КОМСОМОЛ-5 - Ольга Войлошникова

бесплатное обслуживание в течение первых пятнадцати лет (это был тот период, который комиссия признала достаточным для подготовки к глобальной войне). Единственный прокол вышел с упрямым русским царём, но насчёт России у островного союза уже был разработан резервный план.

Тем временем чёрный песок вычерпывался из мёртвой зоны (для этого использовались те же смертники), а на его место засыпался новый. Который также быстро чернел.

Да, большинство работников этого странного «карьера» не доживало до второго дня, но правительство Британских островов считало подобные потери незначительными, а Сет всё же получил свою ежедневную, хоть и неполноценную, но жертву.

Сет не двигался. Господа из министерства были уверены, что он принял странное установившееся равновесие.

Глава 11

НА КАЖДЫЙ ХИТРЫЙ БОЛТ…

РАЗГОВОР НАД ПУСТЫНЕЙ

Ливия

Двадцать пять лет назад

— Что думаешь делать, государь?

— Что сразу «государь», а не «Андрей»? Чего молчишь, Кеша?

Две фигуры висели в воздухе в ста километрах от Сирта. Воздух перед ними переливался огромной линзой, которая позволяла рассматривать то, что творилось в порту, в мельчайших подробностях.

— Так… дело-то, поди, серьёзное, государственное… — отец Иннокентий сглотнул, нервно дёрнув козлиной бородкой. Не любил старый некромант высоту. Побаивался. А сейчас под ними было мало что полтора километра раскалённого пустынного воздуха.

— Госуда-арственное! — протянул император всероссийский. — М-гм…

— Ты… — отец Иннокентий снова невольно взглянул вниз и поёжился. — Хватит мычать да к словам придираться! Что с магостатикой делать будем? Да ещё в таких количествах?

— А что с ней сделаешь? — пожал плечами Андрей Фёдорович. — Видишь ли, они тут в своём праве — их колония. И пока они никаких межгосударственных соглашений не нарушают. Ну — организовали на крошечном пятачке мёртвую зону с нулевым магическим фоном. Ну — песок черпают. Что им предъявишь? Сет-то этот — он же с какой стороны ни погляди — каменюка. Начнёшь англам претензии предъявлять, они же ещё и отбрешутся, что предотвратили пробуждение древней силы неизвестного потенциала. Ограду вон поставили, бдят… По сравнению с тем, что инки и ацтеки у себя творят — тут сплошная тишь да гладь. А что новое оружие на этом песочке сделать хотят — так не они одни разные эксперименты проводят.

— Что — и наши? — вскинул седые лохматые брови отец Иннокентий.

— А ты думал, наши хуже всех, что ли?

— И на предмет антимагии?

— Кеша, — с укоризной посмотрел на друга Андрей Фёдорович. — Я всегда говорю: на каждый хитрый хер найдётся гайка с левой резьбой! И не одна лаборатория трудится. Не оскудела земля русская Левшами. Давеча тут такое предложили, у самого челюсть отпала. Не хуже чем у англов будет. И без этого богопротивного безобразия! — Андрей Фёдорович ткнул пальцем вниз.

— Ладно, коли так. А с этим-то что?

— А ничего. Для малой диверсионной группы я не вижу средств и способов устранения сего феномена, а большая операция — прямой повод к войне, какового я им давать не собираюсь. — Император посмотрел на друга. — Ой, я тебе говорю — доиграются англы! Помяни моё слово — доиграются!

И висящая в воздухе пара архимагов пропала. Только ветер по пустоте пронёсся.

ПОДГОН

Клостервальд, мельница Мюллера

25 января 1948 года, день

Аркадий

— И чего это? — я уставился на три лежащих около «Алтая» тела.

— А подгон карлукский вам, Аркадий Ильич. Вот этих двух Семёнов взял, а этого — ваш знакомец, Маркушкин. Только он того, поломанный.

— Тогда с него и начнём.

Я присел над окровавленным и кое как перемотанным бинтами англом. Судя по всему, бинтовали его казаки, только чтоб до допроса не помер. Глаза англа метались по окружению, от меня до Дмитриева, и обратно…

Не такой ты и поломанный, каким кажешься.

Оглянулся. Увидел на бережку запруды рассматривающих что-то в воде Енрикетту и Марфушу и позвал их:

— Милые барышни! Судя по вашим рассказам, вы обе способны помочь мне в одном деликатном вопросе.

Обе сразу с любопытством подошли поближе.

— Хочу я допросить вот этого пленного, но не хочу, чтобы его товарищи уши грели.

— А! Вы хотите переместить его подальше? — быстро сообразила баронесса.

— Именно.

— Можно, я⁈ — подпрыгнула Марфуша, хлопая в ладоши. — Около водички я могу! Я аккуратненько, только покажите куда!

— А во-он туда за фургон, — ткнул пальцем я, — и хорошо будет.

— Я мигом! — Марфуша скинула свои валеночки, повесила на них чулочки и вошла босыми ногами в студёную зимнюю воду. Прикрыла глаза…

Из воды появилось нечто похожее на две гигантских раскрытых ладони, скользнули к указанному англу, подхватили его и понесли вдоль запруды, мимо машин — и сложили точно в указанном месте.

— Как я? Хорошо? — распахивая глаза, спросила Марфуша.

— Отлично! — похвалил я.

Зелёные глазищи радостно засияли.

— Что ж, господа и дамы, прошу проследовать на допрос — пригласил я всех сразу. И девочек. Вон они какие полезные!

Пленный сердито зыркал на приближающуюся делегацию.

— А я думал, он мокрый будет! — воскликнул Дмитриев.

Я, признаться, тоже, но сказать об этом не успел, пытаясь угадать — что там девчонки смотрели в запруде.

— А надо было, чтоб мокрый? — удивилась Марфуша. — Я не подумала. Наоборот, сказала воде, она вся и ушла…

Ничё се она как умеет!

— Напротив, замечательно получилось, мы просто изумляемся, — заверил утопицу я и спросил пленника на англском: — Имя, должность, цель прибытия?

— Вы не имеете права! Я военнопленный! По женевской конвенции, которую вы подписали…

Я повернулся к есаулу:

— Слышь, Олег Викторович, эт чего ты в моё отсутствие тут подписал? Кто позволил?

— Виноват, отец родной! — немедленно включился в спектакль есаул. — Токмо поклёп это. Вообще ничего не подписывал!

— Это ты правильно! А то как же? Как питаться мне? — Я добавил в голос хриплого рыка, позволил зубам засветиться синим и частично трансформировал лицо в морду. — С голоду пухнуть?

— Нет! Нет! Вы не имеете права! — визгливо заорал англ, кося глазами на вытягивающиеся когти.

— Ой, дорогуша, не вовремя ты о правах вспомнил… Имя! Звание! Цель прибытия, скотина! Быстро! — я воткнул коготь ему в лодыжку. Неглубоко, сантиметра на три.

Гляди ты, подействовало.

Англ принялся вываливать сведения. Ну, какие знал.

Девочкам быстро стало