глава 38

— Ну же, откройся… — прошептала я, вычерчивая пальцем в воздухе плетение портала. Линии магии заплясали, задрожали… и снова рассыпались. — Да чтоб тебя!

— Уже восьмая попытка, графиня, — спокойно заметил капитан, стоя поодаль и прислонившись к дереву. — Магия не любит нервных.

— Это всё потому, что я не планировала провести выходные в какой-то глуши с мужчиной, который...

— Который спас вас от дикого кабана полчаса назад?

Я запыхтела недовольно. У меня волосы в листьях, платье запачкано, сапоги застряли в болотце, и магия ведёт себя, как испорченная кофеварка. О, если я когда-нибудь доберусь до Алесты…

— Мы должны идти, — твердит Джереми, будто я и сама не знаю. — Ночь близко. Если не найдём укрытие, нас сожрут раньше, чем ваша магия снова заработает.

— Вы — воплощение поддержки, капитан.

— Спасибо, стараюсь, — мрачно усмехнулся мужчина.

Мы пошли сквозь лес, под хруст веток и крики невидимых тварей. Капитан шёл впереди, с мечом наготове. Я позади, собирая грибы и ягоды. Мозг, хоть и в новом теле, но помнил: эти съедобны. Эти — нет. Эти убивают с третьей ложки. Ах, как полезно было провести лето в деревне у бабушки!

— Вы бы хоть корзину взяли, — пробурчала я, запихивая очередную горсть ягод в платок.

— А вы бы меньше ворчали, — парировал он. — Или вы забыли, кто вам крышу на вечер собирается устроить?

Мы забрались в густую чащу, и Джереми развёл костёр. Соорудил шалаш из еловых веток, натаскал хвороста, и обложил импровизированный очаг камнями, чтобы огонь не пошёл дальше. А после устало разлегся на мягкой подстилке из хвои и травы, глядя в небо.

— Съедобно? — кивнул он на мою «добычу».

— Хотите проверить на себе?

Он усмехнулся, взял ягоду и закинул в рот, показывая, что доверяет мне.

— Выходит, вы умеете больше, чем просто ругать всех подряд?

— Я из простой семьи, капитан. Умела не только командовать, но и выживать.

А после между нами повисла тишина. Костёр потрескивал, искры улетали в звёздное небо. Позади нас темнел лес и сгущались тени, но здесь, у огня, было почти уютно. Почти. Пока я не начала дрожать от холода.

Не говоря ни слова, капитан поднялся, сел рядом, и его тёплая рука легла на мои плечи. Он притянул меня ближе, обнимая, и я вздрогнула от неожиданности. И от того теплого чувства, что вдруг появилось в груди. Того, чего я всё это время так боялась.

— Что ты творишь! — пробормотала я, уткнувшись носом в его плащ. Снова переходя на ты, пусть и решила с некоторых пор обращаться к нему исключительно официально.

— Вы замерзли. Могу уйти, если хотите. Но только когда перестанете стучать зубами.

Я возмущённо сверкнула на него глазами, пытаясь вывернуться — но он лишь сильней сжал объятия.

— До чего же вы упрямы, графиня, — выдохнул Джереми жарко, склоняясь ко мне.

А потом вдруг поцеловал. Не страстно. Не жадно. А мягко, тепло, медленно. Как будто это было естественно и правильно. Как будто он делал это не впервые, и мы давно с ним в отношениях.

— Прекрати, — выдавила я, с неохотой отрываясь от него. Но сердце мое