Дети Хтони - Дмитрий Чайка

— Хтоническая сущность нужна его величеству Феанору, — отчеканил эльф. — И вы, граф, мне ее отдадите.

— Не отдам, — покачал головой Христофор Аркадьевич. — Тут дела такие начинаются, что все ваши эликсиры молодости по сравнению с ними — просто детский лепет. На, читай!

Эльф погрузился в чтение, старательно шевеля губами. Он говорил по-русски почти без акцента, но рукописный текст разбирал с трудом, считая его одной из разновидностей пытки. Тут текст был написан именно от руки. Так его сиятельство боролся с утечкой данных. Никаких компьютеров, только папки-скоросшиватели, куда старательные, незаметные люди вкладывали листочек за листочком. Прошло несколько минут, и эльф совершенно явно начал читать по второму разу, то и дело вытирая со лба проступившие бисеринки пота. Граф смотрел на кружевной платок и не мог сдержать презрения. Он ненавидел мужиков, похожих на баб. Под это определение в его системе координат подпадали все авалонские эльфы.

— Это катастрофа, — ответил, наконец, эльф.

— Ну а я что сказал? — хмуро кивнул граф. — Вы, идиоты, открыли охоту на высших хтонических сущностей, а они в ответ начали массово инициировать всякую чернь. Доволен собой, высокий лорд? Ну и как ты собираешься это останавливать?

— Если эта напасть перекинется на Авалон, — эльф снова вытер лоб платочком, — то она сокрушит все основы. Благородные потеряют свою власть. Ведь тогда любой мужлан сможет стать сильным магом.

— Уже вовсю становятся, — уверил его граф и толкнул к нему телефон. — Видео в Эхе не смотришь? А зря. Полюбуйся, как детишки на хтоническом зверье катаются. Им жутко весело, представляешь? А ведь у всех родители — простецы, среди них ни одного дворянина нет. Охотники, автослесари, продавцы, уборщики мусора…

— Это ваша забота, — пришел в себя эльф, и его лицо вновь приняло скучающее выражение. — У нас такой проблемы нет, а если и будет, мы найдем, как ее купировать.

— Вот именно! — уставил на него палец Христофор Аркадьевич. — Это наша забота, но породили ее вы. Я вот лично против того, чтобы всякая шваль магическую силу обретала. Это даже как-то оскорбительно для аристократа. Вам придется ответить за последствия своих ошибок.

— Я настаиваю на соблюдении наших договоренностей, — взвился эльф. — В противном случае на процедуры омоложения можете не рассчитывать.

— Вас же выгнали отовсюду, — презрительно ответил граф. — Ваши школы моделек закрыли, а девок с клеймом на лбу отправили на принудительное лечение. Я слышал, маги-менталисты массово стирают им память. Особенно весело будет тем, кто увидит себя в зеркале столетней развалиной. Хорошо же вы расплатились со своими слугами.

— Мы разворачиваем сеть школ в Африке и Латинской Америке, — с достоинством ответил эльф. — Биоматериал будет поступать в достаточном количестве. Туземная знать…

— Вот, значит, как вы нас называете? — оскалился граф. — Туземцы?

— Не принимайте на свой счет, — отмахнулся от него лорд. — Я говорил про Африку. Вы сегодня крайне возбуждены, граф. Кстати, а на кой-вам сдался этот котенок? Вы все равно не владеете нужными навыками. Его жизненная сила для вас бесполезна. Вам не извлечь ее из звериных потрохов. Это знание — монополия Авалона.

— Нет смысла продолжать этот разговор, — тяжело поднялся из кресла граф. — Вы, остроухие, столетиями смотрели не туда. Вы всегда считали, что магия принадлежит только вам. Вы вели себя так, как будто имеете монополию на высшее знание. А теперь вам утерли нос. Я буду работать с тем, у кого есть настоящая сила. И это, высокий лорд, совсем не вы.

Эльф медленно поднял на него взгляд. И этот взгляд не сулил ничего хорошего.

— Осторожнее, граф, — сказал он. — Вы можете совершить серьезную ошибку.

— А то что? — Христофор Аркадьевич подошел к окну. — Заблокируешь мои счета? Так у меня их на Авалоне нет. Донесешь на меня государю? Кишка тонка, эльф. То, что вы делали, тянет на объявление войны. Ты просто не посмеешь.

Из окна граф видел подстриженный газон и идеальные шары туй, одинаковые, как пешки на шахматной доске. Здесь нет вычурных растений, выращенных магами-природниками, и затейливых птиц, выведенных для пресыщенных богачей в лабораториях химерологов. Графы Матюшкины предпочитали строгие линии и экономные формы. Лишь по периметру качали ветвями старые дубы, росшие здесь еще с тех времен, когда и поместья здесь никакого не было. Христофор Аркадьевич отвернулся от окна.

— Так вы просто использовали нас? — побледнел эльф. — Мы снабдили вас нужными амулетами для похищения. Мы дали формулу стабилизации пространства, которая позволяет держать пойманную сущность в стазисе. Мы… Мы…

— Да, спасибо вам за это, — лениво ответил граф. — Только я никого не обманул, а просто решил пересмотреть кое-какие договоренности. Я считаю их несправедливыми. А вас, авалонцев, я считаю законченными сволочами. Таких и поиметь приятно. Сидишь, говнюк, в моем доме, и меня же оскорбляешь. Туземцы! Ишь ты! Представь, что я на тебя виру наложил. За оскорбление. Будешь теперь за языком следить. И вообще, я в своем праве. Хтонь моего сына убила. Я по всем законам могу отомстить.

— Я немедленно доложу его величеству, — эльф встал, выпятил грудь и зло уставился на графа. — Вам это с рук не сойдет!

— Сойдет, принцесска эльфийская, еще как сойдет, — проворчал граф, когда лорд вышел, хлопнув дверью. — И ничего ты своему королю не передашь. Я приказал твой телефон прибрать. Посидишь пока в комнате с негатором. А то мало ли чего тебе в головушку кудрявую взбредет.

— Прокофий! — позвонил он в колокольчик. — Проводи высокого лорда!

Граф поднялся с кресла и пошел в подземелье, где работали нанятые им маги. Подвал в поместье выстроен огромный. Он занимает все пространство под дворцом. Высокие сводчатые потолки коридоров освещаются редкими пятнами ламп. Граф посмотрел наверх и поморщился. Кирпич безбожно закопчен факелами, горевшими здесь когда-то, а оттереть грязь все руки не доходят. Ни у него, ни у отца, ни у деда, который сюда электричество и провел.

— Это что еще такое? — граф остановился и принюхался. — Как будто сыростью тянет. Чудно. Вентиляцию же чистили недавно.

Но чем дальше он шел, тем