"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

— Только помни, Женя, что это секретные сведения. Я рад, что мы будем действовать сообща, но важно ни одной душе за переделами этого кабинета не доверять того, что ты сейчас услышала. Это важно!

Я кивнула, но думала уже о другом:

— Ворон! Я могу послать его на разведку — пусть он проберётся на корабль и подслушает разговоры этих «послов», — предложила я.

— Нет, — твёрдо сказал Эйдан. — Птицу мы побережём. Никто не знает, какой магией они владеют, поэтому не будем рисковать. Но как только его помощь понадобится — дадим знать. Договорились?

Улыбнувшись, я кивнула. Это и правда звучало разумно.

— И ещё, принцесса Евгения, — медленно проговорил Хантер. — Необходимо ускорить свадьбу. Есть повод полагать, что ваша коронация усилит магию и поможет защитить Эл. Всё же вы — истинная наследница трона, да простит меня король Эйдан. И это имеет огромное значение.

Эйдан согласно кивнул. На миг мне стало страшно.

— А как же…

— Ваши личные взаимоотношения с королём не будут выходить за рамки тех договорённостей, что мы достигли ранее. Свадьба, коронация, защита Эла. Вернём магию, вылечим Его Величество, и тогда уже можно будет думать о личном, — после небольшой паузы сказал Хантер. — Вы слишком важны для страны сейчас, чтобы позволить… обесточить вас.

Я согласно кивнула.

— Хорошо! Как скоро? — пробормотала я.

— Три дня, — быстро сказал Хантер.

— Десять. Мы не управимся раньше. Всё должно выглядеть так, будто мы так и задумывали. Займитесь подготовкой, оглашением и приёмом сегодня же, — приказал король.

Немного помедлив, Хантер кивнул.

— Могу я идти? Меня ждут дети, которых я спасла из приюта, — пробормотала я, потому что на душе уже скребли кошки, а мысли то и дело возвращались к Летнему дворцу, куда должны были переправить малюток.

— Да, вы можете идти. Я благодарю вас за содействие, и напоминаю, что всё, сказанное здесь — в высшей степени секретно.

Я кивнула, соглашаясь. А потом подобрала юбки и быстро вышла из кабинета.

Пока переоделась, оставив наряд в бывшей опочивальне, пока упаковала все свои аметисты, кроме браслета на руке, прошло ещё чуть больше часа. А когда я уже сидела в карете, мысленно подгоняя лошадей, то у меня в ушах стоял дружный детский рёв. Следовало поспешить.

Глава 25

Глава 25

В Летнем дворце творилась настоящая паника. Лакеи и служанки, коих и так было немного, побросали все свои дела и пытались собрать воедино малышей, расползавшихся по комнатам. Ещё не успев вылезти из кареты, я крикнула кучеру, чтобы гнал к заброшенной усадьбе за Сибиллой и женщинами. Пусть берут своих детей и мчат к нам — помощь и тех, и других понадобится.

Горничные, работавшие во дворце, были в ужасе. На службу брали только незамужних, и многие из девушек были городскими — и в большинстве своём не нянчили многочисленных младших братьев и сестёр. В руках у каждой было по грудничку, каждый из которых оглушительно орал. Плюс никто даже не удосужился сменить им пелёнки — поэтому младенцы гнусно воняли и вообще выглядели, как лохматые исчадия ада.

Ползающие дети — около десятка — забились в щели. Кое-кто даже планировал штурмовать лестницу и уже пытался заползти на первую ступеньку. Каким образом всю эту вонюче-грязную братию запихнули в кареты и доставили сюда — оставалось загадкой. Ну ничего, я ещё разберусь с этой сестрой Беатрис. Тоже мне, раба Божья!

— Товарищи! — крикнула я, совсем позабыв, как тут следует величать лакеев и горничных. — Несите детей в эту комнату — быстро! Всех!

Пока я пыталась докричаться до слуг сквозь весь этот шум, параллельно начала сдвигать диваны, и почти сразу же мне удалось сделать из двух лёгких кушеток какое-то подобие крепости.

— Кладём всех детей сюда! Сколько их по списку? Тридцать три? — я схватилась за голову, но отступать было поздно. — Сажаем всех сюда! Ничего страшного, потом отмоем всю мебель!

Крик стоял такой, будто тут убивают младенцев. Малыши были яростно против любых перемен: брыкались, размахивали кулачками и в страхе разевали орущие рты. Но когда локализация детского шума ограничилась двумя сдвинутыми диванами, стало полегче.

— Ты и ты! — вспоминать имена служанок было некогда. — Следите, чтобы никто не вылез! А вы — пошлите за мной, будем строить детский манеж!

В самой дальней комнате на первом этаже, с видом на сад, я велела застелить ковёр несколькими слоями постельного белья. Вокруг мы составили всю мебель, какая была — диванчики, тумбочки, перевёрнутые кресла. Так, чтобы даже при желании никто не вылез. Застелили их одеялами и получился загон размером с игровую комнату в детском саду.

Пока мы это делали, из поместья прибыла Сибилла и пятеро женщин, кто смог отлучиться от своих семей. Те сразу сообразили, что делать — самым громким дали грудь, самых грязных принялись мыть. Из кухни притащили котёл с кипятком и установили в очаге, а в деревянных тазах для стирки устроили баню.

Видела бы Бри, что в парадных залах так тщательно собственного ею дворца открыли филиал детского интерната — не простила бы. Но деваться было некуда.

Я бегала между комнатами и командовала — чистых и накормленных детей сносили в наспех сооружённый манеж и распределяли там по возрастам. Самым маленьким прямо на полу, в отгороженном стульями углу, из полотенец настелили кроватки и те, чистые, наоравшиеся и сытые, быстро уснули.

Ползающие и уже умеюшие ходить малыши помещались в манеж и принимались там перемещаться, пробуя ограждения на вкус и прочность. Я так и не успела сообразить, чем их занять, но тем пока хватало просто нового пространства. Здесь же я впервые увидела, как досыта накормленные малыши — ушла вся каша, которую только успели сварить на ужин для слуг — устраивались прямо на полу и тоже засыпали.

Спустя час все тридцать три моськи сладко посапывали, а взрослые валились с ног от усталости.

Тихонько потрескивали свечи, мерно дышали носики. Лакеи и горничные исчезли — и я их отлично понимала. Охранять сон детей остались мы с Сибиллой, да женщины с поместья.

— Я приму ванну и вернусь, Сибилла. Сменю тебя! — сказала я. — Раз уж я это заварила, то мне и разгребать.

Та обессиленно кивнула — я никогда ещё