Дети Хтони - Дмитрий Чайка

— Десять тысяч за бутылку? — раззявили рты охотники. — Да ты гонишь, Вольт!

— Гоню, — признал я, поискав в Сети цену. — Двенадцать пятьсот!

— Египетская сила! — прошептал Василий, с громким чпоканьем вырывая пробку. — Дожили! Бырло пьем по цене подержанной машины! Теперь и помереть не страшно.

— Ничё так, кисленькое, — оценили охотники, выглушив свои бокалы до дна. — По жаре нормально пойдет.

Один я, как дурак, катал вино по языку, пытаясь ощутить заявленный легкий, едва уловимый букет, состоящий из аромата ореха пекан, ванили и мокрой кожи. Не ощутил, но убедил себя, что он тут есть. Люди, продающие вино за такие деньги, не могут врать.

— Не распробовали, — сказали охотники, поедая графские окорока. — Наливай еще.

— Эй! — предупредил Василий. — Не нажираться мне! С собой пару ящиков этого компотика возьмем. На пляже потом холодненькое с фруктами попьем. В Арагоне так делают. Я по телеку видел. Грак, брателло, дотащишь?

— Говно вопрос, — пророкотал тролль, аккуратно объедая оленью ляжку. — Я и пять ящиков возьму. Был бы рюкзачок подходящий.

— Тут оружие есть? — озарило вдруг меня.

— Само собой, — непонимающе посмотрел на меня ловчий. — Целый арсенал. Рекомендую отовариться здесь, а свое барахло утопить в речке. Вы на него после нормальных стволов даже не посмотрите.

— Малышу плохо, — вдруг сказала Наташка, и мы все замолчали. — Ему очень страшно без мамы. У него заканчиваются силы. Он зовет нас.

Глава 12

Мы вышли к поместью в начале третьего ночи. Из охотничьего дома идти туда примерно час, а потому Митяй, точно рассчитавший наш путь, повел отряд по едва заметным тропкам, вившимся среди векового леса. Нас ждали, это я прекрасно понимал, но как ни крути, а ближе к рассвету устают даже самые бдительные и осторожные. «Собачья вахта», она такая. Некоторая сумятица и темнота помогут выиграть нам несколько драгоценных минут.

Мы изрядно распотрошили графский арсенал, и даже счастливый Чака нес эксклюзивную модель слонобоя четвертого калибра. Из такого лишь с его силищей и палить. Остальные охотники набрали оружия столько, сколько смогли унести. Они просто не в состоянии были оставить этакую красоту, и гладкоствольную, и нарезную. И да, свое оружие они в расстройстве едва не утопили в речке, но вовремя одумались. Пришлось нам приличный крюк сделать и дойти до спрятанных машин, где большую часть трофеев и сложили. И ружья, и вино, и связки колбас, которые загрузили на вечно голодного Чаку. Он, даже шагая, что-то жевал.

— Во дела, — говорил я сам с собой. — Ворвались в чужой дом, ограбили его, а теперь идем штурмовать дворец его хозяина. Мне кажется, или я на глазах превращаюсь в уголовный элемент? Так-то план на эту жизнь у меня совершенно другой был. Учитывая, что в нашем богоспасаемом отечестве срок за большее преступление поглощает меньшее, то мне и беспокоится не о чем. Не повесят же меня два раза.

На этой жизнеутверждающей ноте я и успокоился совершенно, ибо у самурая нет цели, есть лишь путь. А почему нет? Ведь один раз эта мантра уже проканала. Вдруг я фартовый.

— Лес меняется, — остановился Толик, низенький, полный очкарик. Он всегда стеснялся носить очки, но теперь разглядывал мир с изумлением, как это и бывает после коррекции зрения у людей сильно близоруких. Видимо, он получил еще один подарок от обретенной магии.

— Да, — подтвердил Валерка. — Он просыпается. Посмотрите наверх.

— Легко сказать, — заворчали охотники. — Темно же. И что там?

— Птицы, — сказала заспанная Наташка, которая терла глазки кулачком. — Все птицы этого леса собрались вокруг поместья. Они ждут.

— Не только птицы, — сказал Валерка. — Олени, кабаны, волки… Они идут сюда.

— Волки? — напряглись охотники. — Да ну нах! Пошли быстрее!

— Они неопасны, — ответили дети. — Их позвал Хозяин.

— Митяй! — спросил я. — Вокруг поместья забор есть? Я там был, но не заметил ничего такого.

— Есть, как не быть, — ответил Митяй. — Только он из колючих кустов сделан. Еще лет сто назад его сильный маг-природник вырастил. В два человеческих роста, и шипы в палец. Поместье огромадное, все забором не огородить. Вот покойный граф и расстарался.

— Кусты — это хорошо, — кивнул я. — Веди в самый глухой угол, откуда попроще подойти к дому будет.

Ограда из чудовищного переплетения колючих ветвей показалась минут через десять. То ли это был боярышник мутировавший, то ли вообще какая-то неведомая страсть, выведенная магами-затейниками, сие науке неизвестно. Но шипы у него оказались — мое почтение. Четырехгранные, острые, как игла. Даже тролль с его дубленой шкурой потрогал их пальцем и опасливо отодвинулся подальше.

— Ты, Вольт, дай нам дело сделать, — вежливо сказал Василий. — Мы с Фрицем в разведроте служили. Да и остальные мужики не лыком шиты. Ты у нас хоть и не колдун, но лучше колдунами командуй. Где Хозяин? Чуешь его?

— Под землей, — уверенно показал я. — Митяй! Тут подвал есть?

— Еще какой, — кивнул ловчий. — Страсть до чего большой. Заплутаешь вмиг.

— Не заплутаю, — ответил я, надевая на спину тощий рюкзачок. — Все будет не так. Ты, дядь Вась, начнешь пальбу у КПП. Вам нужно их отвлечь на себя и увести подальше в лес. Валерка, Толик, бросьте на них зверье и деревья. А я пойду внутрь и все сделаю. Вы мне там только мешать будете. Ребята, попросите кусты подвинуться! Не хочу новую футболку порвать.

* * *

— Ваше сиятельство! — бессменный дворецкий Прокофий осторожно потянул подушку за угол, не смея притронуться к хозяйскому телу. — Ваше сиятельство, проснитесь! Стреляют!

— А? Уже? — зевнул граф. — Жаль. Думал, еще денек в лесу посидят. Бледного позови ко мне.

— Слушаюсь, ваше сиятельство, — с непроницаемым лицом кивнул слуга и вышел за дверь.

— Вызывали, господин граф? — метаморф смотрел на хозяина близко посаженными глазками. Он был в привычной личине щуплого мужчины с залысинами.

— Позаботься об эльфе, — бросил граф, заканчивая одеваться. — И не забудь камеры включить.

— Слушаюсь, — кивнул маг, на глазах зеленея и