Космос.Today IV - Евгений Адгурович Капба

было кончено. Трофейные команды из ганзейцев тут же принялись потрошить павшего гиганта, точнее — то, что от него осталось после пиршества омаров. Рогов отправился узнавать, что там и как с яйцами, мы сгрудились вокруг медэвака и осматривали друг друга — обошлось без травм, слава Богу. В контактный бой мы так и не вступили и совершенно не расстраивались по этому поводу.

— Нey, Russians! What brings y’all? — раздался жизнерадостный прокуренный голос. Два загорелых небритых лохматых верзилы с открытыми забралами подошли к нам с самыми дружелюбными намерениями: — Saw you drop that Cthulhu from orbit — hell of a fight! Drinks later? Got moonshine!

— Э-э-э-э… — Белояров глянул на меня. — Чего они хотят, Сорока? Шаришь в английском?

— Да вот говорят, что мы клево Ктулху завалили и вообще — ребята что надо. Муншайн… Э-э-э-э… Предлагают самогонку, наверное?

— О! Это какие-то толковые амеры, да? — наш трибун широко улыбнулся. — Нам повезло с соседями, получается… Штоф сказал, эту центурию в Третий Модуль заселят, нужно будет уплотниться. У них там потом операция на дне… Ударный отряд когорты «Дельта» сейчас будет высаживаться на остров, тысячи три легионеров, не меньше. Короче, возьмутся за вандруна всерьез, я так понимаю… Давай, переводи ему, что с нас — закуска. У нас еще яиц этих фоанских выше крыши, уже тошнит от них…

— Э-хе-хе, блин, как оно там… — по привычке я попытался почесать голову, но шлем помешал. — You guys, короче, are pretty good soldiers too! Our tribune says — drinks on you, snacks on us. Выпьем, закусим, о делах наших скорбных покалякаем, ага? We’re staying in Module Three. «Hansa» are putting you with us — so you’re welcome! Будем соседями, да? Нэйбас, андестенд?

— Йе-е-е-е! — обрадовались вояки и кинулись всем пожимать руки. — Ам Билли Рэй, энд зис ис май кузен Джо Дон, йеее?

Они были интересно экипированы: у обоих кроме винтовок имелись патронташи и револьверы крупного калибра — почти как мой «пробойник» — и громадные ножи, как у Джона Рэмбо. Доспехи были исписаны матерными словами, молитвами и лозунгами, оба почти синхронно жевали жвачку. Интересно, куда они ее выплевывают, если забрало закрыто? Один из кузенов-«дикси» был декурионом, второй — опционом. Ковбои, блин! Стетсона не хватает и хлыста в руках…

— Сворачиваемся, — закончив с реверансами, скомандовал Белояров. — Надо у себя порядок навести и компактно перезаселиться, а то развели там пиратскую вольницу, заняли своим барахлом весь модуль…

На остров один за другим садились боты и грузовые корабли типа «Нагеля». Похоже, ситуация на Раномасине достигла точки кипения, и тушить ее нужно было радикально. Система Траппист-1 для Иностранных Легионов Доминиона Рефаим, определенно, была невезучей.

Как ни подленько это было осознавать, но я ощущал что-то вроде удовлетворения от того, что не только наши облажались на Фоане. Еще и амеры — здесь, на Раномасине с первого раза не сумели закрыть вопрос… В конце концов — люди такие люди!

* * *

Теперь в Модуле №3 пахло табаком, самогоном, дезодорантом и жареной говядиной. Дикси притащили с собой уйму всякого барахла, даже музыкальные инструменты — и теперь у нас меланхолически-обаятельно завывала губная гармоника и бренчала гитара. Туда-сюда шатались полуголые татуированные мужики, все как один — с оружием в руках.

У них это был пунктик — они везде таскались с пушками. Даже спали с ними. Такая традиция! Наши новые соседи много трепались между собой и с нами, и их не особенно парило, что мы ни черта не понимаем. Пару раз лихие ковбои пытались задираться и закономерно огребали: у нас почти все были модификантами и ветеранами, да и вообще — нужно обладать бультерьерским бесстрашием, чтобы цепляться, например, к Рогову, намекая на то, что его мамаша-коммунистка трахалась с гуками-вьетнамцами. Где Рогов — и где въетнамцы?

Но по большей части дикси оказались мировыми мужиками, пусть и своеобразными, с эдакой вальяжной самоуверенностью. Билли Рэй и Джо Дон Салливаны приволокли пять литров самогонки к нам в расположение и снискали этим максимальное уважение от наших. Вместе с «муншайном» они притащили и всю свою контубернию, состоящую сплошь из одних Салливанов и Доннелов — они все происходили из каких-то пердей в долине Шенандоа, что в Вирджинии, и сильно этим гордились.

Пять литров на пятьдесят человек — это по сто грамм на брата, чисто разогреться, но ритуал был соблюден: наш отряд и контуберния «Шенандоа» чуть ли не побратались. И языковой барьер потихоньку сходил на нет:

— А я гранату ему в жвала — и перезаряжаться! — рассказывал Мурашко.

— … An' them claws went flyin' every which way! — кивал какой-то Салливан с шикарными усами.

— Ya know what I felt when I shot that thing? The kickback! — доказывал Джо Дон.

— Отдача у ваших шестиствольных дур, конечно, дай Боже… — кивал Крюков понимающе.

— Как вы, блин, красиво с ботов своих посыпались? Тренируетесь там кувыркаться, на «Армстронге» своем, да? — хлопал по коленке реднека с татуированной шеей Битаев.

— I whacked my tailbone jumpin' off, can ya believe it? — разводил руками татуированный.

Кое-кто у нас знал английский, по крайней мере, на уровне «вэри бэд, ядрена кочерыжка». А из них никто и понятия не имел о русском языке, они вообще про Россию знали в основном только из фильмов и сериалов и, кроме коммунистов, русской мафии и всего такого, имели о нас самое смутное представление. Но, на удивление, это играло в нашу пользу. В их глазах мы были такими же реднеками и ковбоями, только в рамках всей планеты Земля.

— Знаешь, Тим, — доверительно сообщил мне Билли Рэй Салливан. — Русские — реально крутые плохие парни. Их все ненавидят и боятся. Но дело в том, что мы для яппи из Нью-Йорка или гомика из Портленда — точно такие же. Их корежит, когда они видят простых парней из глубинки типа меня или даже капитана Линча. Мы не вписываемся в их картину мира, слышишь? Они там пьют кофе на соевом молоке и подтирают задницу мягким шелком, а мы можем убить и освежевать оленя и жрать неделю только консервированные бобы, запивая самогонкой. Это два разных мира, Тим, внутри одной Америки. Они хотят закрыть наши церкви, забрать у нас оружие, завести в наших школах свои говнопидорские порядки и поставить над головой у каждого