Космос.Today IV - Евгений Адгурович Капба

длинную очередь металлических подарков. Раздался громовой рев, такой, какой не услышишь и на футбольном матче от десяти тысяч фанатов «Спартака». Как подводное существо вообще могло реветь? Хотя, опять же, киты, крокодилы… Они-то звуки издают!

— Разворачивай, Щербина! Разворачивай! Иванилов — готовь ракеты!

Медэвак совершил крутой поворот, меня размотало по всему десантному отсеку — сначала ударило об одну стенку, потом о другую, машина выровнялась и погнала к главному модулю. В динамике слышалась истерика по-немецки — операторы-ганзейцы, судя по всему, были крайне обеспокоены появлением монстра.

Матерясь и кряхтя, я, наконец, добрался до пулемета и вцепился в него, как в спасательный круг, и уставился в экран. Чешуйчатая туша живо перебирала шестью лапами: ей точно хотелось прикончить маленькую шуструю металлическую хреновину, которая мельтешила у нее перед мордой, плевалась какими-то болючими штуками и мешала выполнить главнейшую функцию — продлить род.

Прикинув чисто практически, что по морде станут отрабатывать Рогов и Иванилин, я взялся за перепонки. Кожистые мембраны у раномасинской ктулхи имелись не только между пальцами, но и там, где у приличных людей располагаются локти и подмышки.

— Да-да-дац! — затрясся пулемет, и я удовлетворенно поджал губы: есть попадание!

Новая порция рева стала свидетельством того, что мои старания не пропали втуне, и чудище имеет еще одну болючую причину продолжать преследование. Орудие лупило не переставая, оставляя за собой дымные следы, сорвались с крыши «мастодонта» две ракеты. Одна из них рванула в где-то между глаз монстра, вторая — врезалась в переднюю лапу. Попробуй тут попади точно, когда оно, хоть и большое, но постоянно шевелится!

Если бы Щербина не водил машину виртуозно — нас бы точно сцапали! Неожиданно для морского животного, монстр двигался резво, развивал скорость в пятьдесят километров в час за считанные мгновения и маневрировал так, что позавидовал бы Михаэль Шумахер.

— Мина номер четыре — подрыв! — рявкнул Рогов.

Битаев активировал дистанционный взрыватель — и нифига! Не сработало!

— Сорока, огонь по красной бочке! Щербина — ходу, ходу, ща-а-ас арматура во все стороны полетит!

Подрывать, значит, решили кондовым способом, побрутальнее… Ну, не высаживать же никого в такой момент, на самом деле? Я дождался, пока тварь подставит свой жирный, округлый бок, с которого еще стекали струи океанической воды, и жахнул длинную очередь.

— Да-да-да-да-да! — каждый пятый — трассирующий, так что я видел, что попал!

Та самая красная бочка была закреплена на самом верху закладки, она рванула первой, а следом за ней меньше, чем через секунду сдетонировала остальная взрывчатка. Честное слово, я видел, как у ктулху оторвало среднюю лапу! Черная кровь хлынула на бетон, ужасающий рев надавил на уши так, что я думал — лопнут барабанные перепонки, даже через шлем… Тварь стала метаться из стороны в сторону, крушить все на своем пути, врезалась в Модуль №1 с такой силой, что на сверхпрочной обшивке полусферы явно обозначилась ломанная линия трещины.

— Огонь, огонь, огонь! — Рогов кричал, кажется, самому себе, поливая монстра из орудия.

Сорвались еще две ракеты, рванула еще одна из закладок — ктулху задела ее, мечась в конвульсиях по острову. Арматурина со страшной силой ударила в борт медэвака, еще одна пролетела метрах в двух от ствола кормового пулемета: я видел это через экран.

Тварь рухнула, земля содрогнулась, наш «мастодонт» тряхнуло. Из-под щупалец на морде чудовища пошла кровавая пена, крови было вообще много — она лилась ручьями и стекала в воду по берегу. Ктулху дернулась пару раз и затихла. Никто из нас не радовался, не кричал на американский манер «яху-у-у-у!»

Мы не чувствовали себя солдатами в этот момент. Скорее — мясниками. В отличие от Системы или паразитов-канкана, за убитой нами громадиной не чувствовалось чьей-то злой, человеконенавистнической воли. Она просто жила себе, и все, и не виновата была, что какие-то эльфы или там люди построили на самом удачном для кладки яиц месте свои эти дурацкие базы.

— Ахтунг! — раздался голос из громкой связи. — Руссише Айнхайт, новая задача — обеспечить безопасность трофейной команды!

— А ну-ка, тихо! — тут же рявкнул Белояров. — Будешь мне тут, сопля паршивая, задачи нарезать! Штофа сюда или оберста вашего! Ты кто есть такой, центурион, штабная твоя душа, чтобы тут командовать?

Особенно забавно было слушать, как они гавкаются на общем канале, находясь в разных модулях, каждый в своем штабе.

— Э-э-э-э… — я смотрел в экран управления огнем кормового пулемета и не знал, с чего начать доклад. — Тащ опцион Рогов! Ра-а-азрешите обратиться?

— Что там, Сорока? Не паясничай!

— Нам еще повоевать точно придется… Тут старые знакомые на кровь сбежались, такое дело… До четвертого модуля не добраться просто так, надо расчищать дорогу…

— Ахтунг! — снова зашелся динамик. — Приказ — не допустить порчи ценного ресурса падальщиками.

— Да йо-о-о-об твою немецкую! Я не подчиняюсь твоим приказам, диспетчер! Дай мне связь с оберстом Венгером!

Что-то там запиликало и отключилось, а мы все со смешанными чувствами наблюдали, как полчища тех самых омаров, что встречали нас во время прибытия на Раномасину, с явным энтузиазмом выбираются из океанских волн, имея стойкое намерение отведать тела ктулхианского. А еще — острые плавники, маячившие на горизонте, теперь сильно приблизились к острову, и нет-нет, да и стали показываться над водой длинные змеиные шеи и головы с полными зубов пастями. Точно — Лох-Несские чудовища, ни больше, ни меньше!

Медэвак остановился метрах в двадцати от туши, мы время от времени постреливали, когда то один, то другой резвый омарчик совершал свой коронный прыжок, чтобы добраться до свежего мяса. Черт его знает, до чего они договорятся, наши отцы-командиры. Может, у нас бонусы станут капать в зависимости от тоннажа сохраненного филе, костей или ценного ливера?

Глядя на стройные ряды членистоногих, которые вот-вот должны были преодолеть отвесные утесы и выбраться на оперативный простор, я всерьез сомневался, что у нас есть хоть какие-нибудь варианты по сдерживанию этой ракообразной орды.

— Внимание, пацаны, — раздался усталый голос Белоярова. — Тут такое дело… В общем, надо подержать посадочную площадку. Пиндосы прилетели, уже на орбите, планируют спуск. К нам отправляют чуть ли не целый БДК! Черт с ней, с тушей, пусть жрут. Заезжайте за нами — будем воевать всерьез. И немчиков нам придают, аж целую контубернию…

— Амеры, — вздохнул Рогов. — Обожаю амеров. Разворачивай машину, Щербина! Эх, не отведать мне омлета ктулхианского!

— Яичный маньяк, — сказал я.