КОМСОМОЛ-5 - Ольга Войлошникова

— У меня?.. — потрясённо переспросил он. — Сударыня! Я могу связаться только с КДП моего аэродрома!

— Что ещё за кэдэпэ? — въедливо переспросила девушка.

— Командно-диспетчерский пункт.

— Хорошо. Связывайся.

— Для этого мне нужно вернуться к машине.

— Коля, — она кивнула на машины, — охраняй. Головой отвечаешь. Я поговорю быстро.

* * *

Быстро всё же не вышло. Девушка сперва мрачно смотрела, как лётчик устанавливает связь, слушала его реплики и объяснения, потом отобрала у него шлемофон, нахлобучила на себя и прорычала в микрофончик:

— Слушайте, вы! Мне нужен генерал-лейтенант Витгенштейн! Я знаю, он ждёт нас в Бресте.

— Секунду, это госпожа Хотару? — спросил шипящий, искажённый помехами голос. — Мы получили приказ встретить вас…

— Я ни с кем никуда не поеду! И не буду разговаривать ни с кем, кроме Витгенштейна!

— Но как…

— Мне ПЛЕВАТЬ как вы это организуете!!! — завизжала она. — Если через пятнадцать минут я не услышу голос Петра Петровича, вы не представляете, что я сделаю с вашим человеком!

А потом — видимо, чтоб они всё-таки представили — она очень красочно описала, что и как с ним сделает.

— А потом я достану каждого пилота в этих ваших летающих штучках и повторю свои действия!!! — прорычала девица. — У вас есть пятнадцать минут! Время пошло!!!

Лейтенант был не слишком религиозен, но чем меньше оставалось минут и секунд отмеренного времени, тем истовее он молился, чтобы генерал-лейтенант Витгенштейн нашёлся и согласился на телефонный разговор.

Девушка висела рядом в воздухе, хмуря брови. И вдруг она просияла и закричала:

— Дядя Петя!!! Дядя Петя, мы тут… Мы в лесу! — она зыркнула на лётчика: — Где мы?

— В двадцати пяти километрах на юго-запад от аэродрома в Каролино. Тридцать от Гродно.

— Дядя Петя! Тридцать километров от Гродно!.. А мы… Ага… А я боялась! Вы знаете, нас по дороге одни типы обидеть хотели!.. Да! Не знаю я название… Да, расскажу… Все! И даже особо ценный пленник не скопытился!.. Ладно, едем! — Она стянула с головы шлемофон и сунула его пилоту, совершенно довольная: — На! Показывай, в какую сторону твоё Каролино.

ОКОНЧАТЕЛЬНО РАССТАВИТЬ ТОЧКИ НАД Ё

Клостервальд, мельница Мюллера

Время то же

Аркадий

Я схватил трубку:

— Коршунов у аппарата!

— Соединяю! — сказал в трубку хриплый, почти механический голос, следом зашипело и ещё менее различимо, но узнаваемо закричал голос дяди Пети Витгенштейна: — Аркашка! Здоро́во, хулиган! С дороги тебе звоню, только чтоб сказать: нашлась твоя пропажа! Под Гродно упилили, где-то по дороге посеяли автобус, но все живы! Всё, штатный сеанс связи вечером, бывай! — в трубке повис равномерный шум.

Сказать, что у меня гора с плеч свалилась — это здорово приуменьшить. А Дмитриев задумчиво то ли спросил, то ли утвердил:

— Так чувствую, придётся нам постоянно кого-то в дежурных тут держать? Этак нам вместо одного связного трёх нужно, чтоб очерёдность соблюдать. Ну или хоть бы двух?

— Можно младших Мюллеров привлекать. Хотелось им какого-то дела — вот и пусть. Несложное и полезное.

— Попробуем. А пока пойдёмте, сядем да разговор наш закончим, а после уж познакомлю вас с нашим особым контингентом.

Так, похоже, при народе есаул намеревался навеличивать меня исключительно на «вы» — уважение к титулу, понимаешь. Да и этот же я теперь… «высокопреподобие», будь оно неладно!

Мы переместились в часть кунга, где к стене был привинчен стол с закреплённой над ним картой окружающих земель во всяких подробностях.

— Значицца, чтоб не тянуть кота за… всякое, обобщим. Первое. Нас обчество карлукское за-для помощи вам отправило. Собирались вскладчину все. В первую голову Илья Алексеевич, конечно. Снаряжением преизрядно. Транспорт, опять же. Форма особая. — Он с любовью провёл рукой по плечевой бронепластине: — Глянь, какая ляля! Если б не специальные защитные вставки, у нас бы не пять, а все семьдесят безвозвратных было.

— Я таких комбинезонов ещё и не видел даже, — оценил я.

— Говорят, только для спецподразделений. Так великий князь Иван Кириллович лично поспособствовал, чтоб твоему папане их отгрузили. Наши прям не нарадуются! О! Кстати говоря! Мы ж тебе тоже несколько комплектов привезли.

— А я и не откажусь!

— У Савельича заберёшь… кхм… — есаул покосился на связиста Антоху, — заберёте потом, Аркадий Ильич.

Ёшки-матрёшки, ну цирк с конями… Ладно.

— Во-от, — продолжал Дмитриев. — Понятно, что и мы тож… немного притащили. Так что организовать теперь можно полноценную воинскую операцию.

Тут только согласно кивать оставалось.

— Ещё Илья Алексеич прикомандировал к нашему отряду двух магинь.

— Наслышан уже. Да и работу с водой видел.

— Тут т… вам, возможно, особо интересно будет знакомство с баронессой Енрикеттой Марти. Некромантка она, так что в свете проявившегося у вас дара, думаю, помочь или даже поучить чему — это всегда не лишне. Арагонка, но по-русски изъясняется чисто и свободно.

— Отлично.

— Ну и Марфа Прохорова. Она утопица. Это чтоб сразу ясность внести. Может, и она чему поможет-научит. В прошлом бою на её личном счету вывод из боя трёх бронемашин — причём, может работать как по технике, так и по экипажам, сохраняя машины, если того требуется.

— Весьма полезное качество.

— Теперь, Аркадий Ильич… — есаул понизил голос, а потом нахмурился и попросил: — Антоха, баронессу Енрикетту с Марфушей позови-ка сюда.

— А ежли вызов?

— Ничё, мы возьмём.

Отослал, уши чтоб не грел Антоха, ясен пень.

— Слушай, Аркаша, — сказал есаул, как только за связистом закрылась дверь, — я в дела магические особо не лезу. А вот как ты управление отрядом видишь, мне знать хотелось бы.

— Олег Викторович, ну какой из меня командир, а? Я ж даже училище не закончил! Опыта-то с гулькин этот… хм… клюв. Отделение — мой верхний предел. По чесноку если, мне и взвода много будет. К тому ж командовать третьей-четвертой очередью?* Да они сами кем хочешь командовать могут. Каждый!

*Казаки с большой выслугой лет, при этом участвовавшие в войнах или служившие с ведением активных военных действий. Для выслуги третьей очереди требовалось воевать восемь лет, для четвёртой очереди — двенадцать.

Не считая того, что в кого ни ткни — местная достопримечательность страшная да лютая. Тот же дядя Саня, что мне первым встретился. Слабо голыми руками шатуна