КОМСОМОЛ-5 - Ольга Войлошникова

Тела покуда складывали на окраине леса, убирая с поля с глаз долой. Закапывать предполагалось завтра. Ну или послезавтра, если с трофеями за сутки разгрестись не удастся.

* * *

Севастьяныч

Броневики сохранности были разной. Совсем ремонту не подлежал один — который Марфа льдом проткнула. Его тоже на трофейную поляну приволокли, и есаул Дмитриев, проходя мимо, каждый раз непонятно бурчал:

— Энтомолог! Запомни!

В конце концов кто-то из казаков решил, что это название машины такое, и чтоб никто ничего не перепутал, Севастьяныч где-то у мельника нашёл белую краску и старательно вывел на борту: «ЕНТОМОЛУХ». Теперь есаул при виде этого «ентомолуха» почему-то тихо ржал, но Севастьяныч считал, что порядок должон быть во всём! Опять же — долго объяснять не приходилось, куды лезть, если кто-то из казаков приходил на дырищу в полу посмотреть, которую Марфуша льдиной пробила.

— Вишь, подписано? — сурово говорил Севастьяныч. — Туды лезь да глазей.

Он и сам не поленился, заглянул. Дыра в полу впечатляла, да!

Рядом выставили машины, в которых утоплые англы были. Целёхонькие машины-то! И чистенькие, как вымытые. Каждый после пробитого броневика в эти тоже заглядывал. Англов, понятно, изнутра вытащили. А машинки — хоть сейчас садись да езжай! Глядя на такое дело, Севастьяныч Марфуше так и сказал:

— Ну, девонька, ювелирная твоя работа! Вот выберемся в какой город, я непременно тебе конфет да пряников сыщу!

Но Марфуша только головой покачала:

— Дяденька, спасибочки огромное, но нельзя мне. Худо от этого будет. Папаня так говорил, а он знающий! Но всё равно спасибочки вам. Зато смотрите какая водичка! — и вода в её руках переливалась огранёнными алмазами. — Это ж чудо какая водичка! Спасибо мишке-герцогу!

— Дядь Севастьяныч, — тихонько спросил его Андрюха, когда маленькая утопица ушла к запруде, — а что это за мишка-герцог?

— Так дитё Илью Алексеевича зовёт, — сурово ответил Севастьяныч. — Ей можно! Сам, — и указательный палец вверх, — разрешил! Но ты это, не вздумай повторять. Я ж тебя своими руками удушу. Чтоб не больно было!

— Понял, — кивнул понятливый Андрюха. — А миномёты куда? Ажно четыре штуки приволокли…

ЗАКЛЯТЫЕ СОЮЗНИКИ

Нижняя Австрия, деревня на восток от леса Клостервальд

25 января 1948 года, день ближе к вечеру

Капитан ОʼКоннор

Он вернулся из своего похода раздражённый донельзя. Да, снова вернулся в этот брошенный хозяевами дом. Зачем? Наверное, потому что этот придурочный италиец был единственным человеком, кто хоть как-то его слушал.

Отец Алекс ещё сидел на кухне того дойчевского дома. Сидел и опять ел. И пил из своей чашки-горшка.

— Ну, как твои успехи? — усмехнулся он поверх кружки. — Сразу надо было какао пить! И сахар. Ты не представляешь, что творит сахар, попадая в мой желудок.

Раздражение выплеснулось из ОʼКоннора, как пенка кипящего молока через край кастрюльки:

— Меня это совершенно не волнует! А вот то, что капитану Шестнадцатой штурмовой бригады королевской армии отказали в доступе к рации, заинтересовало меня гораздо сильнее! Они ещё смеют тыкать мне какими-то предписаниями! Эти наглые макаронники!..

ОʼКоннор осёкся. Поверх кружки на него смотрели вспыхнувшие красным угли глаз отца Александра.

— Будь предельно аккуратен, старый враг. У меня выдалась совершенно кошмарная неделя. И только то, что ты побывал там, — Италиец неопределённо махнул рукой, — всё ещё позволяет тебе оставаться в живых!

— Ты мне угрожаешь?

— Нет. Я ставлю тебя в известность, что ещё одно неуважительное слово о моей стране, религии или моей миссии — и ты познаешь мой гнев! Обо мне самом можешь говорить и думать что угодно! — откинулся на спинку стула отец Александр.

— Зато я не делаю из своих соплеменников мумии!

— Basta!* Заткнись, старик! Зачем ты вообще сюда вернулся?

*Хватит! (итал.)

— Мне нужна твоя помощь! Ты глава Восьмого отдела!..

— Нэйл! — Отец Александр хрипло, каркающе захохотал. — Очнись! Посмотри на меня! У меня нет ни документов, ни одежды, ни оружия. Какой Восьмой отдел? Любой солдат, что меня увидит, вначале будет стрелять, а потом уже разговаривать! Ты вообще в своём уме? Ладно, я — повреждения были очень сильными, но ты-то? Тебе в голову никто не попадал?

— Сейчас у меня нет союзников, кроме тебя, — через силу сказал ОʼКоннор. — И ты восстанавливаешься, я вижу. Что тебе нужно, чтоб дело шло быстрее?

— Время. Еда и горячее сладкое питьё. И кьянти. Но его тут не найдёшь.

Нэйл ОʼКоннор тяжело опустился на стул и прислонил к стене пулемёт.

— Сколько времени тебе требуется?

— Минимум три дня. Так что располагайся. В кастрюле на плите ещё осталось какао.

Глава 12

ДЕЛА И ДОКЛАДЫ

ДЕЛА ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ

Клостервальд

25 января 1948 года, вечер

Казаки

В лесу, скрытом от всех любопытных глаз защитным куполом, вовсю продолжались деловитые хлопоты.

— Это хорошо, что отряд такой большой был, — рассуждал Андрюха. — эвон сколько скарба привалило! Только куда мы его складировать будем, чтоб далеко не лазить?

Хозяин мельницы, господин Мюллер, одобрив казачью практичность, выступил с вариантом излишки боезапаса складировать в обширных подвалах мельницы.

— Я со своей лабораторией занимаю только небольшую часть подземных помещений, — по-хозяйски предложил он Севастьянычу, — а несколько залов стоят совершенно пустыми. Вы могли бы их задействовать!

Севастьяныч с помощниками посовещался, но такой план покудова отложили — на самый уж крайний случай. Больно неудобно было бы с тяжестями вверх-вниз по лестницам таскаться. А пока что пару бронефургонов (из тех, что не на ходу) выделили под склады оружия и боеприпасов.

Не все казаки идею сложить трофеи в общую кучу восприняли на ура. И тут от складской бригады потребовалась работа с личным составом.

— Опосля всё поделим по-братски! — пояснил некоторым Севастьяныч. — Ты чего как дундук-то? Сам как полагаешь? Что за кажной пулей-гранаткой Коршун будет дирижаблю гонять? Понимание-то надо иметь! Мы — пар-ти-за-ны. Значит, что?

— Что? — спрашивали эти некоторые, с огромным сомнением отдавая на общий склад очередной пулемёт и короба с патронами.

— А то, башка твоя тупая, что по большей части на самообеспечении должны находиться. Вот щас мы это всё запишем, учтём, и тебе же на следующем задании выдадим. Будешь из вражеского оружия врагов российский курощать! Согласись, толковая идея? А?

— Так-то да! —