Обратный отсчет - Токацин

Он показал ухмыляющемуся Вепуату кулак. Бронны не обратили внимания — они сгрудились вокруг плашки и рейки, несколько секунд пищали, потом позвали толпу из «шлюза» — и в ангаре стало тесно. Гедимин перебрался в мастерскую — оттуда было неплохо видно, кажется, ему специально оставили смотровой коридор. Один из Броннов-мастеров чьим-то зубом, прикрученным к палке, аккуратно разделял плотные волокна. Пара секунд — и в намеченные углубления были вставлены короткие колышки. По ним били молотком, обтянутым кожей, очень осторожно и как будто вполсилы — но на шестом ударе отмеченный край откололся от плашки. Мастер поднёс его к рейке-образцу, и Гедимин одобрительно хмыкнул и зашевелился, переползая к двери. «Работа пойдёт. Теперь — незачем мешать им.»

— Ну вот видишь, — ухмыльнулся Вепуат, на всякий случай отойдя на пару шагов. — Вы и так друг друга поняли. Это ваш деловой разговор, я там совсем ни к чему.

Гедимин сердито сощурился, но промолчал. Он закрыл двери цеха, и теперь только сигма-луч «видел», как трое мастеров делят между собой рабочие места, распределяют материал и достают из утеплённых свёртков инструмент. «Метчики у них из зубов. А колышки — из такого же обработанного дерева. Дорогой инструмент для тонкой работы… Чем им всем, интересно, не нравится металл?»

…Айзек, дослушав до конца, коротко усмехнулся.

— Главное, что их работа тебя устраивает. Если эти твои решётки укрепят какие-то плиты внутри станции — я только за. Тектон и так довольно прочен, но осторожность не повредит.

Рядом с ним, у стены, стояли три чашки с подсохшими ягодами курруи. Перехватив взгляд Гедимина, Айзек криво ухмыльнулся и наклонился за ними.

— Они вполне съедобны, атомщик. Ещё ни один филк не отравился.

Гедимин поморщился.

— В реактор их, надеюсь, не совали?

Айзек собрал «подарки» в плотный шар защитного поля, заглянул под пульт, где лежали «живые камни» Вепуата, еле слышно хмыкнул и пошёл к выходу.

— Присмотри за литейкой — там инструменты для Броннов, — попросил Гедимин. — Хотя — я не знаю, надо им или нет. Они вообще металл используют?

— Рэссеновый инструмент — вещь ценная, — отозвался Айзек. — Не понадобится им, так продадут Скогнам. Скогны металл используют.

«Всё-таки интересно, как это у них получается,» — думал Гедимин, рассеянно глядя на светящийся монитор. «Бронны и Скогны вроде не сильно ладят. Скогны Броннов явно обгоняют в развитии. Почему до сих пор не вырезали? Даже не поработили? Странное тут что-то. Неучтённый фактор?»

…Из туннеля Гедимин выбрался в почти непроницаемую черноту. Едва он задвинул крышку, пришлось убирать кожух с поясного фонаря. Снаружи, за куполом, было ненамного светлее — темноту кое-как разгоняли «факелы» у ангаров и красные огни далёкого лагеря. Чуть в стороне Гедимин увидел широкое пятно белого света. «Страж на месте. Пользы не будет, так хоть освещение…»

Вепуат, заслышав его шаги, выглянул из шатра, шевельнул рукой в вопросительном жесте. Гедимин коротко кивнул и остановился, дожидаясь, пока сармат прикроет все щели и подвяжет все свисающие шнуры.

— Наразведываем мы в такой темноте, — пробормотал он, глядя, как Вепуат возится с фонарём. — Надо было мне уйти с дежурства…

Вепуат хмыкнул.

— Ну, это уже лишнее. Чтобы ты, да бросил реактор… — оборвав фразу на полуслове, он оглянулся на лагерь аборигенов. Там было шумно — столяры после пары часов работы вернулись на холм и теперь, кажется, праздновали прибытие. Гедимин даже не морщился — то, что в первый день они хоть что-то сделали, уже было хорошо — и, похоже, против местных обычаев.

— Уверен, что нам нужен страж? — тихо спросил Вепуат. Гедимин пожал плечами.

— Я тут ни в чём не уверен. Если там какая-нибудь местная зараза, ты её распознаешь? Навряд ли. Нужен местный эксперт.

— Если только его не зажарят на месте, — пробормотал Вепуат, проверяя наручный «арктус».

Через пару шагов пятно белого света растянулось в длину — и разделилось надвое. Гедимин удивлённо мигнул, когда одно из них двинулось ему навстречу.

— Ауна говорит, вы… — Хассинельг быстро оглянулся через плечо и встряхнулся, поправляя длинный чехол на «лице». — Вам нужна помощь?

— Угу, — Вепуат кивнул. — Уже знаешь, куда мы идём? Ты… ты уверен, что тебе туда надо?

Ауна, молча наблюдавшая за ними, коротко фыркнула.

— Стрраж есть стрраж. Хассек быстрро уйдёт, если ему будут совсем не ррады. Я буду уходить медленно и непрриятно.

«Да, это верно,» — Гедимин отогнал скверные предчувствия — сейчас от них не было никакой пользы — и сдержанно ухмыльнулся.

— Если почуешь опасность, уходи немедленно, — сказал Вепуат стражу. — Я сам не знаю, что мы там найдём. Если оно смогло причинить вред Сэта…

Хассинельг качнул посохом.

— Мы, стражи Равнины, стараемся помогать её жителям. Сэта — тоже жители Равнины. Надеюсь, от меня там будет польза. Идём?

…За разломом было тихо и темно. Гедимин поднял фонарь и огляделся. Ничего не изменилось, только шнуры на указателях весь день трепал ветер — и запутал окончательно. Хассинельг, выставив перед собой посох, смотрел на равнину сквозь его навершие и что-то шептал; Гедимин не понимал даже интонаций, но ему казалось, что страж с каждой секундой мрачнеет.

— С последнего ливня здесь не было никого, кроме вас, — внезапно сказал Хассинельг, опуская посох. — Ни здесь, ни на том холме.

Он поддел навершием слежавшийся пепел, и от его ног вниз по склону протянулась узкая полоса белого света. Она доросла до десяти метров и вспыхнула ярче — теперь на ней и в паре шагов от неё был виден каждый камешек.

— Напрямик через кратеры? — Вепуат настороженно посмотрел на стража.

— Самая короткая дорога, — отозвался тот. — Я бы вас перенёс, но не сдвину. И светлее мне тоже не сделать. Повезло ещё, что не день Пустоты.

Гедимин решил ни о чём не спрашивать.

…К полю каменных «скульптур» они, и правда, выбрались очень быстро, срезав угол через пару разломов и какой-то тёмный и холодный Сфен — рассмотреть, что там к чему, сармат не успел. Световая стрела, уткнувшись в фигурный камень, сжалась в точку и погасла. Хассинельг, почти потушив посох, остановился и оглянулся на сарматов.

— Город там.

Ему явно было не по себе — да и Гедимину тоже. Над изломанными скалами было ветрено, но очень быстро сармат расслышал сквозь вой ветра другие звуки