Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

гостиной. Судя по грязи на сапогах, добирался он сюда не по дороге. Волосы растрепались, на рукаве виднелась свежая зеленая полоса, словно парень продирался через кусты, не особенно заботясь об одежде.

Увидев нас, он заметно выдохнул.

— Нашел вас.

— Как видите, — отозвался Морозов. — Что случилось?

Дроздов посмотрел сначала на воеводу, потом на меня.

— Зубов просил вас найти.

— А телефон на что? — нахмурился я.

— Он у вас не отвечает, — развел руками парень.

Я даже не стал проверять аппарат, так как догадывался, что связи тут нет. Затем насторожился и уточнил:

— С пленными что-нибудь?

— Нет. С ними все тихо. Сидят. Вот только…

— Что?

Гаврила сглотнул.

— Платонова нашли.

Я почувствовал, как внутри все неприятно сжалось. Морозов медленно выпрямился.

— Он сам пришел в отделение.

Мне показалось, что я ослышался.

— Сам?

— Так передали, — кивнул Гаврила. — Пришел, назвался и сказал, что желает сдаться властям. Оружия при нем не было. Сопротивления не оказал. Его уже закрыли в специальном отделении.

Мы с Морозовым переглянулись.

После недавней засады, поднятой реки, кукловодов и попытки убить нас новость выглядела настолько нелепо, что я не сразу понял, как к ней относиться.

— А знак? — спросил я.

Гаврила растерялся.

— Какой знак?

— Неважно.

Я снова посмотрел наверх, туда, где за отодвинутым шкафом осталась открытая пустая ниша.

Платонов пришел сюда. Нашел то, что искал. Забрал семейную реликвию, которая могла дать ему право заявить о старых притязаниях Беловодья.

А потом добровольно отправился к жандармам.

Что-то в этой последовательности совершенно не сходилось.

— Обыскали? — спросил Морозов.

— Конечно.

— Что при нем было?

— Ничего особенного. Документы, деньги. Еще ключи какие-то. Все забрали и описали.

Я посмотрел на Илью. Он выглядел не менее озадаченным.

— Камень нашли? — спросил водяной.

Гаврила покачал головой.

— Про камень ничего не говорили. А что…

Илья медленно выдохнул.

— Значит, он спрятал знак.

— Или отдал кому-то, — добавил Морозов.

Эта мысль понравилась мне еще меньше.

Я прошелся по комнате и остановился возле комода с семейными фотографиями. На одном снимке Леля стояла возле старой ивы, положив ладонь на плечо мальчика. Платонов смотрел прямо в объектив и выглядел недовольным тем, что его заставили замереть ради фотографии.

Теперь этот мальчишка вырос, вернулся домой за наследством, попытался убить князя, а затем совершенно добровольно позволил посадить себя под замок.

— Он хочет, чтобы мы к нему приехали, — произнес я. — После вчерашнего у него было достаточно времени. Он знал лес, знал реки и наверняка понимал, что мы начнем его искать. Вместо этого он сам пришел в отделение.

Воевода задумался, а затем медленно кивнул.

— Похоже на приглашение.

— Вот только приглашения у него какие-то своеобразные.

— Других от него я уже не жду.

Илья неожиданно хмыкнул.

— Тогда езжайте.

Я повернулся к нему.

— А вы?

— Останусь здесь.

— Почему?

Водяной посмотрел на лестницу.

— Хочу еще раз осмотреть дом.

Я поднял с комода фотографию Лели с сыном и еще раз посмотрел на мальчишеское лицо.

Совсем недавно мне казалось, что мы наконец нашли ответ.

Теперь вопросов стало только больше. Я осторожно поставил рамку обратно.

— Хорошо. Осматривайте дом. Только ничего не трогайте без необходимости.

Илья возмущенно вскинул брови.

— Мастер-князь, я вообще-то старше этого дома.

— Именно поэтому и предупреждаю.

Морозов усмехнулся и направился к выходу.

Я последовал за ним, но уже возле двери почему-то остановился и оглянулся.

Илья стоял посреди комнаты и смотрел на лестницу. А потом его взгляд медленно переместился к фотографии Лели.

В этот момент он показался мне очень старым. Внешне хозяин рек оставался прежним. Но на лице появилось выражение, которое я уже видел у Митрича, когда тот вспоминал события, произошедшие задолго до моего рождения.

Я хотел спросить, что именно его тревожит. Но передумал. Платонов ждал. А судя по всему, он очень рассчитывал, что я приму его приглашение.

Мы вышли из дома следом за Гаврилой. После прохладного полумрака комнат солнечный свет на несколько мгновений показался слишком ярким, и я невольно прищурился. Воздух снаружи был теплым, пах нагретой травой, старой древесиной и водой, которая находилась совсем рядом, хотя отсюда реки почти не было видно.

Морозов первым спустился с крыльца, но уже на последней ступени остановился. Я едва не налетел ему в спину и хотел было поинтересоваться, что случилось, когда тоже заметил стоявших у старой ивы незнакомцев.

Их было трое. Лесовиков Иволгина я узнал сразу. Все трое выглядели почти как обычные мужчины, разве что одежда была странноватой и словно подобранной без особого интереса к человеческой моде. На одном красовалась просторная рубаха. Второй был одет в старую куртку, несмотря на теплую погоду, а третий зачем-то нацепил на голову кепку, которая сидела слишком высоко и совершенно ему не шла. В волосах у всех запутались мелкие листья, хвоя и кусочки сухой травы. Однако стряхивать их никто не собирался.

— А эти еще откуда? — негромко спросил Морозов.

Гаврила обернулся.

— Так они меня сюда и привели.

Воевода перевел взгляд на парня, потом снова посмотрел на лесовиков.

— Привели?

— Ну да.

Гаврила произнес это так спокойно, словно трое представителей старшего народа каждый день встречали его в чаще и сопровождали по своим владениям.

Я присмотрелся внимательнее. Лесовики не выглядели настороженными. Один