Вторая жизнь графини, или снова свекровь - Анастасия Александровна Гудкова

Капитан посмотрел на меня серьёзно, без тени насмешки, и тихо спросил:

— Прекратить? Или повторить?

И, клянусь всеми богами, я не знала, что было хуже — это спокойствие… или то, что я не оттолкнула его.

Ночь окончательно вступила в свои права. Лес уснул. А я сидела у костра, прислонившись к мужчине, и впервые за долгое время не собиралась командовать. Не желала спорить. Просто хотела сидеть в этой тишине рядом с ним, позволив себе быть не графиней, а просто женщиной.

*** Первый день нашего путешествия прошёл в надеждах и страхах. На второй осталась только усталость. На третий мы просто плыли по течению, надеясь, что оно само нас вынесет куда-то. Лес, оказывается, жил по своим правилам. И здесь не имело значения, кто ты: Хранитель, капитан, графиня или ведьма. Важны были только две вещи — не шуметь и не забывать смотреть под ноги. Особенно если под этими ногами внезапно оказывается трясина. — Графиня, не наступайте туда! — крик капитана был первым, что я услышала с утра. — Уже поздно, — буркнула я, медленно проваливаясь в болотце. — Я всего лишь сделала шаг! Он не стал злорадствовать. Просто вздохнул, подошёл, подхватил меня подмышки и вытащил, как мешок с мукой. Я даже не зашипела. Потому что было стыдно. И… тепло. Он держал меня, пока я не встала на нормальную землю, и отпустил только тогда, когда я, кажется, слишком долго не пыталась выбраться. — Не смотри так, — пробормотала я, отряхивая юбку. — Как? — удивился он. — Как на женщину, которую хочу снова поцеловать? Я подавилась воздухом и, притворившись, что смотрю на дерево, развернулась к нему спиной. Но вечером, когда он жарил над костром рыбу, пойманную из реки, а я перебирала ягоды, разложив их на платке, я сама протянула ему руку, чтобы показать синяк. — Больно… — объяснила я. Он кивнул, легко коснулся пальцами. А потом губами. — Это не лекарство, — сказала я, но не отняла руку. — Зато приятно, — тихо ответил он.

Следующая ночь прошла под дождём. Мы спали в шалаше из еловых лап, прижавшись друг к другу, как две потерянные души. Я не знала, что будет дальше между нами, и не хотела. Он не спрашивал, хочу ли я, чтобы он остался рядом. И просто был. Без слов. Без обещаний. Без условий.

Каждый вечер у костра мы целовались. Не спеша. Как будто каждый поцелуй — это маленькое «ещё немного», «ещё чуть-чуть», «ещё не всё».

И всё это время я пыталась плести заклинания. Вспоминала схемы, формулы, сигнатуры. Сидела над заклинаниями, как над отчётами по налогам. Всё без толку.

— Магия — не приказ, — сказал Джереми однажды. — Её нельзя заставить.

— Я не приказываю. Я уговариваю! — огрызнулась я, бросив очередной пульсирующий узел в костёр.

— Проблема в тебе, Габриэлла, — обречённо уточнил капитан, незаметно для самого себя тоэе переходя со мной на «ты». — Не в формулах.

— Спасибо, капитан, очень обнадёжил!

Он не стал спорить. Только посмотрел долгим и внимательным взглядом. А потом сказал:

— Ты всё ещё держишь себя за горло. Не позволяешь себе чувствовать. Не позволяешь себе слабость.

Я застыла с открытым ртом, удержав на языке колкость. Потому что он был прав. Я всё это время боролась не с магией. А с тем, что внутри.

Я боялась, что, если позволю себе быть слабой рядом с ним — он уйдёт. А если не уйдёт — то придётся признать: я больше не одинока. Я — женщина, которую можно любить. И эта привязанность свяжет меня по рукам и ногам, сделав зависимой.

И эта мысль была страшнее, чем любой портал.

Я поднялась. Медленно. Подошла к нему. И — впервые — сама коснулась его лица, провела пальцами по щеке, по рубцу у виска, по лбу, в котором столько упрямства.

— Если я скажу, что боюсь… ты уйдёшь?

— Нет, — ответил он спокойно. — Я просто подожду, пока перестанешь бояться.

И в эту самую секунду магия внутри меня снова вспыхнула.

Будто приняла моё признание и сказала: «Теперь ты готова.»

Я обняла Джереми, не сдерживала слёз.

Потому что, чёрт побери, я впервые не была одна. И это было больше, чем магия. Это была — настоящая жизнь.

Глава 39

Портал открылся на третий день. Раскрылся прямо в утреннем лесном тумане, мягко, словно извиняясь за опоздание. Я стояла в центре круга, созданного магическим плетением, в промокшем плаще, с испачканным подолом и сбившимся капюшоном. Рядом капитан — всё такой же невозмутимый, подтянутый, выдавал только взгляд и серые тени под глазами, будто за эти трое суток он не спал ни минуты. И не потому что не устал — просто был на страже.

— Пошли, — позвала я коротко, не глядя на него.

Он не ответил. Просто направился за мной следом. Молча. И от этого молчания мне вдруг стало холодно и пусто.

Поместье встретило нас тревожной суетой. Алеста в слезах кинулась ко мне с объятиями — от которых я едва не отшатнулась. Стража оставила позиции, собравшись в месте открытия портала, слуги едва не падали в обморок от нахлынувшего счастья. Мой сын прижимал меня к себе с таким облегчением, что я едва не брякнула: «Я жива, сынок. По-настоящему.»

Капитан между тем исчез, даже не попрощавшись. А я делала вид… Что ничего не произошло. Ни ночи у костра. Ни нежного поцелуя. Ни случайно сказанных слов. Ни тепла, возникшего между нами.

Я — графиня. И я обязана быть выше всего этого. Вот только почему мне так грустно?

— …я рад, что вы вернулись, — сказал почтивший своим присутствием магистр Эльварин в тот же вечер. — Надеюсь, ваше отсутствие не было связано с нападением?

— Портал заигрался в прятки, — улыбнулась я сдержанно. — Но, как видите, я цела.

Он мягко взял в свои руки мою ладонь, поцеловал перстень.

— Возможно, звёзды напомнили вам, что одиночество — не удел сильных. А я ведь всё ещё жду ваш ответ. О нашем ужине… и не только.

Я посмотрела ему прямо в глаза. И впервые не почувствовала удовольствия от этой игры. Зато отчетливо поняла, что кого-то мне не хватает.

— Магистр, вы — интересный человек. Образованный, харизматичный. Но… у нас с вами не будет ничего. Простите, — вздохнула я, чувствуя, как отпускают путы, стянувшие мою грудь. Камень с души. Зато честно.

Он чуть нахмурился, но только на секунду.

— Понимаю. — Его голос не растерял учтивости. — Жаль. Но, как и всегда, уважаю ваше решение.

Он