Предел. Выживание - Евгений Сладков

Ветер донёс запах крови Рогана в нашу сторону… и Звери сорвались с места!

Сорвались, но Лаврия была быстрее:

— Три Щита! Ромб! Айлин и Меланита в центр! Миктлан, Аркос — левый! Флаграна, Кирон — правый! Зверей — держать! К ублюдку — не лезть!

Кому предназначалось последнее догадаться было совсем не сложно. Этот кто-то, иначе говоря, я тут же влез со встречным вопросом:

— А ты?

Лаврия хищно улыбнулась и крутанула Воплощение. Цветок на навершии тут же раскрылся, понимая хозяйку без всяких слов — из алой глубины потянулись тонкие полупрозрачные нити. И только тогда старшая сказала:

— А я поговорю со взрослым.

Отступник в ответ взмахнул Мечом. Земля между ними взорвалась. Лаврия исчезла в зелёной вспышке, и в тот же миг первый Ликаон врезался в Бремя.

Удар был таким, будто в меня метнули мешок с камнями — очень быстрый, злой и зубастый! Щит принял тушу. Лапы скребанули по Воплощению. Фиолетовые разряды расползлись по Бремени, нашли края, плеснулись через них, впиваясь в пальцы и вгрызаясь в руку. Мышцы мгновенно свело-пронзило!

Но Воплощение я удержал. И не потому, что плоть оказалась сильнее молний, а из-за того, что она как раз проиграла, и скованные пальцы не смогли разжаться.

— Власт! — сбоку прилетел крик Делии, вслед за которым её Стена света ударила Ликаона в тот же бок. Не отбросила, но развернула так, что Аркос встретил тварь топором — Клык Ярости вошёл в плечо.

Шерсть вспыхнула. Молния перескочила на каменные руки Скалы, прошла по ним трескучей сеткой. Аркос зарычал, однако Топор не выпустил. Второй Клык рубанул снизу, вспарывая бок. Ликаон дёрнулся с такой скоростью, что удар лишь вырвал клочья шерсти.

За Зверем остался Искрящийся след. Искры легли на снег, на камни, на сапоги Аркоса. Здоровяк шагнул и едва не упал — левая нога перестала слушаться.

— Следы! — крикнула-напомнила Айлин запоздало.

А второй Ликаон уже обогнул нас справа. Он не прыгнул прямо на Щиты, а бежал кругом, быстрее человеческого взгляда, оставляя за собой замыкающуюся дугу разрядов. В неё-то Кирон и бросился.

Я только и успел, что заорать:

— Круглый, стой!

— Сам стой! Ты — Щит!

Справедливо. И оттого особенно обидно. Кулаки Бесстрашия окутались Воздухом. Из Перчаток выросли полуметровые когти. Кирон ударил туда, где Ликаон был мгновение назад, промахнулся, крутанулся и всё-таки зацепил заднюю лапу. Зверь взвыл.

Флаграна оказалась рядом. Пламя Свободы описало широкую дугу. Огонь не достал до шкуры, зато слизнул Искрящийся след со снега. Тот взорвался. Молния ударила в пламя, пламя — в воздух, а Кирона подбросило и швырнуло спиной в частокол.

— Жив! — прохрипел он прежде, чем кто-либо успел спросить или кинуться на помощь. Растёт человек!

Третий Ликаон атаковал Баррия. Не Стену доблести, а землю перед ней.

Пасть распахнулась, и из неё вырвался бело-фиолетовый разряд. Снег исчез. Камень лопнул. Стена прогнулась внутрь, словно в неё ударили гигантским молотом. Тьма впитала большую часть Молнии, но часть всё же прошла, и Бар надрывно взвыл. Левая рука обуглилась от запястья до локтя. Пальцы на Долге разжались. Стена погасла…

Делия качнулась к собрату, выбросила свободную руку в его сторону:

— Спасение!

Чёрные ожоги на коже не исчезли, зато судорога отпустила, а сам Баррий сумел вдохнуть. Делия охнула и согнулась, прижав локоть к собственному боку. Чужая боль вонзилась в неё без всякой раны и спроса.

— Щит! — выдавила она.

Баррий поднял Долг правой рукой неровно и слишком низко. Но поднял.

Грозовой Ликаон всё это время не двигался. Он стоял у разрушенных ворот и смотрел. Но не на нас или братьев своих меньших, а на Миктлана.

Так и хотелось отметить: «Молния узнала Молнию».

Лезвие Мести дрожало в руках Светлого. По Копью бежали такие же бело-фиолетовые разряды, как и по шкуре Грозового. Между ними натурально воздух натянулся, как струна, на которой и сыграла Мела, прозвенев:

— Только не бей в него Молнией…

Сказала тихо, но Микт услышал и ответил:

— Знаю.

А потом Грозовой Ликаон опустил голову — разряды мгновенно стянулись к витому украшению.

Собрались и ударили в землю!

Ударили и поползли в стороны двумя потоками-стенами.

Сверкающая полоса рассекла двор, возникнув не вспышкой, а сплошной завесой высотой в два человеческих роста. Сотни тонких разрядов переплелись, вонзились в снег и камень, соединили башню с частоколом.

С одной стороны остались Лаврия и Отступник.

С другой — мы и стая Ликаонов.

* Молниевый Ликаон: https://author.today/reader/433488/4961316

* Грозовой Ликаон: https://author.today/reader/433488/5933737

Глава 11

Стая

'Я не бессмертен.

Просто мои братья и сестры слишком хороши, чтобы дать мне умереть.'

Астерон Неуязвимый

На ту сторону улетел крик Флаграны:

— Старшая!

Вместо слов оттуда сперва донёсся грохот, а затем над молниевой стеной на миг показалась зелёная змея размером с могучее дерево. Она была соткана из Яда, чешуя переливалась золотом, а из распахнутой пасти срывались алые капли. Змея показалась и тут же рухнула куда-то за завесу. Земля содрогнулась.

Ответ напрашивался очевидный: Лаврия занята.

Как и мы.

Первый раненый Ликаон снова пошёл на Аркоса. Второй поднялся после взрыва от столкновения Следов и Огня Флаграны. Третий всё продолжал кружить перед Баррием. Грозовой держал завесу и ждал, пока младшие разорвут то ли наш строй, то ли нас самих.

Умный, падла! Слишком умный. Но и мы не лыком шиты, а потому:

— Миктлан! — позвал я и указал под ноги.

И Светлый понял — он развернул Копьё остриём вниз и вогнал в камень внутри нашего ромба.

— Всполох!

Идея заключалась не в ударе Молнией кого-то из Зверей.

Атрибут Микта разошёлся по земле тонкими фиолетовыми жилами, добрался до чужих Следов и заставил их вспыхнуть. Не сильнее и не ярче, а иначе. Светлый не пытался победить чужую Молнию своей. Он заставил два Атрибута столкнуться и выдать нам, где именно притаилась скрытая Грозовым опасность.

Поверхность вокруг засветилась.

— Чисто передо мной! — крикнула Делия.

— Справа два шага! — Айлин указала Посохом.

— Слева — ноль, — прохрипел Аркос.

Наконец-то у нас появился пол. Мелочь, но приятно! А ещё невероятно полезно, когда четыре Зверя жаждут превратить тебя в шмат вкуснющего мяса, от которого ещё идёт дымок от прожарки Молнией.

— Сжимаем! — приказал я.