Лучший травник СССР 3 - Сергей Александрович Богдашов

Под вечер, когда солнце уже цеплялось за верхушки елей, вода под моей ладонью вдруг потеплела на пару градусов. И в глубине, под валуном, зажёгся третий огонёк.

Три узла. Три точки на карте, которые теперь были связаны не просто моей памятью, а чем-то более прочным — Силой, вплетённой в саму землю.

Глава 10

Комиссия

Когда у меня в машине зазвонил радиотелефон, я даже не вдруг сообразил, что происходит. Так-то у меня по пальцам одной руки пересчитать, кто этот телефон знает.

— Соколов. Слушаю, — поднял я трубку, съезжая на обочину дороги.

— Дроздов беспокоит. Александр Сергеевич, вы не могли бы завтра к нам прилететь?

Вопрос, который заставил меня моментально покрыться холодной испариной.

— Что с пациентом⁈

— С ним всё хорошо. Не переживайте. Просто тут академик один, вам знакомый, оказался в большом затруднении, и про вас вспомнил.

Ну, так-то мы на птичьем языке говорим, но друг друга отлично понимаем. По крайней мере, кто у нас пациент и что за академик, без фамилий ясно. Кроме Чазова я и не знаю никого. Рылом не вышел. Да оно мне и не надо.

— А можно чуть больше конкретики?

— Дама к нам с братского острова прилетела. Очень важная. Академик не может определиться с лечением.

— Надеюсь, вы понимаете, что я травник? Без своих снадобий я почти ничего не могу. Пользы от меня будет, чуть больше, чем от фельдшера, — заметно принизил я свои способности, чтобы не объясняться, что и откуда, — Сможете мне разговор с академиком организовать? Я должен хотя бы приблизительно понять, с чем придётся столкнуться, и возможно, запастись набором зелий и трав.

— А я как раз из его кабинета звоню. Так что — передаю трубку.

— Здравствуйте, Александр Сергеевич, — услышал я хорошо поставленный голос академика Чазова, — У нашей пациентки отравление неизвестным ядом. Серьёзно поражена печень и частично, почки. Состояние мы стабилизировали, но дальше обычные методики, как в стенку упёрлись. А вы, как я знаю, буквально не так давно с ними справились, и на удивление неплохо. Сможете повторить?

Понятное дело, на кого Чазов намекает. На Андропова, которого я с того света тащу, а они там всей своей «Кремлёвкой» тихо офигевают от положительных анализов.

— До послезавтра ситуация терпит? Просто сейчас у меня нет готовых сильных препаратов, но через сутки сделаю. Благо базовый раствор уже приготовлен, но он был предназначен для совсем другого пациента, — навёл я тень на плетень, чтобы столичные деятели не думали, что всё так легко и просто, — И вы его тоже знаете. Так что определитесь с приоритетами.

— До послезавтра продержим. А ваш личный пациент нынче опасений не вызывает. Поздравляю, — этак не совсем радостно и искренне высказался главврач лучшей больницы СССР.

— Тогда скажите Дроздову, чтобы организовал мой вылет на послезавтра, утренним девятичасовым рейсом. И забронировал обратный вылет на вечер.

— А вы самоуверенны… — успел я услышать от Чазова, прежде чем вернул трубку радиотелефона на место.

Кто бы говорил… Я у них на глазах Андропова поднимаю, который у них уже лет пять в безнадёжных пациентах числится, и они с его заболеваниями все эти годы справиться не могут, а в меня всё ещё не верят. Так-то, обидно.

А ребус мне загадали — проще не придумаешь. Братских островов у нас ровно один — Куба. И раз дама оттуда важная прилетела, то это кто-то из близких Фиделю Кастро, или его брату Раулю. Тут и версия с ядом гладко вписывается. За годы службы в армии замполиты нам раз за разом описывали случаи, каким образом американские империалисты в очередной раз планировали уничтожить Фиделя. *

* По утверждению кубинских спецслужб, при разных президентах США было составлено следующее количество планов по убийству Кастро:

38 — при Дуайте Эйзенхауэре,

42 — при Джоне Кеннеди,

72 — при Линдоне Джонсоне,

184 — при Ричарде Никсоне,

64 — при Джимми Картере,

197 — при Рональде Рейгане,

16 — при Джордже Буше-старшем,

21 — при Билле Клинтоне.

За покушениями стояло как американское правительство, так и кубинские противники Кастро и американские мафиозные группы, которые были недовольны тем, что после победы революции Кастро прибрал к рукам знаменитые гаванские казино и бордели.

Вполне допускаю, что эти цифры преувеличены, но какое-то число покушений да было. Значит, могли быть и посторонние жертвы из тех, кого не так рьяно и умело защищали, как Фиделя.

Как бы то ни было, но я, вполне себе подготовленный, к назначенному мной рейсу прибыл во всеоружии. В саквояже у меня булькало и позванивало.

— Вот ваш билет, — встретил меня уже знакомый сотрудник.

— А вы бы не могли бы полететь со мной? — удивил я его вопросом.

— Зачем?

— Последние двое суток я практически не спал. Так что два часа сна мне бы не помешали. А со мной ценный груз, который нельзя оставлять бесконтрольным.

— Я вас понял. Дайте мне десять минут, и мы всё решим! — преисполнился он, и куда-то убежал.

И ведь решил. В итоге саквояж летел у него в ногах, а я спал. Действительно мне мало поспать удалось, а впереди ещё работа с кубинской гостьей.

— Это кто? — строго спросил меня Дроздов, принимая из рук молодого сотрудника мой саквояж.

— Ваш человек. Кстати, очень даже старательный и деятельный. Рекомендую. Работает, как швейцарские часы, — выдохнул я, протирая глаза спросонья.

— Почему он здесь?

— Я уже двое суток без сна. Если что, по вашей милости. Есть претензии, что я сумел поспать хотя бы пару часов во время перелёта, поручив охрану важного груза вашему сотруднику? Как я понимаю, мне ещё работать?

— Простите, не знал, — кивнул Дроздов, и покопавшись в нагрудном кармане, сунул в руки моему сопровождающему нечто, весьма похожее на визитку.

На пути из Шереметьево я ещё немного покемарил, так как ехали без спецсигналов и ничего не мешало.

А вот потом, уже в самой «Кремлёвке»…

Кстати, я так и не знаю, какую именно из трёх дочерей Рауля Кастро я вылечил! Иди ещё, найди их фотографии. А нас не представили.

Но вылечил же! За полдня! Под конец Большим Исцелением вопрос окончательно закрыл. И минут на пять опал, как озимые.

— Дроздов! Ты мне круто задолжал! —