Не дожить до смерти - Алекс Рудин

— Я ничего тебе не скажу, — криво ухмыльнулся задержанный. Будь ты проклят, Тайновидец!

Сейчас он ничем не напоминал добродушного хозяина кофейни, с которым мы так часто болтали.

— Скажешь, — спокойно пообещал ему Аль-Казир. — Ещё и просить будешь, чтобы мы послушали.

— Дружеские посиделки окончены, господа, — деловито сказал Зотов. — Преступника мы поймали, теперь нужно как можно скорее доставить его в управление. Я уже вызвал сюда служебные мобили, так что поедем с комфортом.

С этими словами он достал из кармана зеркальное зелье и залпом проглотил его.

Грим, над которым так тщательно работал Спиридон Ковшин, на мгновение расплылся. А уже через секунду перед нами стоял прежний Зотов.

Правда, одет он был как джинн.

— Замечательно, — пробурчал Зотов, оглядывая себя. — Подчинённые решат, что я вернулся на службу прямо с карнавала.

Тем временем я подошёл к Набилю.

— Большое спасибо за помощь. Без вас мы бы никогда не поймали этого негодяя.

— Рад был помочь, Александр Васильевич, — безмятежно улыбнулся джинн. — Кстати, вы заметили одну любопытную особенность? Джинн, которого вы поймали, принадлежит к стихии воды, а не песка. Интересно, почему он затаил на вас злобу?

— Скоро я это выясню, — пообещал я. — А потом расскажу вам. Всего хорошего, Набиль.

Мы поднялись по травянистому откосу. Стражи Лачанги крепко держали арестованного за руки, а господин Аль-Казир шёл сзади и следил, чтобы он не сбежал.

Ещё несколько шагов, и невидимая граница магического пространства лопнула, выпуская нас в обычный мир.

— А вот и мобили, — довольно сказал Никита Михайлович. — Быстро они приехали.

Возле одного из чёрных служебных мобилей беспокойно расхаживал Миша Кожемяко. Увидев нас, он торопливо заговорил:

— Господа, не думаю, что вам стоит возвращаться в управление. Вас там уже поджидают.

— Вот и хорошо, — хищно оскалился Зотов. — Теперь преступник у нас в руках, и мы можем предъявить его всем желающим.

Он покосился на девушек.

— Огромное спасибо за помощь, дамы. Но дальше мы справимся сами. Я вызвал для вас извозчика, он отвезёт вас обратно в театр. Вот его мобиль.

— А можно нам поехать с вами? — умоляюще спросила Колокольцева. — Вы же сами сказали, что мы вам очень помогли. Так разрешите нам досмотреть представление до конца!

— Это не представление, а расследование убийства, — сухо заметил Зотов. — К тому же секретное. По-хорошему, я должен взять с вас магическую клятву, что вы будете молчать обо всём, что здесь произошло. Но вы ведь всё равно не удержитесь. Поэтому я просто попрошу вас не мешать нам работать.

Колокольцева жалобно взглянула на Аль-Казира, и сердце грозного начальника стражи дрогнуло.

— Я непременно навещу вас, как только у меня появится свободное время, — сказал он, — и расскажу всё, что смогу рассказать.

— Даёте слово? — тут же просияла Колокольцева.

— Клянусь своей магической природой, что непременно вас навещу, — вздохнул Аль-Казир.

Довольные девушки уехали, а мы на двух служебных мобилях отправились в управление Тайной службы.

— Император временно назначил на ваше место полицмейстера, — рассказывал Миша Зотову. — И он занял ваш кабинет.

— Ничего, это ненадолго, — мрачно пообещал Никита Михайлович. — Дайте мне только добраться до управления. Поезжайте быстрее, господин Кожемяко, а я пока поговорю с императором.

Зотов откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза и всю дорогу молчал. Видно, разговор получился не из лёгких. Но когда Никита Михайлович снова заговорил, по тону его голоса я понял, что он очень доволен.

— Император временно вернул мне все полномочия, — улыбнулся он. — Правда, в ближайшее время его величество ждёт меня с подробным отчётом, но это не страшно.

— А что насчёт меня? — поинтересовался я.

— Император решил закрыть глаза на ваш побег, — ответил Зотов. — А дальше всё будет зависеть от того, что нам расскажет арестованный.

Когда мы подъехали к управлению Тайной службы, Никита Михайлович сказал:

— Подождите здесь. Сначала я наведу порядок, а потом приглашу вас.

Он скрылся за тяжёлой дверью, и мгновенно оттуда донеслись крики и топот. Затем дверь снова распахнулась. На крыльцо вперевалку выбежал полицмейстер без фуражки. Вид у него был ошалелый.

Вслед за полицмейстером, прижимая к груди пухлый портфель, бежал незнакомый пристав. Вдогонку приставу вылетела фуражка и покатилась по мостовой. Пристав на бегу поднял её, затем они с полицмейстером залезли в мобиль и поспешно укатили.

— Никита Михайлович — большой начальник, — восхищённо сказал Аль-Казир. — Строгий, но справедливый.

— Так и есть, — улыбнулся я.

А затем в моём сознании раздался голос Зотова:

— Проходите в мой кабинет.

Никита Михайлович выглядел очень довольным. Ему наконец-то удалось выплеснуть напряжение, которое копилось в нём все последние дни.

— Сейчас нам принесут кофе, и начнём допрос, — пообещал он.

— Никита Михайлович, позвольте мне самому поговорить с арестантом, — предложил я.

— Попробуйте, — не артачась, согласился Зотов. — Вы заинтересованы в этом деле больше всех.

Аль-Казир привёл задержанного и усадил его на табурет. Джинн опустил голову и упрямо смотрел в пол.

— Вы так и будете молчать? — поинтересовался я.

Задержанный ничего не ответил, тогда я обратился к Аль-Казиру:

— Скажите, уважаемый Аль-Казир, можно ли заменить преступнику вечную смерть на временную?

— Такое иногда случается, — неторопливо ответил Аль-Казир. — Великий Визирь может прислушаться к вашей просьбе, господин Тайновидец. А ещё он милосерден, но его милосердие нужно заслужить.

— Вы слышите? — снова заговорил я с задержанным. — Ваше упрямое молчание грозит вам вечной смертью. Но если вы расскажете нам всё без утайки, я похлопочу перед великим визирем, чтобы вечную смерть вам заменили на временную. Насколько я знаю, для джинна это не самая плохая участь.

Наконец-то задержанный поднял голову и посмотрел на меня.

— Вы правда сделаете это? — тусклым голосом спросил он.

— Обещаю, — твёрдо ответил я. — Но только если вы расскажете нам правду. Учтите, ложь я сразу почувствую.

— Хорошо, — помедлив, кивнул джинн. — Задавай свои вопросы, Тайновидец, я отвечу на них.

— Прежде всего назови своё имя.

Джинн грустно усмехнулся:

— Меня зовут Хазим Аль-Вафи. Я бывший советник Великого Визиря Лачанги Хариса ад-Сафира.

— Всеблагая магия, — изумлённо прошептал Аль-Казир. — Мой дед рассказывал мне про этого джинна. Он исчез из Лачанги сразу после того, как защитники города отбили нападение песчаных джиннов.

— Что с тобой случилось? — спросил я. — Как ты попал в наш мир?

— Я был в сговоре с песчаными джинами, — спокойно ответил Хазим Аль-Вафи. — Я хотел, чтобы они захватили Лачангу. Когда нападение песчаных джинов было отбито, мне пришлось бежать, потому что Великий Визирь заподозрил меня в измене. Каким-то чудом я открыл портал в первое попавшееся магическое пространство и оказался здесь.

— Зачем ты хотел сдать город песчаным джинам? — удивился я. — Насколько я знаю, джинны воды и